Возвращение уголовного дела прокурору судебная практика

Определение Конституционного Суда РФ от 28.03.2017 N 579-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Катаева Максима Владимировича на нарушение его конституционных прав статьей 389.22 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

Статья 389.22 УПК Российской Федерации, являющаяся частью механизма пересмотра судебных решений в апелляционном порядке, закрепляет, что обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с возвращением уголовного дела прокурору, если при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке будут выявлены обстоятельства, указанные в части первой и пункте 1 части первой.2 статьи 237 этого Кодекса (часть третья). Приведенное законоположение направлено на постановление законного и обоснованного приговора по уголовному делу и не предполагает своего произвольного применения.

Определение Конституционного Суда РФ от 23.06.2016 N 1176-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шумайлова Андрея Сергеевича на нарушение его конституционных прав статьями 97, 99, частью первой статьи 108, частями третьей и восьмой — десятой статьи 109, частью третьей статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации А.С. Шумайлов утверждает, что статьи 97 «Основания для избрания меры пресечения» и 99 «Обстоятельства, учитываемые при избрании меры пресечения», часть первая статьи 108 «Заключение под стражу», части третья и восьмая — десятая статьи 109 «Сроки содержания под стражей» УПК Российской Федерации во взаимосвязи с частью третьей его статьи 237 «Возвращение уголовного дела прокурору» противоречат Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 17, 18, 21, 22, 46, 49, 55, 118, 120 и 123, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют избирать меру пресечения в виде заключения под стражу и продлевать срок содержания под стражей лишь в связи с обвинением лица в совершении особо тяжкого преступления — в отсутствие конкретных фактических обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для принятия таких решений, допуская продление срока содержания под стражей свыше 12 месяцев без согласования соответствующего ходатайства следователя с Председателем Следственного комитета Российской Федерации.

В соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого.

В силу ч. 1 ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется в отношении обвиняемого в совершении преступлений, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения. При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении должны быть указаны конкретные фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение.

Определение Конституционного Суда РФ от 26.04.2016 N 765-О-Р «Об отказе в принятии к рассмотрению ходатайства гражданина Махина Сергея Викторовича о разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 года N 23-П»

В Определении от 10 марта 2016 года N 484-О-Р, принятом по ранее поступившему ходатайству С.В. Махина о разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 года N 23-П, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что вывод, содержащийся в пункте 1 резолютивной части названного Постановления, которым было дано конституционно-правовое истолкование частей третьей — седьмой статьи 109 УПК Российской Федерации в их взаимосвязи с частью третьей статьи 237 данного Кодекса применительно к продлению срока содержания обвиняемого под стражей, превышающего предусмотренный для стадии предварительного расследования предельный срок содержания под стражей, при возвращении уголовного дела прокурору, каких-либо неясностей не содержит и, следовательно, в разъяснении не нуждается.

Определение Конституционного Суда РФ от 26.04.2016 N 708-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб граждан Борисова Андрея Константиновича и Гладкова Владимира Михайловича на нарушение их конституционных прав частью второй статьи 49 и статьями 237, 244 и 248 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

Однако при возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом согласно частям первой и первой.2 статьи 237 УПК Российской Федерации неустранимость в судебном производстве процессуальных нарушений, имевших место на стадии предварительного расследования, предполагает проведение необходимых следственных и иных процессуальных действий в процедурах досудебного производства по уголовному делу, а потому — по смыслу взаимосвязанных положений статей 49 и 237 данного Кодекса и сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации правовых позиций, а также принимая во внимание, что конституционные принципы правосудия требуют неукоснительного следования процедуре уголовного судопроизводства, гарантирующей соблюдение процессуальных прав его участников, и что однородные по своей юридической природе отношения должны регулироваться схожим образом, — защиту обвиняемого на данном этапе уголовного процесса вправе осуществлять лишь адвокат.

Определение Конституционного Суда РФ от 10.03.2016 N 484-О-Р «По ходатайству гражданина Махина Сергея Викторовича об официальном разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 года N 23-П»

1. Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 16 июля 2015 года N 23-П, принятом в связи с жалобой гражданина С.В. Махина, выявил конституционно-правовой смысл содержащихся в частях третьей — седьмой статьи 109 УПК Российской Федерации положений в их взаимосвязи с частью третьей статьи 237 данного Кодекса в той мере, в какой на их основании решается вопрос о продлении срока содержания обвиняемого под стражей на период ознакомления обвиняемого с материалами возвращенного прокурору уголовного дела после устранения препятствий его рассмотрения судом и завершения необходимых для этого следственных и иных процессуальных действий, и признал их в данном им истолковании не противоречащими Конституции Российской Федерации. Согласно пункту 3 резолютивной части того же Постановления принятые по уголовному делу С.В. Махина правоприменительные решения, основанием для которых послужили оспоренные им законоположения в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации, подлежат пересмотру, если для этого нет иных препятствий.

Определение Конституционного Суда РФ от 14.01.2016 N 96-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Сугробова Дениса Александровича на нарушение его конституционных прав частями первой и второй статьи 154 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

В ходе же судебного разбирательства в соответствии с частью первой статьи 15, частью первой статьи 17 и частью четвертой статьи 302 УПК Российской Федерации виновность лица устанавливается на основе состязательности сторон по результатам анализа и оценки доказательств, исследованных судом, притом что все неустранимые сомнения в виновности толкуются в пользу подсудимого (статья 49, часть 3, Конституции Российской Федерации). Если суд придет к выводу, что в рамках выделенного уголовного дела всесторонне и полно исследовать обстоятельства совершенного в соучастии преступления невозможно, он по ходатайству стороны или по собственной инициативе вправе возвратить дело прокурору для его соединения с основным уголовным делом (пункт 4 части первой статьи 237 УПК Российской Федерации), поскольку именно суду в конечном счете принадлежит право определять надлежащие процедуры для рассмотрения конкретного дела, оценивая достаточность либо недостаточность оснований для применения таких процедур и возможность обеспечить всесторонность и объективность рассмотрения обвинений, предъявленных подсудимым (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 апреля 2010 года N 8-П).

Определение Конституционного Суда РФ от 14.01.2016 N 15-О «По запросу Курганского областного суда о проверке конституционности положений статьи 252, части первой статьи 389.13, части третьей статьи 389.20 и части первой статьи 389.24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

части третьей статьи 389.20 «Решения, принимаемые судом апелляционной инстанции», устанавливающей, что в случае выявления обстоятельств, указанных в части первой и пункте 1 части первой.2 статьи 237 данного Кодекса, суд апелляционной инстанции выносит апелляционные определение или постановление в соответствии с пунктом 7 части первой его статьи 389.20;

Решение Конституционного Суда РФ от 28.01.2016 «Об утверждении Обзора практики Конституционного Суда Российской Федерации за третий и четвертый кварталы 2015 года»

20. Постановлением от 16 июля 2015 года N 23-П Конституционный Суд дал оценку конституционности положений частей третьей — седьмой статьи 109 и части третьей статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

О сериале

Главные герои остросюжетного детектива — уже хорошо известные зрителям по сериалу НТВ «Висяки» сотрудники экспериментального отдела УВД, занимающегося раскрытием давно осевших в архивах дел. Неумолимый и рисковый руководитель отдела Михаил Таранов, рассудительный и способный просчитывать дальнейший ход событий опер Алексей Глухарёв, опытнейший специалист в криминалистике Фёдор Савельевич и преданная своему делу начальник архивного отдела майор Светина. Все герои очень разные, но их объединяет одно — рьяное отношение и фанатичная любовь к своей работе.
Главная задача группы оперативников — раскрытие старых, считавшихся «мертвыми» дел — «висяков». И когда появляются какие-то новые улики или обстоятельства, оперативники снимают дело с пыльной полки.
«Висяков» у героев накопилось немало: кража редчайших антикварных книг, убийство астролога, запутанное дело мошенников, подделывавших документы купли-продажи земли, расправа над директором крупного издательства, нападение на знаменитую лыжницу и даже дело о застреленной на собственной свадьбе невесте…
Авторы сценария: Татьяна Арцеулова, Анна Суворова, Лара Садовская, Ольга Савина, Кира Худолей (псевдоним — Лариса Ивкина).
Режиссер: Александр Калугин.
Оператор: Валерий Цыбин.
Композитор: Николай Парфенюк.
Художник: Анатолий Кочуров.
В ролях: Эдуард Флёров, Андрей Вальц, Михаил Жигалов, Раиса Рязанова, Елена Лагута, Наталья Просветова, Вячеслав Молоков, Рауль Ганеев, Юлия Дробот, Елена Казаринова, Михаил Тощев и др.
Продюсер: Сергей Сендык.
Производство: ООО «МАКСИМУС», Россия, 2009 г.

На кафедру уголовного процесса Омской академии МВД России обращаются практикующие юристы с просьбой о разъяснении проблемных моментов, возникающих в связи с возвращением судом уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. В данной статье мы представили суждения по некоторым вопросам, вызывающим наибольший интерес у практиков. Рассматриваемые ситуации неоднозначно трактуются как в теории уголовного процесса, так и в правоприменительной деятельности. Изложенные суждения не претендуют на истину в последней инстанции. Вместе с тем надеемся, что материал окажется полезным практикующим юристам и интересен исследователям проблем возвращения судом уголовного дела прокурору.
Может ли суд, удалившись в совещательную комнату для постановления приговора, вернуть уголовное дело прокурору в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ?
Сегодня возможность принятия решения о возвращении уголовного дела прокурору в стадии судебного разбирательства не вызывает сомнения ни у судов, ни у представителей научной общественности. Однако в первые годы применения УПК РФ по этому поводу велись бурные дискуссии. Причиной спора стало отсутствие в законе нормы, регулирующей направление уголовного дела прокурору из центральной стадии уголовного процесса. Статья 237 УПК РФ «Возвращение уголовного дела прокурору» находится в главе 34 («Предварительное слушание»), посвященной первой судебной стадии — назначение и подготовка судебного разбирательства.
В отличие от нынешнего закона, в УПК РСФСР соответствующая норма была. Статья 258 УПК РСФСР предусматривала ситуацию, когда обстоятельства, влекущие возвращение уголовного дела для производства дополнительного расследования <1>, устанавливались в ходе судебного разбирательства. Исключение из закона специальной нормы первоначально было воспринято как обдуманный шаг законодателя. Однако вскоре стало понятно, что обстоятельства, препятствующие постановлению приговора, в первую очередь выявляются при рассмотрении уголовного дела по существу, а особенности российского уголовного процесса не позволяют большинство из них устранить без участия следователя. Идея разработчиков УПК РФ потерпела крах. После интерпретации Верховным Судом РФ ч. 2 ст. 256 УПК РФ право суда вернуть дело прокурору из судебного разбирательства восприняли как данность.
———————————
<1> Уголовное дело направлялось для производства дополнительного расследования, в том числе и в случае выявления существенных нарушений уголовно-процессуального закона, устранение которых не связано с дополнением ранее проведенного расследования.
Справедливости ради отметим, что преломление к обсуждаемой ситуации ст. 256 УПК РФ весьма искусственно. Эта статья, хотя и включена в главу 35 «Общие условия судебного разбирательства», все же освещает иной аспект — порядок вынесения судебного решения — и напрямую не отвечает на вопрос о праве суда вернуть дело прокурору из стадии судебного разбирательства. Так, в ч. 2 данной статьи перечисляются решения, принимаемые судом в совещательной комнате и требующие изложения в виде отдельного постановления. В числе других названо решение о возвращении уголовного дела в порядке ст. 237 УПК РФ. Только эта идея — решение о возвращении принимается в совещательной комнате, и никакая другая, заложена в ч. 2 ст. 256 УПК РФ.
Итак, несмотря на то что ст. 256 УПК РФ не дает прямого ответа на вопрос о праве вернуть дело из судебного разбирательства, Верховный Суд РФ легализовал практику возвращения уголовных дел из судебного разбирательства.
Такой же позиции придерживается Конституционный Суд РФ, который неоднократно рассуждал об обстоятельствах, влекущих возвращение судом дела со стадии судебного разбирательства <2>.
———————————
<2> См., напр.: По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Республики Узбекистан Б.Т. Гадаева и запросом Курганского областного суда: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. N 16-П // Рос. газета. 2013. 12 июля.
Теперь перейдем непосредственно к решению вопроса о праве суда, заслушавшего последнее слово подсудимого, вернуть уголовное дело прокурору после удаления в совещательную комнату для постановления приговора. Мы выяснили, что идеологи УПК РФ намеренно исключили нормы, прямо указывающие на возможность возвращения уголовного дела прокурору со стадии судебного разбирательства. Поэтому УПК РФ не содержит нормы, ранее содержавшиеся в УПК РСФСР. В силу ч. 2 ст. 308 УПК РСФСР, если суд, находясь в совещательной комнате, приходил к выводу о необходимости возвращения дела, он выносил об этом мотивированное определение. Отсутствие в УПК РФ такого правила, полагаем, не должно расцениваться как безусловный запрет.
Если суду в совещательной комнате стало очевидно, что установленные в судебном заседании обстоятельства препятствуют вынесению приговора и их устранение возможно только в досудебных стадиях, он вправе вернуть уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. В том случае, когда препятствие можно устранить в суде, следует возобновить судебное следствие и принять меры к устранению нарушений закона. Другой вариант реагирования суда в сложившейся ситуации невозможен.
Может ли суд по итогам предварительного слушания вернуть уголовное дело прокурору в порядке п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для квалификаций действий обвиняемого по закону о более тяжком преступлении?
Пункт 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ предусматривает право суда по ходатайству стороны или по своей инициативе вернуть уголовное дело прокурору для квалификации действий обвиняемого по закону о более тяжком преступлении. Такая потребность возникает у суда в двух ситуациях: когда фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении или другом итоговом документе предварительного расследования, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления; если установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанных лиц как более тяжкого преступления.
Первая ситуация может возникнуть на любом этапе судебного производства, когда суд, изучая обвинительный тезис, изложенный в обвинительном заключении, замечает ошибку или технический сбой в формулировании обвинения (описание фактической стороны преступления не соответствует юридической квалификации и с очевидностью указывает на более тяжкое преступление). Для того чтобы выявить подобное нарушение, не нужно давать оценку собранным органами преследования доказательствам. Поэтому суд может вернуть дело по итогам предварительного слушания. Направляя прокурору уголовное дело, суд требует привести обвинение в соответствие с уголовно-процессуальным законом.
Вторая ситуация состоит в том, что суд установил фактические обстоятельства, свидетельствующие о необходимости применения уголовного закона о более тяжком преступлении. Суд не имеет возможности непосредственно исследовать доказательства в стадии назначения и подготовки к судебному заседанию. Такое познание обстоятельств произошедшего возможно только в полноценном судебном следствии, характерном для двух судебных стадий — судебное разбирательство и пересмотр приговора в апелляционном порядке .
Более того, решение о возвращении может приниматься только по итогам оконченного судебного следствия. Такой вывод следует из контекста Постановления Конституционного Суда РФ N 16-П <3>. Это Постановление послужило основой для п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, однако, выполняя предписание Конституционного Суда РФ, законодатель допустил ошибку и обозначил предварительное слушание как этап судебного производства, в котором возможно исследование доказательств.
———————————
<3> По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Республики Узбекистан Б.Т. Гадаева и запросом Курганского областного суда: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. N 16-П.
Подводя итог, отметим, что суд вправе вернуть уголовное дело в порядке п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ по итогам предварительного слушания только в том случае, когда о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления свидетельствуют обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении. Если суд предполагает, что органы расследования ошиблись в установлении обстоятельств совершенного преступления, он должен перейти к исследованию этих обстоятельств в ходе судебного разбирательства.
Уголовное дело возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Может ли следователь, которому поручено устранение нарушений, принять решение о прекращении уголовного дела?
Концепция УПК РФ построена таким образом, что решение по уголовному делу, единожды направленному прокурором в суд, должно приниматься судом. Серьезным недостатком Кодекса является отсутствие нормы, обязывающей прокурора после устранения нарушения вернуть уголовное дело в суд. Это обстоятельство способствовало распространению порочной практики, когда возвращенные уголовные дела в суд не поступают и по ним прекращается производство, в том числе по реабилитирующим основаниям.
При появлении оснований для полного или частичного прекращения уголовного преследования прокурор обязан принять меры к направлению уголовного дела в суд и отказаться от обвинения в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства. Аналогичной позиции придерживались судьи Верховного Суда РФ .
Как следует поступить суду, если в судебном заседании установлено, что обвиняемый скрылся до вручения ему копии обвинительного заключения?
Невручение копии обвинительного заключения является препятствием для направления уголовного дела в суд. Анализ ч. 4 ст. 222 УПК РФ позволяет заключить, что копия обвинительного заключения обвиняемому вручается до направления уголовного дела прокурором в суд, следовательно, это должно произойти в установленные ч. 1 и 1.1 ст. 221 УПК РФ сроки (10 или 30 суток).
Допускается, что копия обвинительного заключения может быть вручена обвиняемому и после направления уголовного дела в суд. В таком случае прокурор должен дополнительно представить в суд расписку обвиняемого о получении им копии обвинительного заключения. Это может быть сделано прокурором вплоть до предварительного слушания, проводимого в целях разрешения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору судом по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.
Решение прокурора о направлении уголовного дела в суд без вручения копии обвинительного заключения будет оценено судом. В каждом конкретном случае необходимо выяснить, по каким причинам обвиняемому не была вручена копия данного документа <4>. Признав направление дела в суд без вручения обвиняемому копии обвинительного заключения незаконным и (или) необоснованным, суд по общему правилу должен вернуть уголовное дело прокурору для вручения обвиняемому копии обвинительного заключения .
———————————
<4> О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 г. N 28 // Рос. газета. 2009. 26 дек.
Как должен поступить суд, если в материалах уголовного дела не содержится сведений о том, что потерпевший уведомлен об окончании предварительного следствия, о праве ознакомиться с материалами дела и о направлении уголовного дела в суд?
Отсутствие в уголовном деле документов, удостоверяющих факт уведомления потерпевшего об окончании предварительного следствия, о праве ознакомиться с материалами дела и о направлении уголовного дела в суд само по себе не означает, что права потерпевшего нарушены.
По ходатайству прокурора или по собственной инициативе суд должен назначить предварительное слушание для решения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору. В рамках предварительного слушания следует выяснить, действительно ли потерпевший не был уведомлен о ключевых решениях по делу, а также оценить активность занимаемой им позиции. Если фактически потерпевший был проинформирован, но в деле отсутствует документальное подтверждение, а также когда из материалов дела следует, что потерпевший категорически не желает участвовать в производстве по делу (например, им сделано соответствующее заявление), полагаем, допущенные органом расследования нарушения могут быть оценены как несущественные и дело может быть принято к рассмотрению.
В соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения и при необходимости продлевает срок содержания под стражей с учетом сроков, предусмотренных ст. 109 УПК РФ. С какого момента начинает исчисляться досудебный срок содержания под стражей, а также в период какого срока содержания под стражей, судебного (регулируемого ст. 252 УПК РФ) или досудебного (предусмотренного ст. 109 УПК РФ), обжалуется решение суда о возвращении уголовного дела в апелляционном порядке?
По смыслу закона правила исчисления и продления срока содержания под стражей зависят от стадии, в рамках которой осуществляется производство по делу.
В соответствии со ст. 109 УПК РФ досудебный срок содержания под стражей исчисляется со дня избрания этой меры пресечения и не может превышать двух месяцев. Предельный срок содержания под стражей зависит от тяжести преступления. Так, предельный срок по делам об особо тяжких преступлениях не может превышать 18 месяцев, по делам о тяжких преступлениях этот срок составляет 12 месяцев, по делам о преступлениях небольшой и средней тяжести — 6 месяцев. В отличие от срока следствия, в срок содержания под стражей включается время нахождения уголовного дела у прокурора и заканчивается поступлением уголовного дела в суд. В срок содержания под стражей засчитывается время, на которое лицо было задержано, время домашнего ареста, время принудительного нахождения в медицинской организации, оказывающей медицинскую или психиатрическую помощь в стационарных условиях, по решению суда, а также время, в течение которого лицо находилось под стражей на территории иностранного государства по запросу Российской Федерации об оказании правовой помощи.
Порядок исчисления срока содержания под стражей регулируется ст. 255 УПК РФ и не может превышать 6 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд. По делам о тяжких и особо тяжких преступлениях этот срок может быть продлен каждый раз не более чем на 3 месяца. Предельные сроки содержания под стражей законом не установлены.
Принимая решение о возвращении «стражного» уголовного дела прокурору, суд оценивает обоснованность применения заключения под стражу и в случае необходимости продлевает срок содержания под стражей. В соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ срок содержания под стражей продлевается для производства следственных и иных процессуальных действий, необходимых для устранения обстоятельств, препятствующих рассмотрению уголовного дела. В пункте 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. N 41 <5> говорится, что в срок содержания под стражей, продленный для устранения препятствий к рассмотрению судом уголовного дела, не включается время содержания лица под стражей со дня поступления уголовного дела в суд до возвращения его прокурору. В этом же пункте говорится и о том, что в общий судебный срок содержания лица под стражей засчитывается время со дня первоначального поступления уголовного дела в суд до дня возвращения прокурору. Таким образом, при возвращении судом уголовного дела переход от правил исчисления судебных сроков содержания под стражей к срокам, рассчитываемым по правилам досудебного производства, происходит в момент передачи дела прокурору.
———————————
<5> О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. N 41 // Рос. газета. 2013. 26 дек.
Передача уголовного дела прокурору как момент, с которого срок содержания под стражей исчисляется в порядке ст. 109 УПК РФ, происходит после вступления решения о возвращении дела в законную силу. Это обстоятельство позволяет сделать вывод, что обжалование судебных решений о возвращении дел, не вступивших в законную силу, осуществляется за счет судебных сроков содержания под стражей.
Сказанное обязывает суды указывать в постановлении о возвращении конкретные разумные сроки действия меры пресечения в пределах, установленных ст. ст. 109 и 255 УПК РФ.
Список литературы
1. Кальницкий В.В., Куряхова Т.В. Предлагаемая процессуальная форма не соответствует содержанию // Законодательство и практика. 2014. N 1.
2. Научно-практическое пособие по применению УПК РФ / Под ред. Председателя Верховного Суда РФ В.М. Лебедева. М., 2004.
3. Бескембиров Р.А., Куряхова Т.В., Седельников П.В. Вручение прокурором обвиняемому копии обвинительного заключения // Законодательство и практика. 2012. N 1(28).



Согласно определению, данному в «Юридической энциклопедии», изданной под общей редакцией А. В. Малько и С. Н. Туманова, возвращение прокурором уголовного дела следователю (дознавателю) для производства дополнительного расследования — это «решение, принимаемое прокурором при отмене постановления о приостановлении предварительного следствия или дознания, постановления о прекращении уголовного дела и (или) уголовного преследования, а также одно из решений, принимаемых прокурором по уголовному делу, поступившему к нему с обвинительным заключением или обвинительным актом …». .

Согласно ч. 1 ст. 221 УПК РФ, такое решение стоит в одном ряду с утверждением обвинительного заключения и направлением уголовного дела в суд и направлении уголовного дела вышестоящему прокурору для утверждения обвинительного заключения, если оно подсудно вышестоящему суду.

В пункте 2 части 1 названной статьи (а также в п. 15 ч. 1 ст. 37 УПК РФ) приведен исчерпывающий перечень оснований для возврата уголовного дела следователю. Это:

– производство дополнительного следствия по делу;

– изменение объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых;

– пересоставление обвинительного заключения и устранение выявленных недостатков.

Во всех приведенных случаях прокурор выносит мотивированное постановление (ч. 3 ст. 221 УПК РФ), а в последнем случае, также дает письменные указания по выявленным им недостаткам, поскольку решение о возвращении дела для пересоставления обвинительного акта принимается прокурором в случаях, когда акт составлен с нарушением требований УПК РФ, исключающих возможность постановления судебного решения, по тому обвинению, которое указано в обвинительном акте. К числу таких нарушений относятся случаи, когда в акте не изложены данные о лице, привлекаемом к уголовной ответственности, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для дела; формулировка обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающие ответственность за данное преступление.

Внимательный анализ приведенных законодателем оснований для возврата уголовного дела показывает, что фактически они расположены в том порядке, в каком может осуществляться надзорная деятельность прокурора за следствием и выявляться соответствующие нарушения.

Так, необходимость производства дополнительного следствия по делу, является первым, на что обращает внимание прокурор при изучении поступивших к нему материалов. На практике мотивированное постановление по такому основанию выносится редко, т. к. следователь, в той или иной форме, регулярно ставит в известность о своих действиях или намерениях по делу прокурора, курирующего его работу, особенно по делам особой важности с большим общественным резонансом. Все обнаруживаемые недоработки по делу устраняются еще во время следствия.

Изменение объема обвинения и/или квалификации действий обвиняемых, а также пересоставление обвинительного заключения и устранение выявленных в нем недостатков, чаще характерно для ситуаций, когда прокурор еще незнаком с делом и ходом расследования по нему. В последнем случае, это будет завершающий этап в познавательной деятельности прокурора перед утверждением или отказом в утверждении обвинительного заключения, а также передачей дела в суд.

Для прокурора крайне важно внимательно исследовать не только проект обвинительного заключения, но и сами материалы, содержащиеся в уголовном деле, т. к. с момента утверждения обвинительного заключения, прокурор полностью отвечает за обвинение по нему.

Анализ обвинительных заключений и обвинительных актов свидетельствует об отсутствии на практике единообразия в части указания в них существа обвинения. Во многих заключениях и актах изложение обвинения начиналось, как правило, не с указания на его существо, а с описания фактических обстоятельств совершенного преступления: места, времени и т. д. Нередко при указании существа обвинения использовались выражения самого общего характера, такие как: «…в том, что он совершил умышленное преступление при следующих обстоятельствах…».

Во многих случаях, в анализируемых обвинительных заключениях и актах существо обвинения вообще не указывалось. Следует отметить, что такое отступление от требований уголовно-процессуального кодекса, предъявляемых к содержанию указанных процессуальных актов, не признавалось судами нарушением, препятствующим рассмотрению уголовного дела или влекущим отмену приговора. Существо обвинения, являясь основной его содержания, выражается в обозначении совершенного лицом общественно-опасного деяния в соответствии с наименованием соответствующей статьи УК РФ. При изложении существа обвинения в обвинительном заключении и обвинительном акте достаточно указать на вид (наименование) преступления, указанного в заголовке статьи УК РФ. В то же время в оправдательном приговоре целесообразно излагать не существо обвинения, как того требует п.1 ч.1 ст.305 УПК РФ, а его содержание, что будет способствовать повышению качества мотивировочной части оправдательного приговора.

Значительная часть ошибок и нарушений, связанных с формулированием обвинения и составлением соответствующего процессуального документа неустранимы в суде, их наличие исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основа заключения или акта по такому делу, поэтому такие дела подлежат возвращению прокурору на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ.

Кроме того, результат изученной практики за 2016–1-й квартал 2017 гг. показал, что случаи возврата уголовных дел для производства по ним дополнительного расследования, являются не единичными явлениями. При этом наибольшая распространенность таких возвратов связана с односторонностью и неполнотой предварительного расследования. Конкретно, такая односторонность и неполнота выражались:

– в недостаточно полном исследовании обстоятельств, относящихся к факультативным признакам объективной стороны преступления в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ (обстоятельства, подлежащие доказыванию);

– в неустановлении и/или непроведении проверки некоторых обстоятельств, подлежащих доказыванию. Так, вопреки требованиям п. 3 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, часто в неполной мере устанавливаются обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого. Последствиями этого может быть ситуация, когда необъективный, формальный подход следователя к характеристике личности обвиняемого в обвинительном заключении может отрицательно сказаться как на защите обвиняемого в процессе судебного разбирательства, так и при вынесении приговора при индивидуализации наказания;

– непринятие мер для проверки показаний обвиняемых, потерпевших и свидетелей, на которых основываются выводы следователя, и не подтвержденные другими доказательствами. К примеру, вопреки требованиям ст. 87 УПК РФ (проверка доказательств), следователями не редко не проверяются изложенные обвиняемым доводы о непричастности к совершению инкриминируемых ему деяний и даче им признательных показаний под физическим и психологическим давлением со стороны оперативных сотрудников;

– непроведение экспертизы, заключение по которой имеет для дела существенное значение, либо ее проведение без включения полученных данных в основу обвинения из-за того, что заключение эксперта носит предположительный характер либо имеются сомнения в обоснованности заключения эксперта, либо выявлены противоречия в выводах эксперта (экспертов) по тем же вопросам. Например, в обвинении по ст. 201 УК РФ (злоупотребление полномочиями) фоноскопическая экспертиза в целях установления дословного содержания разговора и исключения факта монтажа вообще не проводилась.

– нарушение требований, закрепленных в ч.1 ст.220 УПК РФ. Так, Ломоносовский районный суд г.Москвы возвратил прокурору дело по обвинению У в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ, поскольку формулировка предъявленного обвинения в обвинительном заключении приведена не полностью, указаны лишь часть и статья УК РФ, но не приведена диспозиция ч.1 ст.318 УК РФ, по которой предъявлено обвинение, хотя в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого подобного пробела не допущено.

Подходя к уголовно-процессуальному институту возвращения уголовного дела прокурором для дополнительного расследования, необходимо обращать внимание на два важных обстоятельства: своевременность и обоснованность направления на доследование и содержание указаний прокурора органам предварительного расследования и их обязательности для исполнения. Таким образом, на эффективность его реализации могут оказывать влияние такие факторы как:

– своевременность указаний прокурора;

– правильный и обоснованный выбор прокурором указаний при изучении поступившего к нему с обвинительным заключением уголовного дела;

– тактическая выверенность прокурором своих указаний с точки зрения соблюдения интересов защиты и конкретно обвиняемого, требований разумности к срокам уголовного преследования и др.

В свою очередь, уголовно-процессуальный институт возвращения уголовного дела прокурору судом, является следующей контрольной инстанцией в процессе движения дела с готовым обвинительным заключением к принятию по нему правосудного решения. Как указывает Петров С. А., «возвращение уголовного дела прокурору — исторически основной отечественный механизм устранения нарушений закона, допущенных в досудебном производстве, или преодоления иных препятствий завершению рассмотрения дела по существу, в том числе иногда объективных и не связанных с нарушениями закона». Баева Т. Н. исследуемый институт рассматривает как «концептуальное средство защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, обеспечения справедливого судебного разбирательства». Ежова Е. В. считает его контрольной деятельностью суда «по выявлению препятствий рассмотрения уголовного дела и направлению его прокурору, а также деятельность прокурора по их устранению в установленном законом порядке». Подобных точек зрения придерживаются и многие другие исследователи.

Наиболее значимые уголовно-процессуальные нормы, дающие основание к возвращению уголовного дела прокурору, сконцентрированы в положениях ч. 1, 1.2 ст. 237 УПК РФ, среди которых, в рамках рассматриваемой темы, ключевой интерес представляет основание, предусмотренное в п. 1 ч. 1 названной статьи: «Судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если:

– обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления».

При этом, согласно толкованию, данному в абз. 3 п. 4 Постановления Конституционного Суда РФ от 08 декабря 2003 г. № 18-П, основанием для возвращения дела прокурору в любом случае являются «существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. Подобные нарушения в досудебном производстве требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют в том числе о несоответствии обвинительного заключения или обвинительного акта требованиям данного Кодекса».

Напомним, что порядок составления обвинительного заключения — это сложная поэтапная деятельность, подразумевающая соблюдение общих и специальных требований законодателя к рассматриваемому процессуальному акту. Нарушения этого порядка, безусловно, приводят к нарушениям уголовно-процессуального закона, а исходя из значимости и положения обвинительного заключения в системе уголовно-процессуальных актов, такие нарушения однозначно принимают характер существенных.

Таким образом, по итогам рассмотрения избранной темы, можно заключить:

Оба рассмотренных уголовно-процессуальных института возвращения уголовного дела, фактически, стимулируют более эффективное обеспечение прав сторон в уголовном судопроизводстве, повышение качества расследования и оформления материалов уголовного дела, где ключевым является итоговый уголовно-процессуальный акт — обвинительное заключение. Именно в нем, чаще всего, находят свое отражение те ошибки и нарушения, которые имели место быть в ходе собирания следователем доказательств по делу. Именно в него, в первую очередь, смотрят прокурор и судья перед основательным исследованием материалов уголовного дела.

В свою очередь, анализ конкретных примеров возвращения уголовных дел из прокурорской и судебной практики показал, что наиболее эффективным из рассмотренных уголовно-процессуальных институтов является институт именно судебного возврата уголовных дел прокурору, который демонстрирует наибольшую эффективность в деле выявления, в первую очередь, ошибок «технического характера» в обвинительном заключении и других материалах дела.

Литература:

  1. Юридическая энциклопедия / Под ред. А. В. Малько, С. Н. Туманова. Саратов: Из — во ФГБОУ ВПО «Саратовская государственная юридическая академия», 2013. С. 300.
  2. Холоденко В. Д. Правовая регламентация уголовного преследования и обвинения / Научно-практический комментарий к положениям Федерального закона от 04.07.2003 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», Саратов, 2003, С. 29
  3. Холоденко В. Д. Правовая регламентация уголовного преследования и обвинения / Научно-практический комментарий к положениям Федерального закона от 04.07.2003 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», Саратов, 2003, С. 67–68.
  4. Бурмагин С. Возвращение уголовных дел прокурору в порядке ст.237 УПК РФ (комментарий судебной практики) / Российская юстиция № 1–2/2005, С. — 64.
  5. Бурмагин С. Возвращение уголовных дел прокурору в порядке ст.237 УПК РФ (комментарий судебной практики) / Российская юстиция № 1–2/2005, С — 62.
  6. Петров С. А. К вопросу об институте возвращения судом уголовного дела прокурору // Отечественная юриспруденция. 2016. № 8 (10). С. 47–48.
  7. Баева Т. Н. Возвращение судом уголовного дела прокурору в механизме обеспечения справедливого судебного разбирательства: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2006. С. 14–15.
  8. Ежова Е. В. Институт возвращения уголовного дела прокурору в российском уголовном процессе: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Уфа, 2006. С. 11.
  9. Постановление Конституционного Суда РФ от 08 декабря 2003 г. № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 2004. № 1.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *