Волеводз а г

Терроризм.

«Международный терроризм (от лат. terror — страх, ужас) — общественно опасное в международном масштабе деяние, вле­кущее бессмысленную гибель людей, нарушающее нормальную дипло­матическую деятельность государств и их представителей и затрудняю­щее осуществление международных контактов, встреч, а также транс­портных связей между государствами»1.

Терроризм также определяется как совершение взрыва, поджога или иных действий, создающих опас­ность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, если эти действия совершены в целях нарушения общественной безопасности, устранения населения либо оказания воздействия на принятие решений органами власти, а также как угроза совершения указанных действий в тех же целях2. Терроризм на сегодняшний день является одной из наи­более опасных форм преступности. Являясь серьезным дестабилизирую­щим нормальное развитие международных отношений фактором, это явление потребовало от государств координации усилий в борьбе с этим видом преступлений международного характера.

Сотрудничество государств по борьбе с терроризмом начало осуще­ствляться с 30-х годов, в период существования Лиги Наций. В 1934 г. на Мадридской конференции по унификации уголовного законодательства в качестве рекомендации государствам-участникам было сформулирова­но определение терроризма, под которым понималось применение како­го-либо средства, способного терроризировать население, в целях унич­тожения всякой социальной организации. В 1937 г. под эгидой Лиги На­ций были разработаны и приняты Конвенция о предупреждении терроризма и наказании за него и Конвенция о создании международно­го уголовного суда. В первой Конвенции терроризм определялся как преступные действия, направленные против государства, цель или ха­рактер которых состоят в том, чтобы вызвать ужас у определенных лиц или населения (ст. 1). Обе Конвенции не собрали нужного количества ратификаций и не вступили в силу, однако они положили начало фор­мированию таких специальных принципов международного уголовного права, как неотвратимость наказания преступников, универсальная юрисдикция, обязательство преследовать преступников в уголовно-про­цессуальном порядке и т. п. Кроме того, эти Конвенции сыграли суще­ственную роль в совершенствовании законодательства по борьбе с тер­роризмом.

На сегодняшний день не существует общепризнанного определения международного терроризма, что затрудняет сотрудничество государств в борьбе с различными проявлениями терроризма, представляющими наибольшую опасность интересам международного сообщества.

Как справедливо отмечает В. В. Устинов, в настоящее время в мире насчитывается более сотни различных дефиниций терроризма, но уни­фицированной оценки данного явления, а также единого подхода к от­ветам на него не выработано. Немаловажным фактором, подтверждаю-

Дипломатический словарь. М., 1986. Т. III. С. 461. Юридическая энциклопедия. М., 1999. С. 444.

§ 3. Отдельные виды уголовных преступлений международного характера

щим актуальность выработки единого определения терроризма, является и то, что для борьбы с терроризмом проблема дефиниции давно стала основным препятствием в координации действий международного сооб­щества

«Терроризм можно определить как стратегию, которая при мобили­зации незначительных собственных ресурсов позволяет террористам со­перничать с многократно превосходящими их по силе и возможностям государственными силовыми структурами. Именно это отличает терро­ристическую стратегию от других форм вооруженного разрешения кон­фликтов. Террористы, как правило, полностью игнорируют все правила ведения войны. От войны классической война террористическая отлича­ется применением неклассических средств, нетрадиционных способов и совершенно других правил. Не обладая высокоточным оружием, терро­ристы наносят точные удары, используя, например, пассажирские само­леты, самоубийц-камикадзе. Террористические группы нередко исполь­зуют гражданское население, мирных жителей, больных или раненых в качестве щита или заложников»2.

На протяжении ряда лет в деятельности ООН одно из важных мест занимал вопрос правовой защиты официальных должностных лиц госу­дарств и их представителей в иностранных государствах. Это было обу­словлено участившимися случаями нарушения неприкосновенности ди­пломатов и представителей государств на международных конференциях и в международных организациях. Применительно к этой категории лиц был выработан термин «лица, пользующиеся международной защитой».

14 декабря 1974 г.

резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН был одобрен текст Конвенции о предотвращении и наказании преступлений про­тив лиц, пользующихся международной защитой, в том числе дипломати-ческихагентов.

К категории лиц, пользующихся международной защитой, Конвен­цией отнесены: глава государства, в том числе каждый член коллегиаль­ного органа, выполняющего функции главы государства в соответствии с конституцией; глава правительства во время его нахождения в ино­странном государстве; министр иностранных дел в аналогичной ситуа­ции; члены семьи любого из названных должностных лиц, сопровож­дающие его во время пребывания за границей; представитель государст­ва или иное должностное лицо, имеющее право на специальную защиту; должностное лицо или иной агент межправительственной международ­ной организации; проживающие вместе с таким представителем или должностным лицом члены его семьи (ст. 1).

В качестве террористических актов Конвенция называет:

а) убийство, похищение или другое нападение против личности или свободы лица, пользующегося международной защитой;

б) насильственное нападение на официальное помещение, жилое помещение или транспортные средства такого лица, если нападение мо­жет угрожать его личности или свободе;

Устинов В. В. Международный опыт борьбы с терроризмом: стандарты и практика. М., 2002. С. 8.

Королев А. Д. Стратегия современного терроризма // Глобалистика. Энцикло­педия. М.,2003. С. 985.

уголовное право

в) угроза любого такого нападения;

г) попытка любого такого нападения;

д) соучастие в таком нападении (ст. 2).

Государство-участник предпринимает необходимые меры для уста­новления своей юрисдикции в случаях, когда преступление совершено на территории этого государства, когда предполагаемый преступник яв­ляется его гражданином и когда преступление совершено против лица, пользующегося международной защитой и выполняющего официальные функции от имени данного государства. Таким образом, нормы Конвен­ции обеспечивают неотвратимость наказания преступников независимо от места их нахождения.

9 декабря 1994 г. Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией одобрила Декларацию о мерах по ликвидации международного терроризма, основная идея которой — предотвращение и ликвидация терроризма, борьба с ним на основе соблюдения норм международного права, уважения государственного суверенитета, невмешательства во внутренние дела государств, уважения прав и основных свобод человека.

Под эгидой ООН разработаны и приняты Международная конвенция о борьбе с бомбовым терроризмом 1998г. и Международная конвенция о борьбе с финансированием терроризма 1999г. Ведется работа над проек­тами Конвенции ООН по ядерному терроризму и Всеобъемлющей кон­венции о борьбе с терроризмом. Признавая приоритетным направлени­ем в своей деятельности сотрудничество в области борьбы с террориз­мом и его растущую опасность, Генеральная Ассамблея ООН основала в 1999 г. отделение по предупреждению терроризма, главным направле­нием деятельности которого являются исследования и техническое со­трудничество, а также содействие активизации международного сотруд­ничества в предупреждении терроризма.

Как уже было сказано выше, в международном праве универ­сального договора, определяющего правовую природу и дающего поня­тие международного терроризма. Однако существует множество между­народно-правовых актов, координирующих борьбу с международным терроризмом. К ним относятся Конвенция о предупреждении и наказа­нии за совершение актов терроризма, принимающих форму преступле­ний против лиц, и связанного с этим вымогательства, когда такие акты носят международный характер, принятая в рамках ОАГ; Европейская конвенция о пресечении терроризма 1977 г.. Конвенция о пресечении терроризма 1987 г., одобренная Ассоциацией регионального сотрудниче­ства Южной Азии (СААРК), Конвенция о маркировке взрывчатых пла­стических веществ в целях обнаружения 1991 г. и т. д.

Законодательство Россйской Федерации предусматривает уголовную ответственность за терроризм. Так, ст. 205 УК РФ определяет терроризм как «совершение взрыва, поджога или иных действий, создающих опас­ность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, если эти дей­ствия совершены в целях нарушения общественной безопасности, устра­шения населения либо оказания воздействия на принятие решений орга­нами власти, а также угроза совершения указанных действий в тех же це­лях».

§ 3. Отдельные виды уголовных преступлений международного характера

Основания и условия выдачи

При возникновении необходимости направления в запрашиваемое государство запроса о выдаче необходимо соблюдать ряд оснований и условий. Основанием для предъявления требования о выдаче является сам факт возбуждения уголовного дела в отношении данного лица либо вступление в законную силу приговора суда в отношении этого лица, но указанное требование подлежит удовлетворению на определенных условиях, при отсутствии которых правомерен отказ в выдаче. Рассмотрим эти условия.

1. Инкриминируемое деяние должно считаться преступным по законам как государства, в котором укрывается преступник, так и государства, которое просит о его выдаче (правило двойной преступности).

Преступность и наказуемость деяния по законодательству обеих сторон как непременное условие выдачи известно науке в виде принципа двойного инкриминирования, называемого также принципом «тождественности», «двойного вменения», «двойной преступности», «двустороннего определения состава преступления» или «двойной подсудности».

Господствующим в международном праве является мнение о том, что для констатации двойной преступности требуется совпадение деяний, а не их наименований. Интересы борьбы с преступностью в условиях существующих различий в национальных системах уголовного права побудили отказаться от некогда бытовавшего жесткого требования, чтобы в законодательстве другой стороны имелось точно такое же преступление, и обратиться к более гибкому подходу к этому требованию, заключающемуся в том, что рассматриваемое преступление должно быть уголовно наказуемым в обоих государствах.

Более того, для двустороннего определения состава не требуется не только точного совпадения названий данного преступления в уголовных законах обеих стран, но и идентичности всех их элементов. Последнее нс всегда реально даже для родственных систем права. Поэтому с позиции «либерального толкования» договоров и законов о выдаче, опирающегося на стремление к приданию им должной эффективности, для констатации двойной криминальности достаточно более или менее полного совпадения составов преступлений по уголовному праву соответствующих государств. Главное «не в деталях квалификации деяния, а в том, что оно в принципе признается преступным в их государствах».

Например, в п. 3 ст. 2 Договора между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой о выдаче от 26 июня 1995 г. включено положение, в соответствии с которым при определении того, является ли деяние преступлением по законодательству договаривающихся сторон, не имеет значения его юридическая квалификация и терминологическое обозначение.

При этом криминальная тождественность общественно опасного деяния, в связи с которым испрашивается выдача, должна присутствовать уже в момент его совершения, в силу чего не может быть выдано лицо, которое учинило данное деяние в отсутствие соответствующего уголовноправового запрета. Действие правила об обратной силе национального уголовного закона также указывает на невозможность осуществления экстрадиции за отсутствием двойной криминальности совершенного деяния вследствие устранения его преступности и наказуемости уголовным законом одной из сторон. Следовательно, двойная криминальность должна не только иметь место па момент совершения соответствующего общественно опасного деяния, но и сохранять свою юридическую значимость на момент принятия решения о выдаче.

Данное обстоятельство важно еще и потому, что в процессе эволюции уголовного законодательства, подвергающегося постоянным коррекциям, наименование и содержание тех или иных составов могут претерпевать модификацию. Весьма ценное положение на этот счет содержится в п. 3. ст. 14 Европейской конвенции о выдаче от 13 декабря 1957 г.: «Когда описание преступления, в совершении которого предъявлено обвинение, изменяется в ходе уголовного преследования, в отношении выдаваемого лица возбуждается уголовное преследование или ему выносится приговор лишь постольку, поскольку преступление в соответствии со своим новым описанием является по своим составным элементам преступлением, позволяющим осуществить выдачу».

Что касается проблем бланкетности, связанных с принципом двойной криминальности, то особую остроту они приобрели по отношению к финансовым преступлениям. Так, в ст. 5 Европейской конвенции о выдаче говорится: «За преступления в связи с налогами, сборами, пошлинами и валютными операциями выдача преступников осуществляется между Договаривающимися Сторонами в соответствии с положениями Конвенции, если такое преступление, согласно законодательству запрашиваемой Стороны, соответствует преступлению того же характера». При этом в выдаче «не может быть отказано на том основании, что законодательство запрашиваемой Стороны не предусматривает таких же по характеру налогов или сборов или не содержит таких же по характеру положений, касающихся налогов, сборов, пошлин и валютных операций, как и законодательство запрашивающей Стороны».

В ходе двустороннего определения состава преступления проблемы могут возникнуть также с распространением экстрадиции на соучастников и лиц, не завершивших криминальную деятельность. Подчеркнем, что основание уголовной ответственности каждого из соучастников то же, что и основание ответственности преступника-одиночки – совершение общественно опасного деяния, содержащего все признаки состава преступления. Ответственность всех соучастников полностью отвечает принципу nullum crimen nulla poena sine lege («нет ни преступления, ни наказания без указания о том в законе»), порождая основания для их экстрадиции. Это же правило применимо и к решению вопросов экстрадиции за преступную деятельность, прерванную на предварительных стадиях.

Так, в п. 1 ст. 4 Договора между Российской Федерацией и Республикой Индией о выдаче от 21 декабря 1998 г. указано: «Будут считаться правонарушениями по законодательству обеих Договаривающихся Сторон для любого лица такие деяния, как подстрекательство, сговор, попытка совершения, побуждение или соучастие в совершении любого правонарушения, влекущего выдачу».

2. Совершенное преступление прямо предусмотрено соглашением о выдаче или подпадает под установленный им критерий тяжести наказания (правило минимального срока наказания).

Для определения экстрадиционных преступлений в договорной практике выработаны три подхода:

  • 1) закрепление исчерпывающего перечня влекущих выдачу преступлений;
  • 2) указание минимального размера наказания за такого рода преступления;
  • 3) применение комбинированного критерия, основанного на сочетании перечисления преступлений с критерием тяжести наказаний.

Выдача лица согласно принципу «минимального срока наказания» означает, что стороны обязуются выдавать запрашиваемых лиц за все деяния, наказуемые лишением свободы не ниже определенного срока.

Согласно п. 2 ст. 2 Европейской конвенции о выдаче: «Если запрос о выдаче включает ряд отдельных преступлений, каждое из которых наказуемо в соответствии с законодательством запрашивающей Стороны и запрашиваемой Стороны лишением свободы или подпадает под постановление об аресте, однако некоторые из которых не отвечают условию в отношении срока наказания, которое может быть установлено, запрашиваемая Сторона также имеет право осуществить выдачу за остальные преступления. Это право распространяется также на преступления, наказуемые лишь денежными санкциями».

Согласно названной Европейской конвенции выдача возможна за преступление, наказуемое лишением свободы или в соответствии с постановлением об аресте на максимальный срок, по крайней мере в один год, или более серьезным наказанием. В тех случаях, когда осуждение и тюремное заключение или постановление об аресте имеют место на территории запрашивающей стороны, установленный срок наказания должен составлять не менее четырех месяцев.

3. Выданное лицо может быть привлечено к уголовной ответственности, подвергнуто наказанию или выдано третьему государству лишь за преступление, оговоренное в требовании о выдаче (специальное правило).

Специальное правило, именуемое также принципом speciality (принцип специализации, или правило конкретности), означает, что выданное лицо должно быть судимо и подвергнуто наказанию исключительно за то преступление, в связи с которым испрашивалась и осуществлялась экстрадиция.

Теоретическое обоснование данного правила видится в том, что выход за пределы уголовного преследования, очерченные в процессе экстрадиции, может привести к произволу в отношении выданного лица, а также нарушению принципа, в соответствии с которым всякая выдача может осуществляться лишь по соглашению сторон. Поэтому договорная практика пошла по пути закрепления правила о том, что без согласия договаривающейся стороны, к которой обращено требование, выданное лицо нельзя привлечь к уголовной ответственности, подвергнуть наказанию или выдать третьему государству за преступления, совершенные до выдачи и за которые оно не было выдано. Осуществление такого рода действий без получения на них согласия означало бы ущемление интересов выдавшего преступника государства, неуважение его суверенитета.

Вместе с тем правило speciality требует недопущения не только подмены общеуголовного преследования политическим, но любой произвольной подмены, при которой обвинение в одном преступлении используется в качестве повода для экстрадиции, имеющей целью уголовное преследование за другое деяние (другие деяния). Так, п. 1 ст. 14 Европейской конвенции о выдаче устанавливает: «Лицо, которое было выдано, не подвергается уголовному преследованию, не может быть осуждено или задержано в целях исполнения приговора или постановления об аресте за любое преступление, совершенное до его передачи, кроме преступления, в связи с которым оно было выдано…».

Однако при этом запрашивающая сторона может принять любые меры, необходимые для выдворения соответствующего лица за пределы своей территории, или любые меры, необходимые согласно ее закону, включая уголовное преследование в отсутствие обвиняемого, для предотвращения любых юридических последствий истечения срока давности (п. 2 ст. 14 Европейской конвенции о выдаче). Кроме того, за государством, которое заинтересовано в осуждении выданного лица за другое преступление, не указанное в требовании о выдаче, «следует признать право предъявить новое экстрадиционное требование государству, выдавшему преступника».

Исключение из правила, согласно которому личная свобода выданного лица не ограничивается ни по каким иным причинам, кроме тех, в связи с которыми оно было выдано, составляют случаи, когда сторона, передавшая его, согласна на это, а такое согласие дается тогда, когда преступление, в связи с которым оно запрашивается, само является основанием для выдачи в соответствии с положениями Европейской конвенции о выдаче (подп. «а» п. 1 ст. 14); либо когда это лицо, имея возможность покинуть территорию стороны, которой оно было передано, не сделало этого в течение 45 дней после своего окончательного освобождения или возвратилось на эту территорию после того, как покинуло ее (подп. «b» п. 1 ст. 14 указанной Конвенции).

Таким образом, исключение из специального правила, согласно которому выданное лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности, подвергнуто наказанию или выдано третьему государству за преступление, не оговоренное в требовании о выдаче, может быть сделано только в том случае, если на то будет получено явно выраженное согласие выдавшего преступника государства, либо если выданное лицо после прекращения дела или отбытия наказания не покинет в течение указанного в договоре срока территорию запросившего его государства.

Наконец, правило speciality требует недопущения не только подмены общеуголовного преследования политическим, но и подмены адресата экстрадиции, могущей иметь место посредством своего рода «переадресовки», т.е. передачи выданного лица третьему государству. Так, согласно ст. 15 Европейской конвенции о выдаче запрашивающая сторона не передает без согласия запрашиваемой стороны другой стороне или третьему государству лицо, передаваемое запрашивающей стороне и разыскиваемое указанной другой стороной или третьим государством в связи с преступлениями, совершенными до его передачи.

  • См.: Шаргородский М.Д. Выдача преступников и право убежища в международном уголовном праве // Вестник Ленинградского университета. 1947. № 8. С. 53.
  • См.: Валеев Р. М. Выдача преступников в современном международном праве. Казань, 1976. С. 39.
  • См.: Курс международного права: в 6 т. Т. 3. М., 1967. С. 101.
  • См.: Звирбуль В. К., Шупилов В. П. Выдача уголовных преступников. М., 1974. С. 25.
  • См.: Минкова Ю. В. Принципы института выдачи (экстрадиции) в международном праве: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2002. С. 25.
  • См.: Галенская Л. Н. Международная борьба с преступностью. М.: Международные отношения, 1972. С. 128.
  • Минкова Ю. В. Указ. соч. С. 25.
  • См.: Валеев Р. М. Выдача преступников в современном международном праве. С. 45.
  • В связи с этим Европейская конвенция о выдаче требует, чтобы дополнительный запрос о согласии сопровождался теми же упомянутыми в ее ст. 12 документами, которые необходимы для первичного запроса, а именно: а) подлинником или заверенной копией обвинительного заключения или приговора или постановления о немедленном задержании или ордера на арест или другого постановления, имеющего ту же силу и выданного в соответствии с процедурой, предусмотренной законом запрашивающей стороны; б) указанием преступлений, в связи с которыми запрашивается выдача, и как можно более точным указанием времени и места их совершения, юридической квалификации и ссылок на соответствующие правовые положения; в) копией соответствующих законодательных актов или в тех случаях, когда это невозможно, указанием соответствующего закона и как можно более точным описанием требуемого лица, а также любой другой информацией, которая может способствовать установлению его личности и гражданства.

Терроризм в уголовном праве

1. Террористический акт (ст. 205 УК РФ).
Объект основной – общественная безопасность, дополнительный – собственность, жизнь, здоровье, имущественные и политические интересы.
Объективная сторона: совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, а также угроза совершения указанных действий.
Угроза террористического акта – устная, письменная или переданная по средствам связи реальная и действительная угроза совершения террористического акта, подкрепленная действиями. Окончено с момента совершения действий или с момента доведения угрозы до сведения соответствующих адресатов.
Субъективная сторона – прямой умысел. Цель – воздействовать на принятие решения органами власти или международными организациями. Субъект общий (с 14 лет).
2. Содействие террористической деятельности (ст. 205-1 УК РФ).
Объект общественная безопасность. Объективная сторона: 1) склонение, вербовка или иное вовлечение лица в совершение хотя бы одного преступления террористической направленности 2) вооружение или подготовка лица в целях совершения хотя бы одного из указанных преступлений 3) равно финансирование терроризма.
Преступления террористической направленности: терракт, захват заложника, организация незаконного вооруженного формирования и участия в нем, угон судна воздушного или водного транспорта, либо ж/д подвижного состава, посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля и т. д.
Склонение – разнообразные действия, направленные на возбуждение у других лиц желания к участию в террористической деятельности. Вербовка – действия виновного, заключающиеся в поиске и приглашении людей для совершения преступлений террористической направленности. Вооружение – действия виновного по передаче оружия лицу, с осознанием того, что данное оружие будет использовано для совершения преступлений террористической направленности. Подготовка – это обучение лица, выработка умений и навыков, способствующих совершению преступлений террористической направленности. Финансирование терроризма – предоставление или сбор средств либо оказание финансовых услуг с осознанием того, что они предназначены для финансирования организации, подготовки или совершения хотя бы одного из преступлений террористической направленности, либо для обеспечения организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации. Окончено с момента совершения любого из действий.
Субъективная сторона – прямой умысел. Субъект общий (с 16 лет).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *