Уралэлектрострой банкрот

Владимир Артамонов проводит анализ и высказывает версию о связи возможной отставки губернатора Берга с переездом к нам из Северной Осетии вредного производства:

«Последние дни территорию Оренбуржья и Северной Осетии сотрясли, казалось бы, не связанные между собой два события. Оренбург взбудоражен сообщением о банкротстве местного миллиардера, почти героя стройки века, принявшего успешное участие в строительстве энергомоста между материковой частью России и полуостровом Крым. Надо сказать, проект для одного из крупнейших подрядчиков Россетей – компании «Уралэлектрострой» был успешным во всех отношениях, за что её собственник и директор Сергей Чернов указом Президента РФ награждён Орденом Дружбы. И вдруг как гром среди ясного неба – банкротство, затем решение суда о взыскании по одним данным 6,3 миллиарда рублей, по другим 7,6, а позже озвучена сумма долгов в 15 ярдов, как говорят финансовые пижоны. Суммы неслыханные для наших мест, да и не только. До Чернова рекордным банкротом в России был объявлен бизнесмен Владимир Кехман, возглавлявший новосибирский театр оперы и балета, размер иска которого составил порядка 4,5 млрд. рублей. Так что мы вновь отметились на федеральном уровне.

Как выяснилось, ПАО «Сбербанк России» взыскало эту сумму по решению Ленинского суда Оренбурга с ООО «Покровский Завод Металлоконструкций», ООО «Покровский Завод Многогранных Опор», ОАО «Покровский авторемонтный завод», ООО «Оренбургский Завод Промышленного Цинкования», а также предпринимателей Сергея Анатольевича Чернова и Сергея Юрьевича Берга. Взыскание было обращено на заложенное имущество, в т.ч. ООО «Оренбургский Завод Промышленного Цинкования»(!). Были и другие решения судов, но это не главное.

Местные конспирологи просто голову поломали – к чему бы это. Досталось и губернатору за сына, который попал в эту историю, и пусть не с таким умопомрачительным долгом, но всё-таки без малого 200 миллионов рублей для наших дремотных мест звучит сурово. Бурно дебатировали про «должен ли Юрий Александрович отвечать за поступки своего нерадивого сына или он уже взрослый», вспомнили про Тараса Бульбу и его непутёвого сына Андрия… не помогло.

Главный вопрос — что зарыто в этом банкротстве и какая комбинация задумана большими людьми, ворочающими десятками, а может быть, и сотнями миллиардов рублей — остался открытым. Опять же непонятно, что с выборами: остаётся Берг или нет. Оппозиционеры уже раз десять его в отставку отправляли, а он всё у штурвала. И каждый раз какое-то потрясающее событие — то министра спорта арестуют, то министр леса отчебучит с переодеванием сотрудников в трансвеститов, то главу минсельхоза в наручниках из Дома Советов выведут, наконец, мэр столичного города возомнил себе, что он Аль Капоне. Просто чёрт знает что происходит. А тут тебе бац, и под самый дых сын любимый дал. Ну, как пить дать, отставка! Однако, как мне кажется, не всё так простенько в нашем Каравансарае.

Я попробовал нарисовать свою конспирологическую картину происходящего в области с учётом нескольких обстоятельств и, прежде всего, грядущих выборов 2019 года, а также недавних событий в Северной Осетии.

Так вот, про Владикавказ. Там случился сильнейший пожар на заводе «Электроцинк», принадлежащем Уральской горно-металлургической компании. Многолетние проблемы с экологией из-за непрекращающегося загрязнения воздуха, вызывающего хронические заболевания у местного населения, сам пожар вызвали панику у населения и просто вынудили мэра Владикавказа Махарбека Хадарцева сделать жёсткое заявление с требованием к УГМК перенести свой завод на Урал.

Хадарцев отметил, что никакая прибыль не оправдывает вреда, который, по его мнению, завод наносит жителям. «Жители Владикавказа перестали верить статотчетам руководства завода и республики: у нас нет «исторически низких цифр» по онкологии, нет! Мы каждый день хороним молодых мужчин и женщин, у нас болеют дети. Ради чего нам такое производство в городе? Повторю: вы лишаете нас будущего», – подчеркнул чиновник.

Крупнейший в Северной Осетии завод «Электроцинк» загорелся в ночь на 21 октября. 146 пожарных боролись с огнём на площади 4,5 тысяч квадратных метров более десяти часов, в результате погиб один спасатель. «Электроцинк» входит в состав Уральской горно-металлургической компании. Одно из крупнейших предприятий цветной металлургии России, на нем работают 1800 человек. Напомню, что основными владельцами УГМК являются Искандер Махмудов (50% доли в уставном капитале предприятия) и Андрей Козинец (35% доли).

Искандер Махмудов

По некоторым данным предполагается, что был поджёг предприятия. Народ, проживающий вокруг завода, горячий, чуть что, хватаются за кинжал. Оно и понятно, традиции тут такие.
Надо сказать, что во всевозможные очистные и прочие экологические прибамбасы Махмудов с Козинцем за эти годы вбухали около 15 млрд.рублей. Но общего языка с население найти так и не удаётся. То ли население капризное, то ли очистные покупали не те. И вот всё это порядком надоело собственникам предприятия. Известно, что сегодня идёт поиск этого самого места на Урале.

И, кажется, это место найдено. В посёлке Новосергиевка у нас уже построен ООО «Оренбургский Завод Промышленного Цинкования». Производство реально вредное для здоровья человека. Но тут большое значение имеет привыкание населения в этому безобразию в атмосфере. Надо сказать, что в Новосергиевке с этим много спокойнее, чем во Владикавказе. Народ на вонь в воздухе возмущается относительно интеллигентно. Опять же рабочие места. А в период кризиса это ох, как важно — иметь работу.

А что, если банкротство это вовсе и не банкротство, а некие пазлы хорошо продуманной комбинаторики? Представьте себе ситуацию — банкротится ООО «Оренбургский Завод Промышленного Цинкования». Масса недовольных, кричащих про неспособного решить проблемы населения губернатора. Оппозиция выходит на пикеты с плакатами «Берга в отставку!», «Берг, спаси завод!»
Что остаётся Бергу в этой ситуации? Он ищет инвесторов. И находит-таки! Проходят очень тяжёлые переговоры сначала с Андреем Козинцем, затем с самим Искандером Махмудовым. Парни, типа, сопротивляются, народ митингует!
Наконец Ю.А. Берг предлагает инвесторам налоговые послабления … в свою очередь, Искандер Махмудов обещает построить в посёлке Новосергиевка приличный дом культуры или пару путепроводов через железную дорогу … с этим во всех населённых пунктах плохо.

Ну и всё. И завод с охр**ительно вредным производством перемещается из Владикавказа в посёлок Новосергиевка Оренбургской области на территорию . ООО «Оренбургский Завод Промышленного Цинкования», который будет скоро выкуплен УГМК у Сергея Анатольевича Чернова, благо там , вдруг так неожиданно, случилось банкротство. Ну и второе благо, оно как бы сразу одновременно с третьим идёт. Народ тут уже привыкший к дурным запахам, а главное — не имеющий традиций носить на поясе кинжал.

Да, забыл о главном. В результате такой комбинаторики у области появляется спонсор избирательного процесса, который обеспечит выборы нужного вредному производству первого человека в области. А все остальные люди в области под него подравняются.

В интересное время живём, товарищи…»

В Арбитражный суд Оренбургской области обратился бизнесмен Сергей Чернов с иском о собственном банкротстве как физлица. Сумма долга предпринимателя превышает 7,6 млрд руб. Господин Чернов является бенефициаром и владельцем компании «Урал­электрострой», занимающейся строительством объектов в сфере электроэнергетики. Предприятие принимало участие в возведении энергомоста в Крыму. Еще до заявления бизнесмена Арбитражный суд города Москвы принял иск банка «Русь» о банкротстве предпринимателя как физического лица и возбудил дело. Эксперты считают, что такое банкротство влечет за собой риск долгого восстановления в роли заслуживающего доверия партнера.

Оренбуржец Сергей Чернов подал в арбитражный суд региона иск о собственном банкротстве как физлица на сумму в 7,6 млрд руб. По данным «СПАРК-Интерфакс», это известный бизнесмен, бенефициар и владелец компании «Уралэлектрострой». Оренбургское предприятие специализируется на строительстве коммунальных объектов для обеспечения электроэнергией и телекоммуникациями. Компания принимала участие в возведении крымского энергомоста, а Сергей Чернов был награжден Орденом Дружбы за обеспечение энергоснабжения потребителей Крымского полуострова. Государственные награды получили еще три сотрудника предприятия.

Выручка компании в 2017 году превысила 7 млрд руб. В мае этого года ООО «Мехколонна‑100» из-за долга в размере 6,2 млн руб. потребовало банкротства «Уралэлектростроя». В июне в отношении компании Сергея Чернова ввели процедуру наблюдения. С заявлениями о включении в реестр кредиторов обратились «Сбербанк» (6,3 млрд руб.), ООО «Сибгазсервис» (631 млн руб.), ООО «Оренбургский ипотечный коммерческий банк «Русь»» (199 млн руб.) и др. Их требования находятся на рассмотрении суда.

Сергей Чернов является собственником или совладельцем еще около двух десятков организаций, занимающихся различными сферами деятельности. Например, ООО «ОЗПЦ» с выручкой 557 млн руб. в 2017 году предлагает услуги по горячему цинкованию металлоконструкций и металлоизделий, а ООО «ПЗМК» с выручкой 816 млн руб. в 2017 году занимается производством строительных металлических конструкций, изделий и их частей.

По данным агентства РАПСИ, заявление бизнесмена было возвращено Арбитражным судом Оренбургской области, так как на момент обращения должника Арбитражный суд города Москвы 6 августа 2018 года уже принял иск банка «Русь» о банкротстве предпринимателя как физического лица и возбудил дело.

«Основной массив требований к таким должникам составляют либо кредиты, оформленные «на себя», но истраченные на нужды бизнеса, либо поручительство за займы бизнеса, либо субсидиарная ответственность собственника. Личное банкротство бизнесмена в российских реалиях — это почти всегда не просто желание избавиться от долгов, потому что помимо благополучного исхода дела — освобождения от долгов — есть еще и негативные стороны, одна из которых — понятийное отношение бизнес-сообщества к таким процедурам. Такое не прощают. Причем не так важно какую роль и на каком уровне занимал бизнесмен, его дальнейшее восстановление в роли порядочного и заслуживающего доверия партнера сводится к минимуму. Пройдя публичную процедуру банкротства в России, предприниматель будет вынужден вести дела либо в теневом секторе экономики, либо через третьих лиц», — считает руководитель юридического департамента НЮС «Амулекс» Надежда Макарова.

Эксперт полагает, что шансы на введение процедуры реструктуризации долга в этом случае невелики из-за непропорционального соотношения суммы долга и срока для его погашения. «Процедура реструктуризации долгов предполагает наличие утвержденного плана реструктуризации, включающего шаги должника (банкрота) по погашению задолженности, максимальный срок реализации плана — три года. Кредиторы будут изо всех сил стараться найти имущество должника, проверить любой потенциальный источник дохода, тщательно изучат все сделки с активами за последние минимум три года, предшествовавшие банкротству, для их дальнейшего оспаривания. Напротив же, введение процедуры реализации имущества, обычно ускоряет процедуру банкротства, но в данном случае, при долгах в 7,6 млрд руб., предполагается небывалая активность кредиторов, которые будут всеми силами искать и оспаривать сделки должника, через которые были выведены его активы. Цель поисков — выявить сделки с пороком, признать их недействительными и вернуть имущество в конкурсную массу, из которой производятся выплаты кредиторам», — поясняет эксперт.

Попытка Сергея Чернова признать себя несостоятельным не является уникальной. Решением суда банкротом был признан бывший гендиректор обанкротившейся группы компаний JFC и экс-руководитель Михайловского театра и Новосибирского театра оперы и балета Владимир Кехман. Общая сумма средств, не возвращенных структурами бизнесмена-театрала банкам, оценивается в 18 млрд руб., а его личные долги — в 9 млрд руб.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *