Судебные приговоры о превышении необходимой обороны

Одним из способов самозащиты гражданских прав являются действия управомоченного лица в условиях крайней необходимости.

Под действиями, совершенными в состоянии крайней необходимости, понимаются такие действия, которые предпринимаются лицом для устранения опасности, угрожающей самому причинителю вреда или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами (ст. 1067 ГК). Указанные действия допустимы, если причиненный вред менее значителен, чем вред предотвращенный. Как и при необходимой обороне, действия в условиях крайней необходимости могут предприниматься не только как средство самозащиты прав и интересов управомоченного лица и других лиц, но и для защиты интересов государства и общества (п. 1 ст. 39 УК РФ).

В отличие от необходимой обороны, при крайней необходимости опасность для управомоченного лица (либо государства, общества, третьих лиц) возникает не из-за действий тех лиц, которым причиняется вред, а вследствие стихийных бедствий, неисправности механизмов, особого состояния организма человека, например вследствие болезни, и т. п. Она может возникнуть и в результате преступного поведения другого лица, например при причинении вреда имуществу граждан в ходе преследования преступника.

Особенность действий в состоянии крайней необходимости состоит в том, что в таких условиях лицо вынуждено использовать средства, связанные с причинением вреда. При этом в одних случаях причинение вреда может быть необходимой мерой предотвращения большей опасности, тогда как в других случаях вред может быть лишь сопутствующим явлением, которое может наступить или не наступить. Если при необходимой обороне вред причиняется непосредственно нападающему, то действиями в условиях крайней необходимости вред причиняется третьему лицу. Поэтому в силу ст. 1067 ГК такой вред по общему правилу подлежит возмещению причинившим его лицом. Но, поскольку действие в условиях крайней необходимости рассматривается законом как правомерное, хотя и вредоносное, учитывая обстоятельства, при которых был причинен такой вред, суд может возложить обязанность его возмещения на третье лицо, в интересах которого действовал причинивший вред, либо освободить от возмещения вреда полностью или частично как третье лицо, так и причинившего вред. Например, спасая тонувшего в реке гражданина, другой гражданин использовал стоявшую у берега лодку, из которой предварительно выбросил в воду находившееся в ней чужое имущество. Обязанность по возмещению причиненного им вреда была возложена судом на спасенного, неосторожно купавшегося в опасном месте.

При применении мер самозащиты в условиях крайней необходимости лицо не должно превышать пределы крайней необходимости. Превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожающей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный (п. 2 ст. 39 УК РФ). С точки зрения гражданского права это означает, что лицо, превысившее пределы крайней необходимости, должно безусловно возместить причиненный вред.

В судебной практике, часто возникает вопрос, к ответчику, причинившему материальный вред истцу: имеется ли доказательство, обосновывающее состояние крайней необходимости в котором находился ответчик; где подтверждение той опасности возникшей в сложившейся обстановке. Крайняя необходимость отметается судами в качестве довода по делу, так как суд настаивает на том, что нанесенный материальный вред был не столь необходим для собственной защиты.

Приведу пример из судебной практики дело № 2-476/2015: Истец обратился в суд с иском к ответчику о возмещении ущерба, причиненного заливом квартиры. В обоснование заявленных требований указал, что в квартире ответчика произошел пожар, в результате тушения которого была залита принадлежащая ему нижерасположенная квартира.

Ответчик утверждал, что материальный вред, нанесённый тушением пожара, был вынужденный, так как действовал в условиях крайней необходимости.

Но суд установил, что пожар возник в результате действия третьих лиц проживающих в квартире ответчика. И ответчик обязан контролировать, чтобы иные лица, которые проживают в указанной квартире, использовали это имущество надлежащим образом и не причиняли в результате такого использования вред третьим лицам. Поскольку данное требование не соблюдалось ответчик, не освобождается от возмещения вреда.

Так же можно привести пример из судебной практики, когда условия крайней необходимости не были признаны судом таковыми дело № 2-1817/2014:

В результате ДТП транспортное средство истца получило механические повреждения. Виновником в результате столкновения был признан ответчик.

Ответчик ссылается на условия крайней необходимости заключавшиеся в том: что ответчик, заметив аварийную ситуацию и оценив дорожную обстановку, при которой в попутном направлении и по полосе встречного движения следовал автотранспорт, опасаясь за жизнь и здоровье пассажира, предвидя наступление более тяжких последствий, не смог остановить машину и потому намеренно продолжила движение прямо, в результате чего нанес повреждения истцу.

Суд не установил, что условия крайней необходимости доказаны, так как ответчиком не представлено доказательство, свидетельствующие о том, что находился в состоянии крайней необходимости в целях устранения опасности не только в своих интересах, но и в интересах третьего лица, суду не представлено и судом не добыто. Однако суд, исследуя содержание материала об административном правонарушении у ответчика имелась иная возможность предотвратить столкновение с автомобилем истца, а именно избрать скорость, обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства.

Состояние крайней необходимости возникает в случаях реальной и непосредственной опасности для охраняемых объектов. Такая опасность может угрожать жизни и здоровью граждан, имуществу, а также повлечь экологическое бедствие и т.д.

Источник опасности может быть любой — стихийное бедствие, авария, транспортное происшествие, несчастный случай, нападение животных, преступные действия лиц.

При стихийном бедствии (пожаре, наводнении и т.п.) для того, чтобы избежать тяжелых последствий, приходится разбирать строения, перекапывать засеянные участки и т.п.

Ущерб, причиненный в этих случаях гражданам или организациям, значительно меньше, чем тот, который мог бы быть причинен дальнейшим распространением огня или воды.

Водитель автомашины, чтобы избежать лобового столкновения с машиной, выехавшей на полосу встречного движения, резко сворачивает в сторону и сбивает человека, стоявшего у края дороги, он действует в состоянии крайней необходимости, пытаясь избежать более тяжелых последствий.

Турист в результате несчастного случая получил тяжелую травму и нуждается в срочной медицинской помощи. Лица, которые силой завладели проезжавшей автомашиной для доставления пострадавшего в больницу, так как водитель отказался его везти, не должны отвечать за угон автотранспорта. Они действовали в состоянии крайней необходимости.

Опасность, вызывающая состояние крайней необходимости, должна:

угрожать объекту охраны;

быть реальной, а не кажущейся;

быть наличной, а не ожидающейся в будущем.

В состоянии крайней необходимости лица имеют право причинить какой-либо вред.

Условия правомерности причинения вреда при крайней необходимости следующие:

вред причиняется третьим лицам, т.е. лицам, которые не являются источником опасности;

причинение вреда является единственным средством избежать грозящей опасности, которая не могла быть устранена иными средствами;

причинение вреда третьим лицам должно быть своевременным, т.е. в условиях, когда реальная опасность еще наличествует;

лица, устраняющие опасность путем причинения вреда, не должны допускать превышения пределов крайней необходимости.

В соответствии с законом (ч. 2 ст. 39 УК) превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный. Такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.

В УК не предусмотрены специальные статьи с более легким наказанием в случае причинения смерти или вреда здоровью граждан при превышении пределов крайней необходимости, как это сделано в случаях превышения необходимой обороны (ст. 108, 114 УК).

По российскому закону превышение пределов крайней необходимости будет в тех случаях, когда причиненный вред более значителен, чем тот, который был предотвращен, или даже равнозначен с предотвращенным. Так, нельзя спасать свою жизнь за счет жизни другого человека, нельзя спасать свое имущество, уничтожая равноценное имущество другого.

Причинение по неосторожности равного или большего вреда, нежели вред предотвращенный, не влечет уголовной ответственности, так как в законе есть прямое указание на ответственность только в случае умышленного причинения вреда.

1. Не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости.

2. Превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный. Такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.

Комментарий к ст. 39 УК РФ

Институт крайней необходимости регламентирует ситуации, при которых опасность, угрожающую одному охраняемому законом интересу, можно устранить, только причинив вред другому или другим интересам, также охраняемым законом, например личности, собственности, общественной безопасности и др. При этом в отличие от необходимой обороны источником возникновения опасности может быть не только общественно опасное деяние, но и иные источники: поведение животных, природные катаклизмы, технические аварии и т.п. Опять же в отличие от необходимой обороны, где вред причиняется лицу, совершающему общественно опасное деяние, т.е. непосредственно посягающему на личность и права обороняющегося или других лиц, на интересы общества или государства, при крайней необходимости опасность охраняемому объекту устраняется путем причинения вреда не источнику опасности, а другим объектам.

Опасность, устраняемая в рамках крайней необходимости, должна быть непосредственной, т.е. создающей такие условия, при которых немедленное неустранение этой опасности приведет к причинению вреда охраняемым законом интересам личности, общества или государства. Поэтому условия крайней необходимости будут отсутствовать, если опасность является только возможной, вероятной. В этой связи для правильной правовой оценки ситуации очень важно установить субъективное отношение лица к имеющим место событиям, его восприятие ситуации. Если лицо заблуждалось в оценке ситуации, хотя по обстоятельствам дела могло и должно было правильно ее оценить, то в его действиях может иметь место преступление, связанное с причинением вреда по неосторожности. Если же имело место добросовестное заблуждение лица и обстановка происшествия не давала возможности правильной оценки ситуации, речь может идти о невиновном причинении вреда. Однако указанные выводы могут быть сделаны только на основе всей совокупности данных о происшествии в каждом конкретном случае.

Обязательным требованием закона, обусловливающим правомерность причинения вреда в условиях крайней необходимости, является невозможность устранения опасности иными средствами, чем причинение вреда другим правоохраняемым интересам. Установление этого фактора опять же сопряжено с оценкой всей совокупности объективных и субъективных условий происшествия и должно осуществляться так же, как и в предыдущем случае.

В случае же, если существовала иная возможность устранения опасности, чем причинение вреда, состояние крайней необходимости отсутствует.

Правомерность причинения вреда при крайней необходимости соотнесена в законе и с условием недопущения превышения ее пределов.

В ч. 2 ст. 39 УК РФ превышение пределов крайней необходимости определяется как причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный.

Итак, основным признаком превышения пределов крайней необходимости является явное (очевидное, не подлежащее сомнению) причинение вреда, не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась. Признак явности должен охватываться сознанием лица, причинившего вред. Явность же проявляется в причинении вреда равного или более значительного, чем предотвращенный.

Оценка соотношения объема вреда представляет собой определенную проблему, особенно с учетом того обстоятельства, что вред причиненный и вред предотвращенный могут быть весьма разноплановыми. В этом отношении ориентиром при решении поставленного вопроса может служить существующая, в том числе на законодательном уровне, иерархия ценностей нашего общества и государства. В частности, в ч. 1 ст. 2 УК РФ включен не только перечень объектов, охраняемых уголовным законом, но и предусмотрена их определенная последовательность. Именно она, хотя и с достаточной мерой условности, определяет ценность объектов. Поэтому, например, права и свободы человека и гражданина признаются более ценным объектом, чем собственность, и причинение им вреда при защите собственности будет свидетельствовать о явном несоответствии причиненного вреда характеру и степени угрожавшей опасности. И наоборот, причинение вреда собственности при защите прав и свобод человека и гражданина следует признать правомерным, так как в этом случае причиняется меньший вред по сравнению с предотвращенным. Однако и в подобных ситуациях окончательная оценка степени предотвращенного и причиненного вреда может быть дана только с учетом всех обстоятельств дела, например с учетом того, каким именно правам человека угрожала опасность, в какой степени эти права могли быть поражены, какой вред причинен собственности, какое имущество утрачено или уничтожено, какова значимость этого имущества для потерпевшего и т.п. И, безусловно, если опасность угрожала жизни человека, то все иные охраняемые объекты следует признавать второстепенными. Но жизнь одного человека не является большей ценностью, чем жизнь другого человека. Поэтому спасение собственной жизни за счет причинения смерти другому лицу не может рассматриваться как правомерное причинение вреда при крайней необходимости.

Превышение пределов крайней необходимости влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда. Это положение закона означает, что лицо, причиняющее вред, должно осознавать, что, устраняя опасность, непосредственно угрожающую личности, ее правам, охраняемым законом интересам общества или государства, оно причиняет равный или более значительный вред охраняемым уголовным законом интересам, желает причинить такой вред или сознательно допускает его причинение. Если же лицо не предвидело причинения вреда равного или более значительного, но могло и должно было предвидеть это обстоятельство, или предвидело возможность причинения такого вреда, но самонадеянно рассчитывало на его предотвращение, уголовная ответственность не наступает. Здесь важно обратить внимание на то обстоятельство, что превышение пределов крайней необходимости может быть осуществлено при наличии условий крайней необходимости. При отсутствии таких условий (отсутствовала опасность, опасность не имела непосредственного характера, опасность могла быть устранена иными средствами) может наступать ответственность за неосторожное преступление или ответственность может исключаться в связи с невиновным причинением вреда.

Подводя итог рассмотрению вопроса о крайней необходимости, можно отметить следующее.

Правомерность крайней необходимости определяется рядом признаков, которые принято делить на две группы:

а) относящиеся к опасности;

б) относящиеся к действиям по ее устранению.

Институт крайней необходимости следует разграничивать с институтом необходимой обороны.

Отличие необходимой обороны от крайней необходимости проводится по следующим основаниям:

1) по источникам опасности — при необходимой обороне таким источником является общественно опасное деяние человека, а при крайней необходимости опасность могут представлять как действия человека, так и стихийные силы природы, техника, животные и т.д.;

2) по способу причинения вреда — при необходимой обороне причинение вреда допускается независимо от имевшейся возможности у обороняющегося избежать посягательства или обратиться к органам власти; при крайней необходимости причинение вреда является единственным способом устранения опасности, непосредственно угрожающей интересам личности, общества и государства;

3) по направленности причиняемого вреда — при необходимой обороне вред причиняется только посягающему лицу, при крайней необходимости вред причиняется третьим лицам;

4) по соразмерности предотвращенного и причиненного вреда — при необходимой обороне причиненный посягающему вред может быть равным или большим, чем вред предотвращенный; при крайней необходимости обязательно причинение меньшего вреда, чем вред предотвращенный.

Судебная практика по статье 39 УК РФ

71. Статья 39 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает следующее:
«1. Не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости.

В данном случае следует полагать, что по делу отсутствуют основания для применения правил ст. ст. 37, 39 УК РФ.
При определенных обстоятельствах осужденные могли обращаться с жалобами в компетентные государственные органы.
Необоснованным является утверждение адвоката Головченко А.А. о неустановлении судом первой инстанции размера ущерба, причиненного ФКУ ИК . .

Данное отягчающее обстоятельство было предусмотрено ст. 39 УК РСФСР, действующей на момент совершения Захарцевым преступлений. Такое же отягчающее обстоятельство предусмотрено и действующим УК РФ — рецидив преступлений. В данном случае отличие имеется лишь в названии отягчающего обстоятельства, существо которого равнозначно.

Противоречия в показаниях Овчинникова в части того, угрожал он при этом Ж. или нет, не могут повлиять на наличие в его действиях состава преступления и их квалификацию, поскольку, как видно из установленных судом фактических обстоятельств дела, оснований утверждать, что Овчинниковым было применено к Ж. принуждение, предусмотренное ст. ст. 39 и 40 УК РФ, не имеется.

Суд правильно исходил из положений ст. 40 УК РФ, согласно которой не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в результате физического принуждения, если вследствие такого принуждения лицо не могло руководить своими действиями (бездействием). Вопрос об уголовной ответственности за причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в результате психического принуждения, а также в результате физического принуждения, вследствие которого лицо сохранило возможность руководить своими действиями, решается с учетом положений ст. 39 УК РФ.

В отношении причинения телесных повреждений Б. осужденная Сабанова должна быть освобождена от ответственности на основании ст. ст. 39 и 40 УК РФ, поскольку удары ножом Сабанова наносила, опасаясь за свою жизнь. При этом суд не учел всех обстоятельств причинения Сабановой физического вреда Б.

С учетом изложенного судом обоснованно признаны несостоятельными и доводы о том, что наезд на потерпевших был совершен Вадуевым Э.В. в условиях крайней необходимости при наличии реальной опасности для жизни и здоровья, при этом доказательств возникновения для него и иных лиц опасности, предусмотренной ст. 39 УК РФ, а равно невозможности ее устранения иными средствами, кроме как путем совершения наезда на потерпевших, по делу не имелось. Предусмотренных законом оснований, исключающих преступность деяния в соответствии со ст. 39 УК РФ, не установлено.

Учитывая изложенное, президиум посчитал, что бесспорные доказательства наличия умысла Ш. на совершение инкриминируемого ему преступления по делу отсутствуют. Кроме того, при рассмотрении уголовного дела судом не были учтены положения части 1 статьи 39 УК РФ.
В перечне оснований для отключения услуг по водоснабжению отсутствует возможность отключения населения от услуг по водоснабжению в случае истечения срока действия лицензии на пользование недрами, а равно ее отсутствия.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *