Статья 51 УПК

1. Участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если:

1) подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном статьей 52 настоящего Кодекса;

2) подозреваемый, обвиняемый является несовершеннолетним;

3) подозреваемый, обвиняемый в силу физических или психических недостатков не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту;

3.1) судебное разбирательство проводится в порядке, предусмотренном частью пятой статьи 247 настоящего Кодекса;

(п. 3.1 введен Федеральным законом от 27.07.2006 N 153-ФЗ)

4) подозреваемый, обвиняемый не владеет языком, на котором ведется производство по уголовному делу;

5) лицо обвиняется в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет, пожизненное лишение свободы или смертная казнь;

6) уголовное дело подлежит рассмотрению судом с участием присяжных заседателей;

7) обвиняемый заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в порядке, установленном главой 40 настоящего Кодекса.

2. В случаях, предусмотренных пунктами 1 — 5 части первой настоящей статьи, участие защитника обеспечивается в порядке, установленном частью третьей статьи 49 настоящего Кодекса, а в случаях, предусмотренных пунктами 6 и 7 части первой настоящей статьи, — с момента заявления хотя бы одним из обвиняемых ходатайства о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей либо ходатайства о рассмотрении уголовного дела в порядке, установленном главой 40 настоящего Кодекса.

3. Если в случаях, предусмотренных частью первой настоящей статьи, защитник не приглашен самим подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также другими лицами по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого, то дознаватель, следователь или суд обеспечивает участие защитника в уголовном судопроизводстве.

(в ред. Федерального закона от 05.06.2007 N 87-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

Комментарий к статье 51

1. Существует круг дел, по которым закон предписывает обязательное участие защитника. Это дополнительная гарантия защиты лиц, которые в силу физических или психических недостатков либо возрастных особенностей, а также по иным причинам (п. п. 4 — 7 коммент. статьи) не могут сами осуществлять свое право на защиту либо она для них существенно затруднена. Государство заинтересовано в повышенной охране интересов таких лиц, в результате чего оно избавляет себя от возможных ошибок на следствии и в суде.

2. Невыполнение требований данной статьи согласно п. 4 ч. 2 ст. 381 УПК влечет отмену приговора с возможными последствиями, указанными в ст. 378 УПК. Выявление этого нарушения в ходе подготовки к судебному заседанию является основанием для возвращения уголовного дела прокурору, поскольку обвинительное заключение или обвинительный акт, составленные на материалах, содержащих в себе такой существенный порок, не могут быть предметом судебного разбирательства (п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК). Так, предъявление обвинения несовершеннолетнему без участия защитника должно быть безоговорочно признано существенным нарушением уголовно-процессуального закона и повлечь возвращение дела прокурору с момента назначения судебного заседания <*>.

———————————

<*> БВС РФ. 1998. N 9. С. 9.

3. Во всех случаях обязательного участия защитника, предусмотренного наст. статьей, в досудебных стадиях речь идет только об адвокате. На более поздних стадиях процесса, по определению или постановлению суда наряду с ним могут быть допущены кто-то один из родственников или иных лиц, о допуске которых ходатайствует подсудимый.

4. Установив, что участие защитника обязательно, в случае если подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в порядке ст. 52 УПК, следователь, прокурор, суд должны выяснить, приглашен ли обвиняемым защитник. В противном случае им необходимо принять меры по обеспечению участия защитника в деле через адвокатское образование.

5. Следователь обязан обеспечить обязательное участие защитника подозреваемому и обвиняемому, если последние не отказались, а воспользовались своим правом обратиться за помощью адвоката с момента, определяемого законом, а именно с возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица, а также с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, в случаях водворения в изолятор временного содержания либо заключения под стражу.

6. Следователь обязан принять решение об обязательном участии защитника, если есть документальное подтверждение несовершеннолетия подозреваемого и обвиняемого на день совершения преступления, инвалидности, установленной по поводу психического заболевания или физических недостатков, либо если судом вынесено решение о признании обвиняемого недееспособным в результате душевного заболевания или слабоумия.

7. Участие защитника по делам несовершеннолетних обязательно не только в случаях, когда лицо совершило преступление до 18 лет, но и тогда, когда к моменту соответствующего процессуального действия уже достигло этого возраста. Если лицо обвиняется в преступлениях, часть из которых совершена им в возрасте до 18 лет, а часть после достижения совершеннолетия, то участие защитника также является обязательным.

8. Во всех пограничных ситуациях, связанных с возрастом, к примеру, если к моменту производства тех или иных процессуальных действий лицу исполнилось восемнадцать лет, а также когда обвиняемый привлечен по групповому делу или делу, сложному по фабуле или по доказательственному материалу, решение об обязательном участии защитника (в случае отказа обвиняемого от него) принимает сам следователь. Такое решение процессуально должно быть оформлено в виде мотивированного постановления. Подобное решение, если подсудимому к моменту судебного разбирательства исполнилось 18 лет, может принять и судья.

9. Вменяемость и способность осуществлять свое право на защиту не одно и то же. Вменяемость означает способность лица в момент совершения противоправного деяния отдавать себе отчет в своих действиях, руководить ими. Способность осуществлять свое право на защиту — это такое состояние психических функций (восприятия, понимания, памяти, мышления, эмоционально-волевой сферы), которое обеспечивает правильное отражение действительности и создает предпосылки для полноценной интеллектуальной деятельности. Признание экспертами обвиняемого вменяемым еще не означает, что он всегда способен осуществлять свое право на защиту.

10. Способность самостоятельно осуществлять право на защиту относится к числу правовых вопросов, решение которых составляет прерогативу следователя и суда. Для этого они разрешают следующие вопросы: есть ли у обвиняемого психические или физические недостатки, препятствующие полному осуществлению познавательной деятельности, и ограничивают ли они его возможности, связанные с реализацией права на защиту <*>.

———————————

<*> БВС РФ. 1994. N 1. С. 6.

11. Основанием к возникновению сомнений относительно психического состояния обвиняемого могут служить не только непосредственное наблюдение следователя или состава суда (судьи), но и характер совершенного преступления, заявление свидетелей, а также документы о перенесенных этим лицом заболеваниях и травмах <*>.

———————————

<*> БВС РФ. 1996. N 2. С. 10.

12. Основанием для обязательного участия защитника служат документы, подтверждающие, что обвиняемый состоял на учете в психоневрологическом диспансере, обучался в школе для умственно отсталых детей либо признавался хроническим алкоголиком. Как правило, бесспорным основанием является заключение эксперта-психиатра о наличии у обвиняемого психических недостатков, в силу которых последний не может самостоятельно осуществить свое право на защиту <*>. Такими основаниями являются также явно выраженные физические недостатки: ослаблены зрение или слух, дефекты речи, создающие помехи в установлении контактов с окружающими и изложении своих мыслей.

———————————

<*> БВС РФ. 1998. N 9. С. 15.

13. В обязательном порядке должны быть обеспечены помощью защитника лица, не умеющие свободно изъясняться на языке, на котором ведется судопроизводство, испытывающие затруднения в связи со слабым знанием языка в понимании тех или иных терминов при анализе обстоятельств дела.

14. Обязательным является участие защитника, если лицо обвиняется в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 15 лет, пожизненное лишение свободы или смертная казнь.

15. Обязательным является участие защитника при рассмотрении дела в составе присяжных заседателей, а также если обвиняемый заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства, предусмотренного гл. 40 УПК, т.е. когда постановление приговора происходит без проведения судебного разбирательства в общем порядке. Такое возможно при соблюдении ряда условий: обвиняемый признает предъявленное обвинение, на такое рассмотрение согласны государственный обвинитель или частный обвинитель и потерпевший, а наказание за преступление не превышает пяти лет лишения свободы.

16. Момент вступления защитника в уголовное дело при наличии обязательности его участия в нем определяется общим моментом его допуска, предусмотренного ч. 3 ст. 49 УПК. Здесь предусмотрены наиболее ранние возможности вступления защитника в процесс, начиная с возбуждения уголовного дела и фактического осуществления мер процессуального принуждения иных процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, подозреваемого в совершении преступления.

17. В случаях, предусмотренных п. п. 6 и 7 ч. 1 коммент. статьи, обязательное вступление защитника в дело происходит с момента заявления хотя бы одним из обвиняемых ходатайства о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей либо ходатайства о рассмотрении уголовного дела в порядке, установленном гл. 40 УПК. Такое происходит в момент ознакомления обвиняемого с материалами дела, когда следователь разъясняет ему его право о заявлении этих специфических ходатайств (ч. 5 ст. 217 УПК).

Информация об изменениях:

Федеральным законом от 27 июля 2006 г. N 153-ФЗ в часть 1 статьи 51 настоящего Кодекса внесены изменения

См. текст части в предыдущей редакции

1. Участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если:

1) подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном статьей 52 настоящего Кодекса;

2) подозреваемый, обвиняемый является несовершеннолетним;

3) подозреваемый, обвиняемый в силу физических или психических недостатков не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту;

3.1) судебное разбирательство проводится в порядке, предусмотренном частью пятой статьи 247 настоящего Кодекса;

4) подозреваемый, обвиняемый не владеет языком, на котором ведется производство по уголовному делу;

5) лицо обвиняется в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет, пожизненное лишение свободы или смертная казнь;

6) уголовное дело подлежит рассмотрению судом с участием присяжных заседателей;

7) обвиняемый заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в порядке, установленном главой 40 настоящего Кодекса;

Федеральным законом от 4 марта 2013 г. N 23-ФЗ часть 1 статьи 51 настоящего Кодекса дополнена пунктом 8

8) подозреваемый заявил ходатайство о производстве по уголовному делу дознания в сокращенной форме в порядке, установленном главой 32.1 настоящего Кодекса.

Член Совета АП Белгородской области 14 февраля 2017 г.

Отрадно, что руководство страны поддержало адвокатуру

Действительно, трудно недооценить значимость внесенного в Госдуму 11 февраля Президентом РФ законопроекта № 99653–7 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации».
Несмотря на то что за 15 лет действия УПК РФ был принят 191 закон, вносящий в Кодекс изменения, последний законопроект является, без преувеличения, самым значимым для адвокатуры.
Прежде всего, в ч. 2 ст. 49 УПК РФ внесено то, чего долго добивалось сообщество, – слово «допускается» заменяется на слово «участвует».
Данное изменение основывается на правовой позиции КС РФ, который в своем Постановлении от 25 октября 2001 г. № 14-П указал, что закон не предполагает никакого разрешения следователя на этот счет и одного предъявления удостоверения адвоката и ордера, подтверждающего заключенное с ним соглашение о защите, достаточно для реализации полномочий защитника и что иное противоречило бы принципу состязательности и равноправия сторон обвинения и защиты. Еще 15 лет назад КС РФ указывал, что выполнение адвокатом процессуальных обязанностей защитника не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, и иное понимание норм уголовно-процессуального закона о вступлении адвоката в уголовное дело противоречило бы предписаниям ч. 2 ст. 48 Конституции РФ, в силу которой реализация закрепленного в ней права подозреваемого и обвиняемого пользоваться помощью адвоката, в том числе иметь с ним свидания, не может быть обусловлена соответствующим разрешением лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело.
Жаль только, что трансформации столь важной правовой позиции в законопроект пришлось ждать столь долго, и мы знаем, как в ряде субъектов Федерации следователи и должностные лица УФСИН, игнорируя очевидную позицию КС РФ, не допускали адвокатов к подзащитным.
Весьма значимым являются дополнения в ч. 2, 3 ст. 50 УПК РФ положениями, обязывающими органы предварительного расследования и суд назначать адвоката только в порядке, принятом адвокатской палатой субъекта РФ, на территории которой производится предварительное расследование.
Если раньше следователи упорно противодействовали борьбе Советов палат субъектов с «карманными» адвокатами, то теперь они при назначении адвокатов будут обязаны руководствоваться решением Совета палаты.
Отрадно, что руководство страны поддержало адвокатуру, понимая, что, наводя порядок в участии адвокатов в защите по назначению, сообщество преследовало не свои корыстные цели, а отстаивало реальные интересы правосудия.
Так, в пояснительной записке к законопроекту указано, что последнее изменение «…позволит избежать ситуаций, когда органами предварительного расследования игнорируются решения органов адвокатского самоуправления и назначаются адвокаты для участия в уголовных делах вопреки интересам подозреваемых и обвиняемых».
Укрепляется с моей точки зрения и свидетельский иммунитет адвокатов. Дополнение п. 2 ч. 3 ст. 56 УПК РФ словами «за исключением случаев, когда о допросе в качестве свидетеля ходатайствует сам адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого с согласия и в интересах подозреваемого, обвиняемого», как представляется, несколько умерит пыл следователей и остановит известные сообществу факты многочисленных попыток допросов адвокатов.
Укрепляют позиции защиты и дополнение ст. 58 УПК РФ запретом на отказ в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в производстве по уголовному делу специалиста для разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.
Повысит гарантии нашей независимости и отнесение к недопустимым доказательств, полученных в ходе ОРМ или следственных действий путем изъятия данных и документов из производства адвоката по делам его доверителей.
С моей точки зрения, не является новеллой дополнение ст. 159 УПК РФ положениями о том, что участникам уголовного судопроизводства не может быть отказано в удовлетворении ходатайства не только о производстве следственных действий, но и о приобщении к материалам уголовного дела доказательств, если обстоятельства, об установлении которых ходатайствуют указанные лица, имеют значение для данного уголовного дела и подтверждаются этими доказательствами, и об обязанности органов предварительного расследования гарантировать защитнику участие в следственных действиях, производимых по его ходатайству.
Гарантия защитника на участие в следственных действиях, производимых по его ходатайству, уже содержится в п. 5 ч. 1 ст. 53 УПК РФ, а ст. 159 УПК РФ в действующей редакции дополняется лишь указанием на приобщение к делу доказательств.
Положительно оценивая вносимые изменения, понимаешь, что зачастую за ними стоит судьба наших коллег, прошедших через скамью подсудимых за разглашение тайны предварительного расследования.
Не сомневаюсь, что в том числе уголовные дела адвокатов Владимира Дворяка и Георгия Антонова послужили основаниями для изменений в ст. 161 УПК РФ, позволяющих прекратить произвольное толкование понятия тайны предварительного расследования и определяющих обстоятельства и данные, не входящие в следственную тайну.
Наконец-то будет устранено противоречие между Законом об адвокатуре и УПК РФ по обыску в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности).
Если ч. 3 ст. 8 Закона об адвокатуре предусматривала решение суда на производство таких действий, то ст. 29 УПК РФ такого положения не содержала.
Теперь же ч. 2 ст. 29 дополняется п. 5.2, относящим к исключительному правомочию суда принятие решений о производстве обыска, осмотра и выемки в отношении адвоката, и УПК РФ дополняется новой ст. 405.1, определяющей особенности проведения этих действий.
Проект новой статьи предусматривает, что обыск, осмотр и выемка в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) могут быть произведены только после возбуждения в отношении адвоката уголовного дела или привлечения его в качестве обвиняемого.
В случае если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, на основании постановления судьи о разрешении производства обыска, осмотра и (или) выемки в производстве указанных следственных действий должен участвовать член совета адвокатской палаты субъекта РФ, на территории которого производятся указанные следственные действия, или иной представитель, уполномоченный президентом этой адвокатской палаты, который должен обеспечить неприкосновенность предметов и сведений, составляющих адвокатскую тайну.
В развитие ранее обозначенной позиции КС РФ в постановлении судьи о разрешении производства обыска, осмотра и (или) выемки в отношении адвоката указываются данные, служащие основанием для производства указанных следственных действий, а также конкретные отыскиваемые объекты, и запрещается изъятие иных объектов, изъятие всего производства адвоката по делам его доверителей, а также фотографирование, киносъемка, видеозапись и иная фиксация материалов указанного производства.
При этом вызывает обеспокоенность положение ч. 3 новой статьи, позволяющее по уголовному делу, возбужденному в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, провести осмотр жилых и служебных помещений, используемых для осуществления адвокатской деятельности, без вынесения судебного решения, в случае, когда в указанных помещениях обнаружены признаки совершения преступления.
Проблема состоит еще и в том, что в таком случае осмотр места происшествия допускается без участия члена совета АП субъекта РФ, на территории которого производится осмотр, или иного представителя, уполномоченного президентом этой АП, со ссылкой на невозможность его участия.
Зная ретивость наших правоохранителей, представляется, что ссылки на невозможность обеспечить участие члена совета АП субъекта РФ, на территории которого производится осмотр, или иного представителя, уполномоченного президентом АП, в таких случаях будут постоянны.
В случае принятия закона советам адвокатских палат субъектов РФ нужно будет принять меры к тому, чтобы помимо членов совета уполномоченные президентом АП представители были заранее определены в каждом муниципальном образовании и их списки были доведены до руководителей правоохранительных органов.
Зная, какие усилия приложены руководством Федеральной палаты адвокатов РФ и Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека для появления этого законопроекта, и отмечая его крайнюю необходимость для адвокатуры, надеюсь, что законодатели не затянут с его принятием. Поделиться Прямая ссылка на материал: Поделиться: Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *