Статус субъекта российской федерации может быть изменен

Изменение конституционно-правового статуса субъекта Российской Федерации

ЧЕРТКОВ Александр Николаевич,

ведущий научный сотрудник отдела

конституционного права ИЗиСП, доктор юридических наук, доцент

Потенциальным способом изменения субъектного состава Российской Федерации, не связанным с преобразованием территории, является изменение конституционно-правового статуса субъекта РФ. Даже без изменения территории субъекта РФ изменение его статуса приведет к обновлению субъектного состава Российской Федерации. Так, если области будет предоставлен статус края или республики, то в составе Российской Федерации станет на одну область меньше и на один край или одну республику больше.

Рассматривая вопрос об изменении конституционно-правового статуса субъекта РФ, необходимо определить содержание этого понятия. Как представляется, применительно к рассматриваемым вопросам понятия «правовое положение» и «правовой статус» являются идентичными. Оба понятия широко употребляемы в законодательстве и юридической литературе. Ими характеризуют положение того или иного субъекта правового отношения, в нашем случае — субъекта РФ. Каких-либо характерных различий в трактовке данных понятий в литературе не приводится. Статус (от лат. status — состояние, положение) — это правовое положение (совокупность прав и обязанностей) гражданина или юридического лица1. Более широкое понимание термина «правовой статус» включает совокупность прав, обя-

занностей (правообязанностей), гарантий их реализации, ответственности субъекта права2.

В юридической литературе наиболее распространено отождествление институтов прав и обязанностей с правовым статусом. Нередко и в законодательстве правовое положение (статус) стоит в одном ряду с правами и свободами. Тем самым объединяются в единое понятие два соподчиненных института. Вместе с тем статус (или, точнее, конституционные основы статуса) представляет собой комплексный государственно-правовой институт, составной частью которого являются основные права, свободы и обязанности граж-дан3. В отношении субъекта РФ можно говорить о правообязанностях, поскольку все его права являются одновременно и обязанностями.

Содержание юридического статуса человека закрепляется всеми нормами и институтами, которые в большей или меньшей степени призваны обозначить положение и роль человека в обществе, т. е. в производстве, в управлении делами государства, в области духовной жизни. Вследствие очевидного разнообразия этих отношений столь же численно велики и правовые средства, способные выра-

3 См.: Воеводин Л. Д. Указ. соч. С. 13.

зить его. Отсюда содержание, объем, а также границы правового статуса трудно очертить4. Вот почему под статусом или правовым положением человека принято понимать его основы, которые составляют «конституционный статус». Такие «основы» выделяются из всей совокупности отношений, образующих в целом правовое положение субъекта правоотношений, потому что их содержание определяется конституцией. Несмотря на прямое действие норм Конституции РФ, ими не исчерпывается регулирование статуса любого субъекта правоотношений, в том числе субъекта РФ. Конституционные нормы получают развитие и конкретизацию в законах (федеральных и субъектов РФ) и иных нормативных правовых актах.

В Конституции РФ термин «статус» употребляется применительно к субъектам РФ5. Конституционный статус субъекта РФ урегулирован в Конституции РФ (ч. 1, 2, 5 ст. 66 и ч. 1 ст. 137): это установленное Конституцией РФ и конституцией (уставом) субъекта РФ положение субъекта как государственно-территориальной единицы Российской Федерации. Такое понимание основывается на положениях постановления Конституционного Суда РФ от 14 июля 1997 г. № 12-П по делу о толковании содержащегося в ч. 4 ст. 66 Конституции РФ положения о вхождении автономного округа в состав края, области (п. 4 установочной части). Конституционный статус субъекта РФ

4 См.: Воеводин Л. Д. Указ. соч. С. 13.

5 В частности, «статус республики определяется Конституцией Российской Федерации и конституцией республики» (ч. 1

ст. 66), «статус субъекта Российской Федерации может быть изменен по взаимному согласию Российской Федерации и субъекта Российской Федерации в соответствии с федеральным конституционным законом» (ч. 5 ст. 66). Данное понятие используется в конституциях и уставах субъектов РФ, федеральном законодательстве, регулирующем субъектный состав Российской Федерации.

включает совокупность норм Конституции и норм основных законов субъектов РФ, в которых определяются элементы статуса субъекта.

В целом статус субъекта права классифицируется по различным критериям. Так, по отраслевой принадлежности правового регулирования он может быть отраслевым и комплексным. Отраслевой статус устанавливается нормами одной отрасли права, комплексный включает нормы нескольких отраслей6. Можно специально выделить конституционный статус субъекта права, устанавливаемый исключительно нормами основного закона государства, как составную часть отраслевого конституционно-правового статуса субъекта права. Отсюда необходимость разграничения понятий «конституционный статус» и «конституционно-правовой статус». Очевидно, что конституционно-правовой статус шире конституционного статуса. Конституционный статус субъекта права включает лишь нормы, содержащиеся в тексте конституции, а конституционно-правовой статус — все нормы конституционного законодательства.

В юридической литературе высказывается мнение, что конституционно-правового статуса субъектов РФ как обобщающей научной категории или совокупности правовых норм не существует в природе, поскольку каждый субъект в своем основном законе правомочен устанавливать нормы, конкретизирующие нормы Конституции РФ. Поэтому каждый субъект РФ имеет индивидуальный конституционно-правовой статус, определяемый нормами Конституции РФ и основного закона субъекта РФ. В то же время конституционный статус каждого субъекта РФ одинаков. С точки зрения развития теории федерализма приме-

нительно к России можно говорить и об уставном (для республик — конституционном) статусе субъекта РФ, о его взаимосвязи с конституционным (Конституция РФ) и конституционно-правовым статусами субъекта РФ как участника федеративных правоотношений7.

Как представляется, изложенное отчасти верно, поскольку в конституциях (уставах) субъектов РФ устанавливается их индивидуальный статус. Но в приведенной конструкции возникает неясность в разграничении конституционного статуса республики (в соответствии с республиканской конституцией) и ее же конституционного статуса (в соответствии с Конституцией РФ). В современной юридической науке субъект права может иметь общую и специальную правосубъектность и, следовательно, общий и специальный статусы. Общий статус — совокупность элементов, одинаковых для субъекта права (например, статус гражданина). Специальный статус — совокупность элементов, конкретизирующих и дополняющих общий исходя из социального, служебного и иного положения субъекта. Более того, один и тот же субъект права одновременно может быть носителем нескольких статусов8.

Многообразие конституционных правоотношений, в которые может вступать субъект РФ, позволяет говорить о том, что его статус — понятие широкое и многогранное. Субъекты РФ тоже могут обладать общим и специальными статусами. Видимо, общим статусом государствен-

7 См.: Лебедев А. Н. Статус субъекта Российской Федерации (основы концепции, конституционная модель, практика). М., 1999. С. 78—79.

но-территориальных единиц Российской Федерации вне зависимости от их наименования будет статус субъекта РФ, включающий всю совокупность принципов, правообя-занностей, гарантий их реализации и ответственности. Не случайно в Конституции РФ 1993 г. употребляется термин «субъект Российской Федерации», ранее не применявшийся в Основных законах нашей страны (впервые он встречается в ряде правовых актов 1991 г. и в Протоколе к Договору о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти краев, областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга).

Конституционно-правовой статус целесообразно рассматривать сквозь призму широкого толкования, позволяющего учитывать и отдельные особенности статуса субъекта РФ, а также возможность его изменения. Специальный (видовой) статус определяется одним из шести установленных в Конституции РФ видов субъектов РФ (республика, край, область, город федерального значения, автономная область, автономный округ). Кроме того, особенности конституционно-правового статуса конкретного субъекта РФ связаны и с самостоятельностью уточнения содержания своего статуса.

Изменение конституционно-правового статуса субъекта РФ представляет собой изменение специального (видового) статуса субъекта с одного вида на другой из числа прямо установленных в Конституции РФ видов субъектов РФ. Изменение общего конституционно-правового статуса субъекта РФ невозможно исходя из содержания Конституции РФ. Изменение статуса субъекта РФ как государственно-территориальной единицы Российского государства на статус суверенного государства невозможно в свете принадлежности суверенитета Российской Феде-

рации в целом (ч. 1 ст. 4), провозглашения государственной целостности принципом федеративного устройства России (ч. 3 ст. 5), установления обязанности Российской Федерации обеспечивать целостность и неприкосновенность территории (ч. 3 ст. 4), отсутствия у субъектов РФ права сецессии.

Изменение статуса субъекта РФ как государственно-территориальной единицы Российского государства на статус иной территориальной единицы (автономной, административно-территориальной и т. д.) невозможно вследствие конституционного установления о том, что в составе территории РФ не указано никаких иных частей суши, кроме территорий ее субъектов (ч. 1 ст. 67). Субъектный состав Российской Федерации также прямо установлен в тексте Конституции РФ (ч. 1 ст. 65). Если хоть на какую-то часть суши, входящую в состав территории РФ, не будет распространяться статус субъекта РФ, возникнет несоответствие нормам Конституции РФ. Более того, статус субъекта РФ определяется не только нормами Конституции РФ, но и нормами конституций (уставов) ее субъектов. Соответственно, даже путем внесения поправки в Конституцию РФ невозможно изменить статус субъекта Федерации. Да и трудно представить, чтобы какой-либо субъект РФ добровольно инициировал понижение своего конституционно-правового статуса. Речь не идет об объединении субъектов — за всей территорией нового субъекта сохраняется статус субъекта РФ.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Таким образом, изменение статуса субъекта РФ на статус суверенного государства, равно как и на статус иной, не государственно-территориальной единицы Российского государства, невозможно в условиях действующей правовой системы России. Практическая необходимость в подобных изменениях, с точки зрения территориального устройства и территориального развития России, также отсутствует. Напротив,

сохранение статуса субъекта РФ за всеми государственно-территориальными единицами регионального уровня соответствует конституционным принципам устройства Российского государства и основным целям его развития.

Изложенное понимание изменения статуса субъекта РФ не является бесспорным. Существуют ограничения изменения статуса субъекта РФ как перехода из одного вида субъектов в другой в рамках действующей Конституции РФ в отношении отдельных субъектов РФ. Так, автономная область не сможет стать субъектом РФ иного вида, поскольку в ч. 1 ст. 5 Конституции РФ автономная область как субъект РФ названа в единственном числе. В свою очередь, данная норма не подлежит пересмотру в рамках действующей Конституции РФ, поскольку входит в гл. 1 «Основы конституционного строя». Это означает, что автономная область в составе Российской Федерации существует ровно столько, сколько действует гл. 1, а значит, и вся Конституция РФ 1993 г. По этой же причине ни один из двух существующих на сегодняшний день городов федерального значения не может приобрести статус иного вида, так как города указаны в ч. 1 ст. 5 Конституции во множественном числе. Хотя изменение статуса города федерального значения на статус любого из пяти оставшихся видов государственно-территориальных единиц едва ли фактически возможно: любой субъект РФ, кроме Москвы и Санкт-Петербурга, включает территории городов, иных поселений и межселенную территорию. Точно так же должно остаться как минимум две республики, два края, две области, два автономных округа. Кроме того, две области, в состав которых входят автономные округа (округ), не могут приобрести статус республики, поскольку вхождение других субъектов РФ в состав республик Конституцией РФ не предусмотрено.

Разумеется, названные юриди-ко-технические нюансы влекут ряд содержательных проблем правового регулирования конституционно-правового статуса субъектов РФ и субъектного состава Российской Федерации. В то же время невозможность изменения конституционно-правового статуса отдельных субъектов РФ не может стать препятствием для законодательного урегулирования и фактического осуществления изменения конституционно-правового статуса субъекта посредством принятия и реализации федерального конституционного закона об изменении конституционно-правового статуса субъекта РФ.

Аналогичные возражения можно привести и в отношении законодательного регулирования изменения субъектного состава Российской Федерации. Так, объединение Еврейской автономной области с другим субъектом РФ, например с Хабаровским краем, тоже невозможно в свете содержания ст. 5 Конституции. Тем не менее Федеральный конституционный закон от 17 декабря 2001 г. № 6-ФКЗ «О порядке принятия в Российскую Федерацию и образования в ее составе нового субъекта Российской Федерации» принят и реализован в пяти случаях посредством принятия специальных федеральных конституционных законов.

Исходя из изложенного изменение конституционно-правового статуса субъекта РФ представляет собой присвоение ему иного вида конституционно-правового статуса субъекта РФ из числа установленных в ч. 1 ст. 5 Конституции РФ. Такое изменение влечет внесение в ч. 1 ст. 65 Конституции нового официального наименования субъекта РФ на основании федерального конституционного закона о порядке изменения конституционно-правового статуса субъекта. Подчеркнем, что иные изменения, которые могут быть внесены в ч. 1 ст. 65 Конституции РФ, не являются изменением конституционно-правового статуса субъекта РФ,

в том числе изменение официального наименования субъекта в связи с образованием нового субъекта РФ и изменение индивидуального наименования субъекта РФ в соответствии с ч. 2 ст. 137 Конституции РФ.

В условиях современной России изменение конституционно-правового статуса субъекта РФ является потенциально наиболее вероятным вариантом расширения способов изменения субъектного состава Федерации (по сравнению с перспективами, например, дробления субъектов РФ).

Для юридической формализации рассматриваемого способа изменения субъектного состава Российской Федерации потребуется принятие федерального конституционного закона о порядке изменения конституционно-правового статуса субъекта РФ. Вследствие отсутствия данного федерального конституционного закона ни один субъект РФ с декабря 1993 г. не изменил своего конституционно-правового статуса. Юридические препятствия принятию указанного федерального конституционного закона отсутствуют. Более того, возможность изменения конституционно-правового статуса субъекта РФ и урегулирование данного процесса федеральным конституционным законом прямо предусмотрена Конституцией (ч. 1 ст. 137, ч. 5 ст. 66).

Необходимо остановиться на основных вопросах разработки федерального конституционного закона о порядке изменения конституционно-правового статуса субъекта РФ. Подчеркнем, что его принятие позволило бы, по аналогии с Федеральным конституционным законом «О порядке принятия в Российскую Федерацию и образования в ее составе нового субъекта Российской Федерации», разработать и принять специальный федеральный конституционный закон об изменении конституционно-правового статуса конкретного субъекта РФ. Возможным вариантом является принятие федерального закона по конкретному

случаю изменения конституционно-правового статуса субъекта РФ. Таким образом, на основе базового федерального конституционного закона можно было бы принимать федеральные конституционные законы об изменении конституционно-правового статуса области на статус края или республики и т. д.

В отношении автономных округов, входящих в состав другого субъекта РФ, изменение конституционно-правового статуса будет, видимо, означать и непосредственное вхождение в состав Российской Федерации. Ведь по смыслу норм Конституции РФ вхождение в состав другого субъекта РФ является особенностью конституционно-правового статуса именно автономного округа (ст. 66). Республика, край, область или город федерального значения не могут входить в состав другого субъекта РФ.

Представляется, что в федеральном конституционном законе о порядке изменения конституционно-правового статуса субъекта РФ следует сформулировать цель принятия закона, определить понятийный аппарат, установить условия изменения статуса (в частности, формы выражения взаимного согласия Российской Федерации и ее субъекта). Следует также установить ограничения для субъектов РФ на изменение статуса по формально-юридическим основаниям. В частности, города федерального значения не вправе изменять свой статус, поскольку Москва и Санкт-Петербург прямо названы в Конституции как единственные города федерального значения. Субъекты РФ также не вправе приобретать статус автономной области, поскольку в Конституции автономная область упоминается в единственном числе. Ограничения для изменения конституционно-правового статуса субъектов РФ возможны и по фактическим показателям. В частности, автономный округ для непосредственного вхождения в Российскую Федерацию и

приобретения статуса республики, края или области должен обладать достаточным экономическим потенциалом, не иметь бюджетного дефицита и задолженностей перед федеральным, региональными и муниципальными бюджетами, иметь высокий уровень развития законодательства и т. д.

В федеральном конституционном законе требуется детальная регламентация процедуры изменения статуса субъекта РФ на основании требований норм Конституции РФ (прежде всего ч. 1, 3 и 4 ст. 5, ч. 1, 2 и

5 ст. 66, ч. 1 ст. 137). При этом процесс подготовки федерального конституционного закона о порядке изменения конституционно-правового статуса субъекта РФ может и должен быть организован с максимальным учетом правовых позиций Конституционного Суда РФ, что устранит необходимость оспаривания в Конституционном Суде его норм.

Основными стадиями изменения конституционно-правового статуса субъекта РФ как одного из направлений осуществления государственно-территориального процесса могут стать следующие процедуры:

1) уведомление Российской Федерации в лице высших федеральных органов государственной власти (Президента, палат Федерального Собрания, Правительства, высших федеральных судов) органами государственной власти субъекта РФ о намерении инициировать процедуру изменения конституционно-правового статуса субъекта РФ и проведение соответствующих консультаций;

2) проведение референдума на территории субъекта РФ по вопросу

06 изменении конституционно-правового статуса субъекта РФ;

3) направление результатов референдума в субъекте РФ высшим федеральным органам государственной власти вместе с необходимыми сопроводительными документами (либо по аналогии с образованием нового субъекта РФ — направление документов Президенту РФ,

который проводит соответствующие консультации с иными высшими органами);

4) совместная разработка проекта федерального конституционного закона об изменении конституционно-правового статуса соответствующего субъекта РФ федеральными органами государственной власти и органами государственной власти заинтересованного субъекта РФ и внесение его законодательным органом данного субъекта либо Президентом РФ в Государственную Думу Федерального Собрания РФ;

5) рассмотрение и принятие федерального конституционного закона об изменении конституционно-правового статуса соответствующего субъекта РФ в Федеральном Собрании РФ и внесение изменения в ч. 1 ст. 65 Конституции РФ.

Перспективы принятия федерального конституционного закона о порядке изменения конституционно-правового статуса субъекта РФ в ближайшее время неочевидны, хотя потребность в появлении данного закона велика не только в части изменения конституционно-правового статуса ряда субъектов РФ, но и в части укрепления территориальной целостности Российской Федерации, придания большей системности ее государственно-территориальному устройству. Так, Федеральный конституционный закон «О порядке принятия в Российскую Федерацию и образования в ее составе нового субъекта Российской Федерации» исходит из разностатусности субъектов РФ. С этих же позиций принимаются федеральные конституционные законы об образовании новых субъектов РФ: в четырех из пяти принятых по данному вопросу федеральных конституционных законов четко установлено, что новый субъект РФ имеет статус края (только новый субъект РФ, образуемый в результате объединения Иркутской области и Усть-Ордынского Бурятского автономного округа, имеет статус области).

Подчеркнем, что при укрупнении субъектов РФ в ходе реализации соответствующих положений названного Федерального конституционного закона в отношении значительного числа субъектов, повышении экономического потенциала новых субъектов разностатусность может стать серьезным дестабилизирующим фактором, угрожающим государственному единству и территориальной целостности России. В связи с этим представляется перспективным сочетание укрупнения субъектов РФ с поэтапным созданием более симметричной Федерации, состоящей из субъектов с одинаковым видовым конституционно-правовым статусом. Этому будет способствовать принятие федерального конституционного закона о порядке изменения конституционно-правового статуса субъекта РФ на основании ст. 66 и 137 Конституции РФ. Данный федеральный конституционный закон может стать основой унификации конституционно-правового статуса субъектов РФ, корректировки государственно-территориального устройства Российской Федерации.

В отношении унификации статуса субъектов РФ отметим, что данная тенденция является общемировой. В зарубежной практике федерализма определенное распространение имеет лишь одно проявление правовой асимметрии — неодинаковая норма представительства субъектов федерации в палате федерального парламента в зависимости от численности населения (ФРГ, ОАЭ, Швейцария, Малайзия, Танзания, Пакистан)9. В свою очередь, такой асимметричностью федерации обеспечивается равноправие граждан государства в части достижения равенства в представительстве граждан в соответствующей пала-

те федерального парламента. Лишь в отдельных федерациях имеется правовая асимметрия ее субъектов. Так, некоторые штаты Индийского союза (в частности, Джамму и Кашмир, Сикким) имеют преимущества, некоторые же, наоборот, ограничены в правах (в частности, Мегхалая, Трипура) по сравнению с другими штатами10.

Первоначальная асимметричность Российской Федерации сложилась не из объективных процессов федерализации государства или каких-то уникальных особенностей территориального устройства России, а из слабости центральной власти в 1990-е гг. и «парада суверенитетов» ряда республик в составе Российской Федерации. В ее преодолении можно выделить переход к конституционной модели федерализма в связи с принятием на референдуме 12 декабря 1993 г. Конституции РФ, прекращением действия всех договоров и «сворачиванием» дальнейшего договорного процесса (кроме договора с органами государственной власти Республики Татарстан). Осуществленное приведение конституций субъектов РФ и иных региональных нормативных правовых актов в соответствие с Конституцией РФ и федеральным законодательством, внедрение единых подходов в поддержке субъектов РФ через специально предусмотренные для этого законодательством формы (например, федеральные целевые субвенции, федеральные целевые программы), а также прокурорский надзор, судебный контроль (прежде всего конституционный), деятельность полномочных представителей Президента РФ в федеральных округах, учреждение федерального банка данных нормативных правовых актов субъектов РФ — федерального регистра нормативных правовых

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

10 См.: Басу Д. Д. Основы конституционного права Индии / под общ. ред. М. М. Сай-фуллина. Пер. с англ. М., 1986. С. 101—125, 327.

актов субъектов РФ, установление ответственности органов государственной власти субъектов РФ за нарушение Конституции РФ и федерального законодательства способствовали восстановлению единства правового пространства России.

Российская Федерация остается асимметричной лишь в отдельных аспектах. Из числа непреодоленных и на сегодняшний день оправданных проявлений асимметрии можно отметить вхождение одного или двух субъектов РФ в состав территории другого субъекта. В состав субъектов некоторых иностранных федераций входят автономные территориальные единицы, но не равноправные субъекты Федерации. Исторически ситуация вхождения округов в состав края (области) берет начало с 1925 г., когда в составе Пермской области был образован Коми-Пермяцкий национальный округ (впоследствии — автономный). Все автономные округа изначально создавались в пределах территории края или области как форма национального самоопределения малочисленных народов и иных этнических групп, проживающих в районах Крайнего Севера и Сибири.

В целом же наиболее стабильные федерации состоят из однородных по статусу субъектов. В связи с этим целесообразным представляется курс на формирование однородных субъектов РФ — государственно-территориальных единиц, образованных по комплексно-территориальному принципу. Единым названием для всех субъектов РФ может стать новый термин «земля». Такое наименование соответствует русской традиции и не противоречит национальным культурам других народов России. Во всяком случае с исторической точки зрения слово «земля» им гораздо ближе, чем латинский термин «respubHca». Термин «земля» встречается и в зарубежной практике (в частности, Германия состоит из земель). Иным

вариантом общего наименования субъектов РФ может стать используемое ныне слово «край». Учитывая, что число субъектов РФ только данного вида в последнее время увеличивается вследствие объединения субъектов РФ, наименование «край», видимо, является наиболее приемлемым. Большинство субъектов РФ составляют области, что служит аргументом в пользу использования данного термина. Распространение на все субъекты РФ статуса республики в принципе также возможно и привлекательно в силу максимального повышения статуса субъектов РФ. Вместе с тем такое его повышение может создать проблему придания излишнего значения фактору национальной принадлежности населения региона при определении статуса субъекта РФ, что нежелательно.

Таким образом, принятие и реализация федерального конституционного закона о порядке изменения конституционно-правового статуса субъекта РФ может стать значимым способом изменения субъектного состава Российской Федерации. Стратегической целью этого видится поэтапное формирование единого статуса всех субъектов РФ как государственно-территориальных единиц, построенных на основе комплексно-территориального принципа. Изменение конституционно-правового статуса субъекта РФ в случае принятия соответствующего федерального конституционного закона может стать значимым направлением совершенствования субъектно-

го состава Российской Федерации, прямо предусмотренным в Конституции РФ.

Библиографический список

Басу Д. Д. Основы конституционного права Индии / под общ. ред. М. М. Сайфуллина. Пер. с англ. М., 1986.

Бахрах Д. Н. Административное право: учебник. Общая часть. М., 1993.

Воеводин Л. Д. Юридический статус личности в России. М., 1997.

Жалинский А. Э. Правовой статус населения в условиях чрезвычайного положения // Обеспечение безопасности населения и территорий. М., 1994.

Иностранное конституционное право / под ред. В. В. Маклакова. М., 1996.

Комментарий к Конституции Российской Федерации / общ. ред. Ю. В. Кудрявцева. М.,1996.

Конституционное право / отв. ред. А. Е. Козлов. М., 1996.

Конституция Российской Федерации: комментарий / под общ. ред. Б. Н. Топорни-на, Ю. М. Батурина, Р. Г. Орехова. М., 1994.

Лебедев А. Н. Статус субъекта Российской Федерации (основы концепции, конституционная модель, практика). М., 1999.

Румянцева Т. С. Федеральное Собрание: конституционно-правовой статус // Конституционный строй России. М., 1996. Вып. 2.

Советский энциклопедический словарь. М., 1982.

Словарь иностранных слов. М., 1986.

Стрекозов В. Г., Казанчев Ю. Д. Государственное (конституционное) право Российской Федерации. М., 1995.

Чиркин В. Е. «Закрыть Америку!»?// Государство и право. 1997. № 2.

Юридический энциклопедический словарь. М., 1984.

О ГОСУДАРСТВЕННЫХ ЯЗЫКАХ РЕСПУБЛИКИ КОМИ (с изменениями на: 20.06.2016)

ЗАКОН

РЕСПУБЛИКИ КОМИ

от 28 мая 1992 года N

О ГОСУДАРСТВЕННЫХ ЯЗЫКАХ РЕСПУБЛИКИ КОМИ

Государственными языками Республики Коми являются коми и русский языки.
В Республике Коми гарантируется сохранение и развитие языка коми народа и других народов, проживающих в республике.
(часть вторая в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)
Русский язык на территории Республики Коми является основным средством межнационального общения.
Закон не ущемляет неотъемлемых прав граждан любой национальности на свободное развитие их родных языков и культур, гарантирует государственную поддержку в их стремлении удовлетворить свои культурные запросы на родном языке.
Настоящим Законом устанавливается порядок официального применения государственных коми и русского языков на территории Республики Коми. Сфера межличностных отношений, использование языков в воинских частях и при отправлении религиозных и культовых обрядов данным законом не регулируются. Использование других языков народов Российской Федерации регулируется Законом Российской Федерации «О языках народов Российской Федерации».
(в ред. Законов Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ, от 06.07.2009 N 63-РЗ)

28 мая 1992 года

I. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

Статья 1. Государственными языками Республики Коми являются коми и русский языки.

Статья 2. Государственные коми и русский языки функционируют на территории Республики Коми на равных условиях.
Статус коми и русского языков как государственных не ущемляет прав граждан на использование иных языков народов Российской Федерации и не устанавливает ограничения или привилегии при использовании того или иного языка.
(часть вторая введена Законом Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 3. Законодательство Республики Коми о государственных языках исходит из общих принципов и положений, установленных законодательством Российской Федерации о языках народов России, состоит из настоящего Закона и издаваемых в соответствии с ним других правовых актов Республики Коми.

II. ПРАВО ГРАЖДАН НА ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЯЗЫКА ОБЩЕНИЯ

(в редакции Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 4. Гражданин имеет право вести дела и обращаться в органы государственной власти Республики Коми, органы местного самоуправления в Республике Коми (далее — органы местного самоуправления) и организации на коми, русском или ином языке народов Российской Федерации, которым он владеет.
(в ред. Законов Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ, от 26.09.2014 N 116-РЗ)

Статья 5. В органах государственной власти Республики Коми, органах местного самоуправления и организациях, по долгу службы имеющих дело с гражданами, обслуживание граждан производится на избранном ими языке. В случае невозможности вести общение на избранном гражданином языке используются государственные языки Республики Коми.
(статья 5 в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 6. Лица, препятствующие гражданину в выборе языка общения, проявляющие языковую нетерпимость и пренебрежение или навязывающие другой язык общения, привлекаются к ответственности в установленном порядке.
(в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

III. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ЯЗЫКОВ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОРГАНОВ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ РЕСПУБЛИКИ КОМИ, ОРГАНОВ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ

(в редакции Законов Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ, от 26.09.2014 N 116-РЗ)

Статья 7. Делопроизводство, заседания, совещания в органах государственной власти Республики Коми, в органах местного самоуправления ведутся на русском языке. Акты органов государственной власти Республики Коми публикуются на коми и русском языках и обладают одинаковой юридической силой. В органах государственной власти Республики Коми, органах местного самоуправления наряду с государственным языком Российской Федерации — русским может употребляться государственный язык Республики Коми — коми.
(часть первая в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)
При обращении органов государственной власти Республики Коми за пределы республики используется государственный язык Российской Федерации — русский язык.
(в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)
Договоры, соглашения, заключаемые органами государственной власти Республики Коми, могут составляться на русском и на коми языках.
(часть третья введена Законом Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 8. При общении органов государственной власти Республики Коми и органов местного самоуправления в пределах республики используются государственные языки по усмотрению каждой из сторон.
(в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 9. Судопроизводство в Республике Коми осуществляется в соответствии с федеральным законодательством.
(статья 9 в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 10. Нотариальное делопроизводство в Республике Коми осуществляется в соответствии с федеральным законодательством.
(статья 10 в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 11. Официальные документы, удостоверяющие личность или сведения о ней, оформляются на коми и русском языках в соответствии с федеральным законодательством.
(статья 11 в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 12. При подготовке и проведении выборов и референдумов используются коми и русский языки.
(в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)
По решению соответствующей избирательной комиссии, комиссии референдума бюллетени печатаются как на русском, так и на коми языках в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации и законодательством Республики Коми.
(часть вторая введена Законом Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 13. В целях обеспечения равных возможностей функционирования государственных языков Республики Коми Правительство Республики Коми утверждает государственные программы Республики Коми сохранения и развития государственных языков Республики Коми.
(в ред. Законов Республики Коми от 06.07.2009 N 63-РЗ, от 26.09.2014 N 116-РЗ)
Руководители органов государственной власти Республики Коми создают условия для овладения работниками государственными языками в объеме, необходимом для выполнения служебных обязанностей.
(в ред. Закона Республики Коми от 06.07.2009 N 63-РЗ)
(статья 13 в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 14. Ответы на обращения граждан в органы государственной власти Республики Коми и организации даются на языке обращения. В случае невозможности дать ответ на языке обращения используются государственные языки Республики Коми.
(в ред. Законов Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ, от 06.07.2009 N 63-РЗ)

IV. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЯЗЫКОВ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОРГАНИЗАЦИЙ

(в редакции Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 15. Язык делопроизводства и порядок его использования в организациях определяется федеральным законодательством.
(статья 15 в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 16. При общении расположенных на территории Республики Коми организаций с органами государственной власти Республики Коми, а также между собой используется любой из государственных языков.
(в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 17. Исключена. — Закон Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ.

Статья 18. Незнание одного из государственных языков Республики Коми не может являться причиной отказа в приеме на работу. Знание этих языков не дает никаких преимуществ при занятии любым видом деятельности.
(в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

V. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ЯЗЫКОВ В СФЕРЕ ОБРАЗОВАНИЯ, НАУКИ И КУЛЬТУРЫ

(в редакции Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 19. Граждане Российской Федерации в Республике Коми имеют право свободного выбора языка воспитания и обучения. Государственные коми и русский языки изучаются во всех общеобразовательных организациях.
(в ред. Законов Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ, от 07.10.2013 N 95-РЗ)
В государственных образовательных организациях Республики Коми, муниципальных образовательных организациях, расположенных на территории Республики Коми, образовательная деятельность, направленная на изучение государственных коми и русского языков, осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации и законодательством Республики Коми об образовании.
(часть вторая введена Законом Республики Коми от 20.06.2016 N 64-РЗ)

Статья 20. Исключена. — Закон Республики Коми от 06.07.2009 N 63-РЗ.

Статья 21. Язык (языки), на котором ведутся обучение и воспитание в образовательной организации, определяется локальными нормативными актами образовательной организации.
(в ред. Законов Республики Коми от 07.10.2013 N 95-РЗ, от 20.06.2016 N 64-РЗ)

Статья 22. Издание республиканских газет и журналов, а также передачи телевидения и радиовещания осуществляются на коми и (или) русском языках. Средства массовой информации Республики Коми вправе использовать иные языки народов, проживающих на территории Республики Коми.
(в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

VI. ИМЕНА, НАЗВАНИЯ, ЗНАКИ, ИНФОРМАЦИЯ

Статья 23. В Республике Коми осуществляются меры по сохранению традиционных наименований географических объектов. Наименование населенных пунктов, улиц, площадей, дорожные указатели оформляются на коми и русском языках. В случаях, когда объект имеет коми название, оно дается в существующей орфографии, затем его адаптированный к русскому языку вариант. Если объект имеет традиционно русское название, к нему дается адаптированный к нормам коми языка вариант. Если объект имеет и коми, и русское название — оба признаются официальными.
(в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)
Часть вторая исключена. — Закон Республики Коми от 06.07.2009 N 63-РЗ.

Статья 24. При передаче личных имен, отчеств, фамилий за основу берется их традиционное написание. По желанию гражданина в свидетельство о рождении и другие документы могут быть вписаны и традиционные коми имена в их традиционном произношении.
(в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

Статья 25. Названия организаций, тексты официальных печатей, штампов, бланков и объявлений оформляются на коми и русском языках. Адреса отправителя и получателя почтовых отправлений, пересылаемых в пределах Республики Коми, могут оформляться на государственных языках Республики Коми в порядке, установленном федеральным законодательством.
(в ред. Закона Республики Коми от 16.07.2002 N 76-РЗ)

VII. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НАРУШЕНИЕ ЗАКОНА

Статья 26. Действия юридических и физических лиц, нарушающие данный Закон, влекут за собой ответственность и обжалуются в установленном порядке.

Председатель
Верховного Совета
Республики Коми
Ю.СПИРИДОНОВ

г. Сыктывкар
28 мая 1992 года

О. Н. Киянова

РУССКИЙ ЯЗЫК КАК ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЯЗЫК РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ1

В статье обозначены актуальные проблемы государственной языковой политики, связанные с необходимостью развития законодательства о государственном (русском) языке, освещаются вопросы использования государственного языка в административной сфере, совершенствования языка законодательных актов.

Ключевые слова: государственная языковая политика, законодательство о государственном языке, язык правовых актов

Keywords: the state language policy,the law on the state language,the language of legal acts.

В последние два десятилетия, в годы становления новой российской государственности, в нашем обществе непрерывно шел поиск национальной идеи. В одном из недавних выступлений ее сформулировал Президент Российской Федерации: «У нас нет никакой и не может быть никакой другой объединяющей идеи, кроме патриотизма. <…> Это и есть национальная идея» . Действительно, для гражданина любой страны нет чувства более достойного, чем любовь к своей Родине, которая неотделима от бережного и уважительного отношения к государственному языку.

Русский язык всегда играл для многонационального народа России объединяющую роль, формировал общекультурный и гуманитарный контекст страны . Выполняет он эту функцию и сегодня: единый государственный язык является основой современного Российского государства, которое не может существовать без единого культурного, образовательного, информационного пространства. Невозможна без него и единая управленческая вертикаль.

1 Публикация подготовлена в рамках поддержанного РГНФ научного проекта №1604-00151 «Ортологические трудности русского языка и корпоративные нормы в административно-правовой сфере»

Государственная поддержка русского языка осуществляется весьма последовательно, поскольку отвечает стратегическим национальным интересам: русский язык — одна из важных основ российской государственности, выполняющая консолидирующую роль в обществе. Кроме этого, языковая политика государства является важнейшим фактором (помимо экономического, политического и военного потенциала), обеспечивающим и поддерживающим на высоком уровне состояние национальной безопасности, ее духовной компонентой. Кризис языковой политики неотвратимо ведет к кризису нравственности . Неблагополучное состояние языковой среды, загрязнение языка и культуры

вызывает духовную деградацию личности и всего народа, что наносит вред

национальным интересам страны.

В силу этого государство формирует законодательство о государственном языке, проводит последовательную языковую политику с целью сохранения и развития русского языка, способствующего укреплению единого Российского государства. «Забота о русском языке и рост влияния российской культуры — это важнейший социальный и политический вопрос» .

Понятие «государственный язык» в применении к русскому языку -явление новой России3. Поэтому законы, относящиеся к функции национального русского языка быть государственным языком страны языка, были приняты в конце XX в. , а окончательно законодательное оформление этого статуса произошло уже в начале 2000-х годов.

Конституция Российской Федерации 1993 года закрепила за русским языком статус государственного языка Российской Федерации и одновременно предоставила субъектам-республикам право устанавливать свои государственные языки, которые в органах государственной власти, органах местного самоуправления, государственных учреждениях республик употребляются наряду с государственным языком Российской Федерации (ст. 68). А в 2005 году был принят и вступил в силу

2 «Падение уровня общей культуры, с сожалением об этом должен сказать, смещение, искажение ценностных ориентиров и скудость современного разговорного языка, пренебрежение правилами родного языка становится нормой — к сожалению, в том числе и в средствах массовой информации, и в киноиндустрии. Мы всё чаще сталкиваемся и с безграмотностью, и с примитивизмом. Многие молодые люди с трудом могут внятно формулировать даже свои мысли. Ситуацию следует исправлять», — отметил Президент РФ, открывая 21 ноября 2013 г. Российское литературное собрание .

3 В СССР русский язык был языком межнационального общения

Федеральный закон «О государственном языке Российской Федерации» , направленный на обеспечение использования государственного языка РФ на всей территории нашей страны, обеспечение права ее граждан на пользование государственным языком, защиту и развитие языковой культуры. Закон, повторяя норму Конституции (ст. 68), закрепил за русским языком статус государственного языка (п. 1 ст. 1), предусматривающий обязательность его использования в закрепленных законодательно, сферах, утвердил другие правовые нормы.

Однако, как указывают специалисты в области права , Конституция Российской Федерации не уточняет требования к особенностям функционирования и использования русского языка в качестве государственного языка России, не регулирует вопросы его взаимодействия с государственными языками республик в составе Российской Федерации, не разъясняет правовые аспекты выбора графики и алфавитов этих языков. Как отмечают правоведы , в условиях многонационального федеративного государства, каким является Россия, главной задачей конституционно-правового регулирования языковых отношений является решение проблемы использования национальных языков в официальной сфере, установления оптимального соотношения использования общегосударственного языка России и государственных языков республик-субъектов РФ.

Русский язык остается языком межнационального общения, знание его способствует формированию толерантности в обществе. Но существующая недостаточная правовая урегулированность вопросов функционирования и использования государственного языка Российской Федерации и государственных языков республик в ее составе явилась причиной того, что в ряде республик сократился объем использования русского языка в различных сферах общественной жизни, особенно в сферах государственного управления и образования4.

Современная языковая ситуация отражает формирование новой языковой реальности, в которой прослеживается несколько тенденций: с одной стороны, в условиях активного взаимодействия культур очевидна востребованность единой государственной политики в области защиты и поддержки русского языка, с другой — очевидна общая направленность народов и народностей на сохранение собственной культуры и языка как основного

4 См., например, информацию об общественно-политической акции «Марш за русский язык», прошедшей в Казани 17.11.2013. Ее участники направили резолюцию, принятую по итогам акции, президентам Татарстана и России // http:// www.regnum.ru/news/1737289.html

ее компонента, что вступает в определенное противоречие со статусом русского языка. В силу этого становится возможным интенсифицированное (нередко искусственное) внедрение титульных этнических языков в разные сферы жизни и вместе с тем естественное вытеснение языков малых народов .

Эти актуальные вопросы обсуждались участниками заседания круглого стола «Сохранение и развитие русского языка и поддержка отечественной литературы в регионах России», проводившегося под руководством автора в рамках Культурного форума регионов России в сентябре 2015 года Общественной палатой РФ5. Участники форума — ученые, представители регионов, члены Общественной палаты РФ и Совета при Президенте РФ по русскому языку отмечали, что в регионах активно протекает процесс этнолингвистического развития, что выражается, с одной стороны, в проведении культурных мероприятий, издании печатной продукции, работе СМИ и организации систем обучения на национальных языках, а с другой — в настойчивых предложениях по расширению «функциональных полномочий» этнических языков, требованиях по увеличению количества учебных часов, отводимых в школах на изучение родных языков в ущерб урочным часам, предназначенным для изучения русского языка .

Эти процессы не могут не вызывать озабоченности. В ближайшей перспективе может возникнуть не только проблема сужения сфер функционирования русского языка, но и проблема владения населения русским языком. Вместе с тем знание русского языка и свободное владение им в настоящее время особенно остро ощущается как непременное условие социализации молодежи. Если говорить о русском языке как неродном для части населения нашей страны, то государственный статус русского языка с необходимостью подразумевает овладение русским языком для успешного включения молодых людей в широкое социокультурное пространство.

Существуют и другие вопросы, не в полной мере разработанные в российском языковом законодательстве. Так, в законе недостаточно четко отражен статус русского языка как государственного языка Российской Федерации (как и нет толкования самого термина «государственный язык», как это сделано, например, у наших соседей — в Республике Казахстан, где в соответствующем законе такое определение дано6 ), не выдерживается по отношению к нему единая терминология. Термин «государственный язык» в законе «О государственном языке Российской Федерации» фактически используется как равный термину «язык национальный» (но ведь национальный язык — это и диалекты, и просторечие)7. Совершенно очевидно, что в нашей стране в качестве языка, применяемого в сфере государственного и муниципального управления, на государственной службе, в официальном делопроизводстве и др., в функции языка законодательства и судопроизводства (ст. 3) выступает высшая разновидность государственного (национального) языка — русский литературный язык. Однако этого разъяснения нет в законе. Такая правовая невнятность имеет негативные последствия в процессе правоприменения8 .

Недостаточно представлены в законодательстве нормы о защите русского языка и культуры русской речи, не разработаны нормативно-правовые критерии определения нормированности/ненормированности русского языка при использовании его в общественных сферах9. Эти проблемы нуждаются в решении на законодательном уровне. Вместе с тем следует отметить положительные тенденции в решении названных задач. В последние годы законодатели озаботились неблагополучными тенденциями в сфере использования русского языка (засилием бранной и ненормативной лексики в печатной продукции, СМИ, кинофильмах, театральных постановках и т. п.) и приняли поправки, предусматривающие ответственность должностных лиц и граждан за нарушение норм русского языка, в соответствующие законодательные акты. Так, в 2013 г. был принят и вступил в силу Федеральный закон «О внесении изменений в статью 4 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» и статью 13.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» .

7 Сочетание «литературный язык» как-то вскользь появляется в п.3.ст.1. этого закона.

8 Так, в связи с этим возникают, в частности, проблемы в плане использования русского языка как государственного в сфере судопроизводства, которое в соответствии с законодательством в Российской Федерации ведется на государственном языке. Предпринятое нами изучение большого корпуса текстов судебных приговоров и решений обнаруживает, что очень часто авторы таких документов нарушают стилевое единство текста, допуская включение в текст фрагментов, отражающих речь обвиняемых и содержащих элементы, которые находятся за гранью литературной нормы .

9 Существенное развитие теория нормы литературного языка в ее вариантах и историческом развитии получила благодаря исследованиям М. Л. Ремневой, см: .

2013], предусматривающего введение штрафов за ненормативную лексику в СМИ, в 2014 г. — Федеральный закон от 05.05.2014 N 101-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О государственном языке Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового регулирования в сфере использования русского языка» .

Однако явным упущением представляется то, что в языковом законодательстве не определены четкие требования к деятельности органов государственной власти и их ответственности в области сохранения, развития и использования русского языка как государственного языка Российской Федерации. Не закреплена ответственность за обеспечение всеми государственными и общественными структурами высокого престижа, полноценного функционирования и чистоты государственного языка Российской Федерации (как это сделано, например, в законодательстве Республики Казахстан и Республики Беларусь ).

Чрезвычайно важным является вопрос и об использовании русского языка в сфере законотворчества и сфере государственного управления.

В соответствии с законодательством на государственной службе, в сфере административно-правовых отношений русский язык подлежит обязательному использованию. Так же совершенно очевидно, что в качестве языка, применяемого в этих сферах (государственное и муниципальное управление, государственная служба, официальное делопроизводство и др.), в функции языка законодательства и судопроизводства выступает высшая разновидность государственного (национального) языка — русский литературный язык.

Для того чтобы создавать безупречные тексты, используемые в административной и правовой сфере, необходимо в совершенстве владеть русским языком как государственным в форме устной и письменной речи.

Однако, как показывает практика, тексты правового характера, создаваемые даже на самом высоком уровне (например, тексты действующих законодательных актов), нередко грешат ошибками10, громоздкий синтаксис законодательных актов, неоправданное использование иноязычной терминологии (аффинаж, узуфрукт, эмфитевзис и под.) затрудняет восприятие правовой нормы. Внедрение новых иностранных слов в законодательные акты не должно служить лингвистическим прикрытием недостатков нормотворчества .

10 Так, ошибка допущена в ч. 2 ст. 10 Уголовного кодекса РФ: Если новый уголовный закон смягчает наказание за деяние, которое отбывается лицом, то это наказание подлежит сокращению в пределах, предусмотренных новым уголовным законом.

Лингвисты и специалисты-правоведы в последние годы все чаще говорят о необходимости создания единого свода правил использования терминологии, иных элементов лингвистического поля нормативных правовых актов, что было бы весьма продуктивным для процесса формирования общепринятой системы создания текстов законодательного жанра. Совершенно очевидно, что чем выше лингвистическое качество закона, тем меньше вероятность, что смысл его предписаний будет искажен. Законы создаются прежде всего для граждан, которые должны понимать, что они могут совершать, чего не должны, за что будут нести ответственность. В 2011 году вступили в силу «Основы государственной политики Российской Федерации в сфере развития правовой грамотности и правосознания граждан», направленные на «формирование высокого уровня правовой культуры населения, традиции безусловного уважения к закону, правопорядку и суду, добропорядочности и добросовестности как преобладающей модели социального поведения, а также на преодоление правового нигилизма в обществе, который препятствует развитию России как современного цивилизованного государства» . В документе делается особый акцент на понятности, доступности и эффективности законодательства.

В этой связи задача достижения точности языкового выражения норм права становится особенно актуальной. Создавая текст закона и иного нормативного правового акта, важно помнить, что он должен быть точным, ясным, понятным и исключать всякую возможность его двоякого толкования (и все средства языка, используемые в таком тексте, должны обеспечивать это его важнейшее качество). Проблема совершенствование языка законодательства осознана в настоящее время законодателями, правоведами, лингвистами. В октябре 2015 г. в Государственной Думе ФС РФ проводился организованный Советом законодателей Российской Федерации семинар «Качество законодательства и проблемы юридической техники», в котором принимали участие депутаты и работники Аппарата ГД, члены СФ, представители Правительства, руководители правовых служб законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации, ученые, другие представители экспертного сообщества. Доклад автора данной статьи «Некоторые проблемы языкового выражения норм права» вызвал интерес участников (особенно специалистов-практиков), стал предметом плодотворной дискуссии. В рекомендации семинара был включен тезис о том, что качество законодательства неразрывно связано с качеством законотворческой деятельности. Оно требует юридического качества принимаемых законодательными органами государственной власти законодательных актов, в том числе точности,

ясности и недвусмысленности правовых норм, соблюдения требований юридической техники и правил современного русского литературного языка (с учетом особенностей языка нормативных правовых актов). Было признано необходимым регулярно проводить конференции, семинары, круглые столы по проблемам совершенствования законодательной деятельности с участием ученых и представителей экспертных организаций.

Рамки статьи, к сожалению, не позволяют коснуться всех существующих проблем функционирования русского языка как государственного языка Российской Федерации, которые требуют комплексного обсуждения и решения.

Важно подчеркнуть, что руководство страны в последнее время уделяет большое внимание вопросам совершенствования государственной языковой политики, проблеме сохранения и развития государственного языка, отмечая, что «для России с её этническим, культурным разнообразием и сложным национально-государственным устройством сбалансированная, эффективная языковая политика — один из очевидных приоритетов» . В целях решения ставящихся в этой сфере задач (развитие всестороннего применения, распространения и продвижения русского языка как фундаментальной основы гражданской самоидентичности, культурного и образовательного единства многонациональной России, эффективного международного диалога) совершенствуется законодательство, приняты важнейшие документы: в декабре 2014 года — «Основы государственной культурной политики» (где определены задачи государственной культурной политики в области русского языка, языков народов Российской Федерации, отечественной литературы), в мае 2015 года — Федеральная целевая программа «Русский язык» на 2016-2020 годы, направленная на защиту, поддержку и укрепление позиций русского языка .

Все это позволит обеспечивать высокий престиж государственного языка, его чистоту и полноценное функционирование.

Источники

Закон, 2005 — Федеральный Закон от 01 июня 2005 г. № 53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации» // http://pravo.gov.ru (официальный интернет-портал правовой информации). Закон, 2013 — Федеральный закон Российской Федерации от 5 апреля 2013 г. N 34-ФЗ «О внесении изменений в статью 4 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» и статью 13.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» // ЫйрУ/ллл. rg.ru/2013/04/09/mat-dok.html

Список литературы

Губаева Т. В. Язык и право. Искусство владения словом в профессиональной

юридической деятельности. 2-е изд., пересмотр. М., 2010. Дощинский Р. А. Образование на русском языке как приоритет государственной политики Российской Федерации // Гражданская солидарность в реализации государственной культурной политики: взаимодействие власти, общества и бизнеса: сборник материалов Культурного форума регионов России (Якутск — Москва, 25 сентября 2015 года ) / Сост., общ. ред. О. Н. Астафьевой, О. В. Коротеевой. М., 2015.

Кичева И. В. Фактор русского языка на Северном Кавказе: реалии и проблемы // Гражданская солидарность в реализации государственной культурной политики: взаимодействие власти, общества и бизнеса: сборник материалов Культурного форума регионов России (Якутск — Москва, 25 сентября 2015 года ) / Сост., общ. ред. О. Н. Астафьевой, О. В. Коротеевой. М., 2015.

Киянова О. Н., Панова М. Н. Языковые варианты в текстах законов и служебных документов : к вопросу о придании нормативного статуса некоторым корпоративным вариантам нормы // Гражданская солидарность в реализации государственной культурной политики: взаимодействие власти, общества и бизнеса: сборник материалов Культурного форума регионов России (Якутск — Москва, 25 сентября 2015 года ) / Сост., общ. ред. О. Н. Астафьевой, О. В. Коротеевой. М., 2015.

Киянова О. Н. Основы построения текстов административно-правового характера: учебник. М.: РПА Минюста России, 2012.

Киянова О. Н. Об использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации в правовой сфере / Правовая культура. Научный журнал. 2013. № 1 (14).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Киянова О. Н. Проблемы совершенствования и развития законодательства о государственном языке // Русский язык и литература в современных культурных контекстах: труды и материалы Международной научно-практической конференции. Тюмень, 30-31 октября 2015 г / Под ред. докт. филол. наук, проф. О. В. Трофимовой. Тюмень, 2015.

Киянова О. Н. О некоторых проблемах языкового выражения норм права // Закон и законодатель: проблемные вопросы законотворческого процесса: Материалы Международной научно-практической конференции (Москва, 24 ноября 2014 г) / Отв. ред. Б. В. Яцеленко. М., 2015.

Костюк М. Е. Государственная языковая политика и ее роль в механизме обеспечения национальной безопасности России: Автореф. дис. . канд. полит. наук. М., 2011.

Мирзоян С. В. Государственный язык в истории России (ХУШ-ХХ вв.). Автореф. дис. … канд. ист. наук. Пятигорск, 2005.

Озаева О. В. Этнонациональное измерение языковой правовой политики: Автореф. дис. … канд. юр. наук. Ростов-на-Дону, 2008.

РемнёваМ. Л. Проблема грамматической нормы в истории русского литературного языка: Дис. … докт. филол. наук. М., 1989.

Ремнёва М. Л. Проблемы истории и теории грамматической нормы русского литературного языка // Научные доклады высшей школы: Филологические науки. 1991. № 6.

Ремнёва М. Л. Литературный язык и его норма // Современные исследования в области языка и литературы: сб. научных трудов. Тюбинген, 1994.

Русский язык в современном мире /отв. ред. Ф. П. Филин. М.: Наука, 1974.

Тренин Е. В. Государственно-правовые проблемы языка в Российской Федерации : Автореф. дис. … канд. юр. наук. Екатеринбург, 1999.

Шульженко В. И. Русский язык на Северном Кавказе: парадоксы статуса и проблемы функционирования // Гражданская солидарность в реализации государственной культурной политики: взаимодействие власти, общества и бизнеса: сборник материалов Культурного форума регионов России (Якутск — Москва, 25 сентября 2015 года ) / Сост., общ. ред. О. Н. Астафьевой, О. В. Коротеевой. М., 2015.

Сведения об авторе: Киянова Ольга Николаевна, докт. филол., доцент, зав. кафедрой русского

языка, риторики и профессиональной культуры Всероссийского государственного университета

юстиции (РПА Минюста России), государственный советник РФ II класса. Е-таИ: kiyanova@mail.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *