Правосубъектность юридических лиц публичного права

NB: Административное право и практика администрирования
Правильная ссылка на статью: Адарченко Е.О. — Административная правосубъектность юридических лиц // NB: Административное право и практика администрирования. – 2014. – № 4. – С. 1 — 14. DOI: 10.7256/2306-9945.2014.4.12280 URL: https://nbpublish.com/library_read_article.php?id=12280

Адарченко Екатерина Олеговна
преподаватель, кафедра гражданского и трудового права, Воронежский институт федеральной службы исполнения наказаний РФ
394020, Россия, г. Воронеж, ул. 9 Января, 298
Adarchenko Ekaterina Olegovna
Post-graduate student, the department of Administrative and Municipal Law, Voronezh State Univeristy; Educator, the department of Civil and Labor Law, Voronezh Institute for the Federal Service for the Execution of Punishments of the Russian Federation
394020 Russia, Voronezh, 9 Yanvarya Street 298

Katrina1989@mail.ru
Другие публикации этого автора

10.7256/2306-9945.2014.4.12280

Дата направления статьи в редакцию:

31-05-2014

Дата публикации:

15-06-2014

Аннотация.

В статье исследуются особенности административной правосубъектности, как одного из основных элементов юридического лица публичного права. Обосновывается необходимость создание закона о юридических лицах публичного права, который будет устанавливать права, обязанности и ответственность данных субъектов. Юридические лица публичного права предлагается считать коллективными субъектами административного права, обладающими властными полномочиями. В статье отмечается, что Административная дееспособность это способность лица своими действиями осуществлять права, выполнять обязанности, предусмотренные административно-правовыми нормами, и нести ответственность в соответствии с этими нормами. Административная дееспособность юридических лиц публичного права возникает одновременно с правоспособностью, а именно в момент создания данного юридического лица публичного права. Методологическую основу статьи составили современные достижения теории познания. В процессе исследования применялись общефилософский, теоретический, общефилософские методы (диалектика, системный метод, анализ, синтез, аналогия, дедукция, наблюдение, моделирование), традиционно правовые методы (формально-логический), а также методы, используемые в конкретно-социологических исследованиях (статистические, экспертные оценки и др.).
Ключевые слова: юридическое лицо, публичное право, административная правосубъектность, правоспособность, дееспособность, деликтоспособность, вина, государственные органы, государственные корпорации, государство
The article concerns specific features of administrative legal personality as one of the key elements of a public law entity. The author substantiates the need to pass a law on public law entities, providing for their rights, obligations and responsibility. The author offers to regard public law entities as collective subjects of administraive law, having public competence. It is noted in the article, that administrative legal capasity is the capability of a person or an entity to implement rights, fulfill obligations and bear responsibility in accordance with the norms of administrative law. Administrative legal capacity of public law entities to uptake obligations appears at the same time with its general legal capacity at the moment when the public law entity is formed. The methodological basis for the scientific article was formed by the current achievements of the theory of cognition. In the process of studies the author used general philosophical, theoretical and empiric methods (dialectics, systemic method, analysis, synthesis, analogy, deduction, observation, modeling), traditional legal methods ( formal logic method), and methods typical for specific sociological studies (statistical, expert evaluation, etc.).

legal entity, public law, administrative legal capacity, general legal capacity, capacity to obtain obligations with its own action, capacity to bear responsibility, guilt, state bodies, state corporations, state

Правосубъектность является основным элементом статуса любого юридического лица. Понимание термина «правосубъектность юридических лиц публичного права» усложняется наличием огромного количества точек зрения, касающихся самой правосубъектности. Одни авторы считают , что правосубъектность следует рассматривать как правовую категорию, выражающую действительное юридическое положение субъекта права и направленная на приобретение и реализацию прав .

Другие авторы предлагают рассматривать правосубъектность как выражение не естественного, а общественно юридического свойства, это значит, что она обозначает юридическую возможность, которая, как и иные юридические возможности, являет собой ничто иное, как субъективное право .

Третьи, например В.В. Бараненков считает, что понятие «правосубъектность» целесообразно использовать в качестве обобщающего, предельно широкого, объемлющего своим содержанием все нормы, включенные в субинституты правового положения юридического лица, правового положения участников юридического лица и нормы, составляющие субинституты создания, реорганизации и ликвидации юридического лица .

Все точки зрения можно считать полезными для изучения данной категории, однако на наш взгляд под «правосубъектностью» в общем смысле следует понимать определенный комплекс прав и обязанностей субъектов права , объем которых определяется законами разных отраслей права соответственно.

Исходя из определения становится ясным принципиальное отличие гражданской, административной, трудовой и других видов правосубъектности.

Для нас в данном случае интерес представляет именно административная правосубъектность юридических лиц публичного права.

В отличие от частного права (гражданского законодательства), нормативно устанавливающего понятия гражданской право- и дееспособности, в административном праве термин «административная правосубъектность» лишен правового регулирования и анализируется учеными в целях выяснения правовой природы и общих вопросов административно-правового статуса участников административно-правовых отношений.

Прежде всего необходимо отметь, что субъекты административного права делятся на индивидуальные и коллективные. Коллективными субъектами признаются организации (родовое понятие), которые далее делятся на органы государственной власти и местного самоуправления, предприятия, учреждения и иные организации, общественные и религиозные объединения. В свою очередь все коллективные субъекты административного права можно разделить на два вида, первые, которые наделены властными полномочиями и вторые, которые таковых не имеют.

Юридические лица публичного права следует относить именно к первому виду коллективных субъектов административного права, имеющих властные полномочия.

Наравне с гражданской правосубъектностью, административная правосубъектность представляет собой объединение двух категорий: административной правоспособности и административной дееспособности.

Административная правоспособность юридических лиц публичного права представляет собой такие качества, которые в соответствии с действующим законодательствам позволяют данным лицам участвовать в управленческих правоотношениях.

Административная дееспособность это способность лица своими действиями осуществлять права, выполнять обязанности, предусмотренные административно-правовыми нормами, и нести ответственность в соответствии с этими нормами. Административная дееспособность юридических лиц публичного права возникает одновременно с правоспособностью, а именно в момент создания данного юридического лица публичного права.

По нашему мнению к юридическим лицам публичного права следует относить такие субъекты административного права, которые обладают особой сущностью, отличной от юридических лиц частного права, а именно публичной сущностью. Под данным понятием мы понимаем совокупность качеств юридического лица, позволяющих определить место и роль юридического лица в обществе, тем самым обозначить свой статус. Так вот юридические лица публичного права имеют управленческий статус, что дает право данным юридическим лицам принимать властные решения, издавать нормативно-правовые акты, чего юридические лица частного права лишены, так как не приспособлены для данной деятельности, являясь по словам В.Е.Чиркина не субъектом, а объектом публичного управления .

Основываясь на вышесказанном можно предположить, что к юридическим лицам публичного права следует относить как само государство в целом так и его органы в частности, а также такие организации, которые имеют следующие признаки:

-возникновение по инициативе государства;

-наделены властными полномочиями в определенной сфере;

-пользуются собственностью, принадлежащей государству.

Для юридических лиц публичного права административная дееспособность является основным средством реализации их административной правоспособности. Соответственно участие в административно-правовых отношениях — их прямая юридическая обязанность.

Административная дееспособность юридических лиц публичного права заключается также и в особенностях административной ответственности данных лиц в случаи совершения ими административного правонарушения. На наш взгляд именно дееспособность определяет ответственность юридических лиц. В то время как в гражданском праве выделяется особый вид правосубъектности- деликтоспособность, под которой понимают способность лица нести ответственность за совершенное им преступление .

До принятия КоАП РФ вопросы административной ответственности коллективных субъектов в сфере исполнительной власти регулировались многочисленными нормативно-правовыми актами. Одни указывали что административной ответственности подвергаются «предприятия, учреждения, организации», другие «организации», третьи «юридические лица», четвертые «юридические лица (организации)».

Закрепив в ст. 2.10 в качестве базового понятия административную ответственность юридических лиц , кодекс решил эту проблему. Но в тоже время законодатель формируя указанную статью оставил без внимания вопрос о содержании понятия юридического лица в административно-деликтном законодательстве, предоставив по-видимому его решения правоприминителю.

Что же понимать под виной юридического лица в административном праве?

По мнению Б.И. Пугинского: «вина юридического лица в совершении административного правонарушения понимается, как неприложение юридическим лицом допускаемых и требуемых законодательством усилий для выполнения возложенных на него обязанностей, за нарушение которых, предусмотрена административная ответственность, а также как неиспользование предоставленных прав и возможностей для устранения причин административного правонарушения» .

Данное определение отчетливо отображает и характер вины юридических лиц публичного права.

Попытаемся выделить особенности вины юридических лиц публичного права:

Во первых, это коллективный характер , что подразумевает под собой вину людей, оформленных в коллектив, который выполняя определенные функции ведет себя не правомерно, тем самым, выражая коллективное психическое отношение юридического лица к деянию и его последствиям .

Во-вторых, устанавливая виновность необходимо уделить особое внимание проверке добросовестности должностных лиц при выполнении ими их должностных обязанностей, в особенности руководителей. Это является необходимым, так как именно их вина в конечном итоге определяет и формирует вину юридического лица, исключая возможность соблюдения им установленных правил и норм .

Что касается органов исполнительной власти, которые по нашему мнению являются юридическими лицами публичного права, то их необходимо считать именно организациями, обладающими властными полномочиями. Их правоспособность заключается в том, что они наделены властью, с целью руководства населением, государственными предприятиями, учреждениями, а также для выполнения определенных задач.

Верным предполагается мнение А.В. Мицкевича, который считает, что государственные органы, непосредственно выполняющие функции государственного руководства обществом — государственную власть, управление, правосудие, надзор и контроль, выступают как государственные бюджетные учреждения, наделенные правоспособностью юридического лица .

Можно выделить следующие признаки государственных органов, характеризующие их правосубъектность:

1)обладание государственно-властными полномочиями;

2)создаются и действуют от имени государства;

3)данные юридические лица публичного права имеют свою структуру;

4)вправе издавать акты управления;

5)деятельность данных лиц обеспечивается всеми средствами государства (в том числе и принуждением).

Дореволюционные юристы российской империи в качестве юридических лиц публичного права чаще всего называли музеи, библиотеки, то есть организации, обязанные предоставить услуги любому обратившемуся лицу. В современном понимании наиболее характерным юридическим лицом публичного права является министерство, в дореволюционные времена отражавшее государство в целом, поэтому не являвшееся характерным субъектом публичного права . С данной точкой зрения не трудно согласиться, однако не считаем верным выделять министерство как особое юридическое лицо публичного права; по нашему мнению министерство является одним из органов исполнительной власти, которые наравных являются юридическими лицами публичного права.

Так как деятельность всех юридических лиц публичного права направлена на достижение общественно полезных целей, и действует для всего общества в целом они должны финансироваться за счет государства. Естественно, частные инвестиции нельзя полностью исключать- они необходимы, однако в большей степени должна прослеживаться именно роль государства в непрерывной и законной деятельности данных лиц.

Справедливым находится мнение В.Гаршина, который изучив документы пожарного, экологического надзора, а также положений законодательства о «добровольном» жертвовании гражданами средств в пользу надзорных и контрольных органов, пришел к выводу, что такое законодательство узаконивает «государственный рэкет», а именно он верно считает что все административные штрафы должны поступать исключительно в казну, в то время как они идут мимо бюджета в специально созданные фонды. «Тем самым создаются побудительные мотивы для произвола, злоупотреблений , поборов» .

Административная правосубъектность государственных органов заключается прежде всего в их компетенции, которая представляет собой определенный круг задач, функций, прав и обязанностей, форм и методов их работы.

Компетенция в свою очередь может быть типовой (министерство) и индивидуальной (специальный комитет); общей (правительство) и специальной (отраслевая и межотраслевая).Тем самым государственные органы отличаются друг от друга.

По мнению В.К.Андреева, содержание (структура) правосубъектности складывается из двух элементов — компетенции и реализации компетенции. При этом компетенцию он трактует как «аналог гражданской правоспособности», усматривая различие между ними в том, что «компетенция включает способность иметь не только хозяйственные права и обязанности, предусмотренные законом, но и наличные права и обязанности, обусловленные зарегистрированными учредительными документами предприятия» . С данным мнением сложно согласится. На наш взгляд правильным было бы включить в понятие правосубъектности, в частности правоспособности такие элементы как компетенция и полномочия.

Неоспоримым является факт возникновения правоспособности органов государства с момента вступления в силу документов властно-распорядительного характера, издание которого подвластно субъекту, являющимся обладателем публичной власти.

Не сложно заметить четкое разграничение полномочий, а следовательно и компетенции между всеми органами государственной власти РФ, органами государственной власти субъектов РФ и органами местного самоуправления.

Например, Министерство образования РФ является федеральным органом исполнительной власти РФ проводящим государственную политику и осуществляющим управление в области образования, осуществляет оно 75 функций, технология и порядок исполнения которых содержится в ряде подзаконных нормативных актов: регламент работы министерства, положения о его структурных подразделениях и т.д. Очевидным становится факт, что никакая другая организация или орган не вправе осуществлять функции принадлежащие министерству образования РФ. То же самое касается и других органов исполнительной власти.

Следовательно, под административной правоспособностью государственных органов различных уровней следует понимать наличие у каждого отдельно взятого органа свойственной только ему компетенции, а также присущих только ему функций, с помощью которых они и участвуют в административных правоотношениях.

Что касается дееспособности органов исполнительной власти и всего государства, то можно привести мнение Р.А. Ромашова, предлагающего выделять в ее структуре два элемента: кратоспособность — реальную возможность государства осуществлять публичную власть в отношении общества и отдельных граждан и деликтоспособность — фактическую ответственность государства по взятым на себя обязательствам и совершенным правонарушениям .

Государство необходимо признавать юридическим лицом публичного права, так как именно государство имеет в своем роде уникальную правоспособность, а именно цель деятельности должна быть направлена исключительно на достижение благополучия всего населения страны(по крайней мере в правовом государстве, каким по конституции считается Российская Федерация).

Таким образом можно сделать вывод об административной правосубъектности государства и государственных органов власти различных уровней (которые являются одним из видов юридических лиц публичного права), которая выражается через их компетенцию, содержащейся в соответствующих законах об их создании. В связи с тем что в структуре органов государственной власти, как федеральных так и на уровне субъекта РФ имеется четкая иерархия соподчинения должностных лиц, можно заключить что ответственность за нарушение законодательства нижестоящими должностными лицами несомненно будет затрагивать и весь государственный орган в целом.

Что касается нынесуществующих госкорпораций, которые также как и органы исполнительной власти следует считать юридическими лицами публичного права, то по своей сущности они являются инновационно- управленческой организацией, действующей в интересах всего населения страны. Каждая из существующих на данный период госкорпораций имеет главную цель-это разработка, производство высотехнологичной продукции, а также разработку инновационных идей. Предпринимательская деятельность госкорпораций носит сугубо вспомогательный характер.

На данный момент судьба госкорпораций остается неизвестной. Созданные при В.В. Путине 7 госкорпораций были раскритикованы с приходом к власти Д.А.Медведева, который принял решение ликвидировать часть корпораций а другую часть преобразовать в другую организационно-правовую форму. Зимой 2010 г. в правительстве подготовили план реформы. «Роснано» стала акционерным обществом в конце 2010 г., «Ростехнологии» до 2014 г. просуществуют как госкорпорация, а после будут реорганизованы в акционерное общество. Для «Олимпстроя» и Фонда реформирования ЖКХ законом установлены сроки работы — 2015 и 2013 гг. соответственно. Для

АСВ в Минэкономразвития хотели предусмотреть статус «юридического лица публичного права». Статус ВЭБ не определен — или акционерное общество, или юридическое лицо публичного права. Перспективы «Росатома» также не утверждены .

Согласно распоряжению Правительства РФ от 17 декабря 2010 г. № 2287-p. Российская корпорация нанотехнологий первой из государственных корпора-

ций завершила реорганизацию и с 11 марта 2011 г. перерегистрирована в открытое акционерное общество «РОСНАНО».

Сейчас с приходом к власти основателя госкорпораций В.В. Путина вопрос о госкорпорациях снова приобретает особую значимость.

Попыткой узаконить статус юридических лиц публичного права возможно считать создание проекта закона «О публично-правовых компаниях в Российской Федерации» от 12 августа 2011 года. Но как оказалось, по существу данным понятием, а именно «публично-правовая компания» хотят замаскировать все те же государственные корпорации, в частности Агентство по страхования вкладов и Внешэкономбанк.

На наш взгляд все существующие госкорпорации следовало бы признать юридическими лицами публичного права, статус которых, а также положения о деятельности закрепить в специальном законе.

Все государственные корпорации несомненно обладают административной правосубъектность, то есть признаются коллективными субъектами административного права. Так же как и органы государства, государственные корпорации несут ответственность за свою деятельность перед государством.

Итак, разобрав особенности административной правосубъектности отдельных видов юридических лиц публичного права (государство и его органы, государственные корпорации) следует сделать несколько выводов, касающихся административной правосубъектности всех юридических лиц публичного права.

Во-первых, все юридические лица публичного права должны обладать особой административной правоспособностью, дающей им право на использование властных полномочий, реализуемыми ими в характерных для этих лиц целях. Чего лишены другие субъекты .

Во-вторых, область деятельности всех юридических лиц- это прежде всего властные отношения.

В-третьих, определяется правоспособность юридических лиц публичного права через имеющуюся у них компетенцию и осуществляемые ими функции.

В-четвертых, все юридические лица публичного права представляют собой именно коллективный субъект административного права, из чего следует что ответственность за нарушение законодательства также будет коллективная.

В-пятых, необходимость создания специального закона о юридических лицах публичного права назрела достаточно давно. Данный закон должен установить процедуру признания юридических лиц публичного права. Регистрация данных юридических лиц по нашему мнению не нужна, они должны признаваться таковыми государством. В связи с этим в Кодексе об административных правонарушениях будет необходимым установить ответственность должностных лиц данных юридических лиц публичного права перед государством.

Библиография References (transliterated) Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи

Вестник Самарской гуманитарной акалемии. Серия «Право». 2016. № 1-2 (18)

ЮРИДИЧЕСКИЕ ЛИЦА ПУБЛИЧНОГО ПРАВА: ПРОБЛЕМЫ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПРАВОВОГО СТАТУСА

© Н. В.Грииай

Грицай Наталья Валерьевна

кандидат юридических наук, доцент

доцент кафедры

предпринимательского

и международного частного

права

Самарская

гуманитарная академия

Статья посвящена анализу конструкции «юрили-ческое лицо публичного права», вызвавшей неолно-значное понимание и многочисленные лискуссии в юрилической науке, а также на практике. В качестве олной из общих тенленций развития современного правового регулирования указывается на взаимопроникновение частных и публичных отношений.

Ключевые слова: юрилическое лицо, частное право, публичное право, правосубъектность, правовой статус.

В научных дискуссиях последних лет одними из наиболее сложных оказались вопросы понятийного содержания и классификации юридических лиц, а также принадлежности этой правовой категории как частному, так и публичному праву. В дискуссию вовлечен и Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ. По этой теме опубликован большой цикл работ1, проведены научные обсуждения.

1 См.: Чиркин В. Е. Юридическое лицо публичного права // Журнал российского права. 2005. № 5; Он же. Еще раз о юридическом лице публичного права // Журнал российского права. 2006. № 5; Ястребов О. А. Юридическое лицо публичного права. М., 2010; Барен-бойм П. Д., Лафитский В. И., Терещенко Л. К. Юридические лица публичного права в доктрине и практике России и зарубежных стран. М., 2011; Лафитский В. И., Мозолин В. П. О статусе Российской академии наук, Банка России и других юридических лиц в связи с проектом новой редакции Гражданского кодекса РФ // Законодательство и экономика. 2011. № 1; Усков О. Ю. Юридические лица публичного права: понятие и виды // Журнал российского права. 2010. № 6 и др.

Мнения ученых разделились. Представители публично-правовых дисциплин предлагают обозначить особую категорию юридических лиц публичного права, необходимую для отраслей этой группы, при этом не настаивая на обязательном введении такого понятия в Гражданский кодекс РФ. Другие ученые, в основном циви-листы, столь же решительно эти идеи отвергают.

Полемика, развернувшаяся в Институте законодательства и сравнительного правоведения, подтолкнула к обсуждению проблем юриди-ческих лиц не только в научной среде, но и в предпринимательском сообществе, в государственных органах, в том числе в Федеральном Собрании РФ.

Подводя ее некоторые предварительные итоги, можно констатировать, что наступил определенный перелом в восприятии самой идеи юридических лиц публичного права. В новую редакцию Гражданского кодекса РФ включены нормы, касающиеся этой категории юридических лиц. В частности, в ст. 48 ГК РФ внесено новое положение о том, что правовое положение Центрального банка РФ определяется не нормами Гражданского кодекса, а Федеральным законом «О Центральном банке Российской Федерации». Такие изменения в целом находятся в русле тенденций правового развития большей части развитых государств современного мира.

Вместе с тем дискуссия далека от завершения. Открывается широкий пласт нерешенных проблем, требующих не только теоретического осмысления, но и скорейшего правового решения. Так, в последние годы все более активно обсуждается возможность введения по примеру многих развитых стран уголовной ответственности юридических лиц. Но это предполагает не только пересмотр концептуальных основ уголовного права, но и введение в законодательство России деления юридических лиц на лица публичного и частного права2.

Основные споры ведутся вокруг позиции о том, что юридическое лицо является «достоянием» лишь гражданского права.

Так, В. Ф. Яковлев указывает, что юридические лица являются категорией частного права3. Их межотраслевой характер отрицают Г. Е. Авилов и Е. А. Суханов4. Утверждается также, что участие в гражданском обороте органов государства, других лиц, обладающих властными полномочиями, должны быть урегулированы средствами и методами гражданского права5.

2 См.: Голованова Н. А., Лафитский В. И., Цирина М. А. Уголовная ответственность юридических лиц в международном и национальном праве. М., 2013; Лафитский В. И., Семыкина О. И. Уголовная ответственность юридических лиц в отечественном законодательстве: к истории вопроса «pro et contra» // Журнал российского права. 2014. № 2.

5 См., например: Бараненков В. В. Гражданско-правовая личность органов государственной власти: к вопросу о юридических лицах публичного права // Государственная власть и местное самоуправление. 2007. № 6. С. 3—6.

Бесспорны заслуги немецкой цивилистики второй половины XIX в. в создании конструкции юридического лица — самого понятия и двух его видов — союзов и учреждений. Нет сомнений и в том, что российская цивилистика, разрабатывая эти вопросы, имеет успехи. Значимость достижений отечественной науки и практики гражданского права состоит прежде всего в том, что созданная для гражданского оборота цивилистическая конструкция оказалась пригодной и даже необходимой для многих публично-правовых отношений, а также для лиц (формирований, органов, учреждений и др.) публичного права6.

Справедливо будет заметить, что данное явление отражает не умозрительные представления ученых других отраслей науки, которые стремятся иначе истолковать цивилистические понятия, а общественные потребности. Поэтому законодательство все чаще называет юридическими лицами такие структуры, деятельность которых регулируется не гражданским правом или регулируется им лишь в малой степени, не относящейся к их основному назначению, а иными отраслями права.

Вспомним, что в самом Гражданском кодексе РФ есть глава 5, в которой сказано об участии Российской Федерации (государства), субъектов РФ и муниципальных образований в отношениях, регулируемых гражданским законодательством. В этой главе они не названы юридическими лицами, но для того, чтобы участвовать в гражданско-правовых отношениях, они должны иметь качества юридического лица, по крайней мере в той конкретной ситуации, когда они принимают в них участие. Вместе с тем очевидно, что они по своей общественно-функциональной сущности не являются теми формированиями (образованиями), деятельность которых регулирует гражданское право.

Существует множество общественных объединений (партий, профсоюзов, национально-культурных автономий и др.), органов (от министерств до районных отделений полиции7), учреждений, которые прямо названы в законах и подзаконных актах юридическими лицами. Но они значительно отличаются от юридических лиц, составляющих основной предмет регулирования гражданского права. Они имеют иное назначение в обществе, иные задачи и функции и иной порядок деятельности. Многие из них — административные органы, и в отношениях с другими участниками отношений они руководствуются, как правило, вовсе не диспозитивностью, а императивностью и субординацией. Главное сходство проявляется лишь в том, что и те и другие названы и являются юридическими лицами. Правда, одни с того момента, когда регистрируются в таком качестве в общем порядке, а другие регистрируются в соответствии с индивидуальными актами вышестоящих органов об их создании либо не подлежат регистрации.

Российской практике известны также переходные формы и временные состояния, когда частные, в основном коммерческие, организации по поручению

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

7 См.: п. 20 Типового положения о территориальном органе Министерства внутренних дел Российской Федерации на районном уровне, утвержденного Приказом МВД РФ от 21 апреля 2011 г. № 222.

органов публичной власти выполняют, хотя и редко и, как правило, в определенных пределах, некоторые публичные функции8, а организации публичного характера, например бюджетные учреждения (к органам публичной власти это не относится), в ограниченной мере занимаются коммерческой деятельностью.

В связи с этим следует отметить, что взаимопроникновение частных и публичных отношений — одна из общих тенденций развития современного правового регулирования9. Практически во всех развитых странах в публичные сферы, в которых традиционно отсутствует равенство сторон, все чаще проникают элементы частного права, связанные с использованием договорных и согласительных процедур, что во многом вызвано объективными процессами демократизации и развития рыночных экономических отношений.

В российском праве наиболее полно такие процессы проявляются в социальном законодательстве, открывающем широкое поле для использования социальных контрактов. Они интенсивно развиваются и в экологическом праве в формате договоров природопользования. Указанные процессы затрагивают даже сферу уголовно-процессуального права России. В настоящее время в нем предусмотрена возможность досудебного соглашения о сотрудничестве с участниками уголовно-процессуальных дел.

Подобные процессы взаимопроникновения публичного и частного наблюдаются и в правовом регулировании юридических лиц.

Само существование публичных и частных образований объясняется тем, что они необходимы современному обществу. Многие из них руководствуются публичными интересами, во всяком случае они созданы для этого, другие -частными, но и деятельность последних объективно служит общественным интересам, что тоже важно учитывать.

Помимо типичных для цивилистики юридических лиц, в российском законодательстве юридическими лицами названо огромное количество органов публичной власти, включая органы РФ, субъектов РФ, муниципальных образований. Это новый элемент в понятии и классификациях юридических лиц. Будучи юридическими лицами в силу законов, актов Президента РФ, Правительства РФ и иных органов власти, они не подлежат регистрации в Едином государственном реестре юридических лиц, который, соответственно, не может быть единственным источником информации о юридических лицах.

8 Так, согласно Постановлению Правительства РФ от 23 декабря 2013 г. № 1213 «О мерах по реализации Федерального закона «О федеральном бюджете на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов» агентами Правительства РФ объявлены: Российский банк поддержки малого и среднего предпринимательства в целях кредитования малых и средних предприятий; Росэксимбанк, осуществляющий меры государственной поддержки экспорта промышленной продукции; Российский сельскохозяйственный банк, обеспечивающий возврат задолженностей по бюджетным кредитам; и др.

9 См.: Хабриева Т. Я. Конституционные основы, тенденции и проблемы развития российского законодательства: 20-летний опыт и современное состояние // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2013. № 4.

По данным Федеральной налоговой службы России, число действующих в стране юридических лиц на 1 января 2015 г. составило 4,610 млн. Из них 3,935 млн. — коммерческие организации и 674,7 тыс. — некоммерческие10. Среди коммерческих организаций, подпадающих под гражданско-правовое регулирование, в форме обществ с ограниченной ответственностью зарегистрированы 93,8% организаций. Приведенное соотношение коммерческих организаций постоянно обновляется, но не принципиально. Это видно, например, при сравнении данных на начало 2015 г. и начало каждого года из десяти предшествующих лет. Поэтому статистические колебания для данного исследования не существенны.

Упомянутые некоммерческие организации, зарегистрированные в России как юридические лица, почти исключены из сферы внимания гражданского права. Их организация и деятельность регулируются и изучаются в основном в конституционном и административном праве, некоторых других отраслях публичного права, но не в качестве юридических лиц.

Помимо указанных сотен тысяч объединений, обобщенно названных некоммерческими, в соответствии с федеральными законами юридическими лицами являются: Счетная палата РФ; Центральная избирательная комиссия РФ; государственные корпорации; законодательные и исполнительные органы субъектов РФ; представительные и исполнительные органы местного самоуправления; образования, называемые территориальным общественным самоуправлением, и др.

В соответствии с указами Президента РФ и постановлениями Правительства РФ статус юридических лиц имеют: Администрация Президента РФ, министерства, службы, агентства, Аппарат Общественной палаты; в соответствии с постановлением Государственной Думы — ее Аппарат; в соответствии с приказами федеральных министров, руководителей служб и агентств — их главные управления и управления в субъектах РФ, а нередко их отделы и отделения в муниципальных образованиях. В актах субъектов РФ юридическими лицами называют также другие структуры, в уставах муниципальных образований — даже отделы их администраций и т. д.

Масштабы этого явления, глубоко изученного профессором В. Е. Чиркиным, пока не стали предметом специальных цивилистических исследований. Между тем только федеральных органов, обладающих статусом юридических лиц и действующих на всей территории РФ, таких, как, например, федеральные министерства, федеральные службы и агентства, — около 100. При этом многие министерства, службы и агентства имеют территориальные органы в субъектах РФ. В общей сложности таких органов, имеющих статус юридических лиц, вероятно, более 4,5 тыс.

В России существуют примерно 23 тыс. муниципальных образований, в которых по закону юридическими лицами являются представительные и исполнительные органы, и их общая численность приближается к 30-35 тыс. Кроме того, на уровне муниципальных образований есть территориальные отделы некоторых федеральных министерств, а также министерств субъектов РФ, в

10 URL: http://www.nalog.ru.

частности здравоохранения. Их численность в муниципальных образованиях неравномерна, но, видимо, таких органов — несколько десятков тысяч.

Итак, к 674,7 тыс. некоммерческих объединений добавляются еще около 60-70 тыс. органов публичной власти, объявленных юридическими лицами. Если же учесть акты глав некоторых муниципальных образований, которые объявляют юридическими лицами отделы своей администрации, к указанной цифре добавится еще несколько десятков тысяч юридических лиц. Дополним список также территориальными общественными самоуправлениями, которые могут создаваться на уровне отдельных кварталов и улиц, многоквартирных домов и даже подъездов и которые регистрируются в органах местного самоуправления как юридические лица. Их численность в муниципальных образованиях неравномерна, но предположительно исчисляется десятками тысяч.

Таким образом, существует множество юридических лиц, обладающих признаками, полностью либо частично выходящими за пределы цивилисти-ческих характеристик. И хотя по количеству им далеко до 3,935 млн. «чисто коммерческих» юридических лиц, они также требуют изучения и регулирования именно как юридические лица.

Если признавать имеющиеся между такими категориями юридических лиц очевидные различия не только по организационно-правовым формам, следует пойти дальше и согласиться, что среди юридических лиц даже тогда, когда они участвуют в гражданско-правовых отношениях, есть лица, разные не только по функциональным качествам, но и по свойственной им правовой сути. Одни регулируются актами частного права, действуют преимущественно, а иногда и целиком в сфере частного права, но выполняют свое социальное назначение в обществе. Другие регламентируются актами публичного права, действуют в публичных отношениях, но могут выступать и как лица частного права, если участвуют в пределах, разрешенных законом, в гражданско-правовых отношениях. Им свойственны свои формы создания, ликвидации, реорганизации. Имущество рассматриваемых юридических лиц имеет особый статус, часто оно находится лишь в пользовании и т. д. Иной становится и судьба такой собственности после ликвидации юридического лица публичного права; она, в частности, не подлежит распределению между сотрудниками или членами общественного объединения. И, как выше указывалось, у них особый порядок регистрации.

В отличие от юридических лиц частного права юридические лица публичного права в основном обладают не общей, а специальной правоспособностью. Неодинаковы их организационные модели и субъектный состав. Так, имеет свои особенности штатный состав в органах и учреждениях публичной власти; отличается и организация общественных объединений, основанных на равноправии их членов, вне зависимости от внесенного ими капитала.

Таким образом, единый образ юридического лица, который лежит в основе концепции действующего Гражданского кодекса РФ, в современных условиях все больше размывается и остается существовать в абстракции. Вместе с тем сказанное не означает, что обобщенные понятия не нужно создавать, напротив, они необходимы как инструмент познания реальности. В анализируемой сфере она проявляется в наличии юридических лиц, действующих в сфере как частных,

так и публичных отношений. Каждому из них присуще свое главное качество, которое остается неизменным. В смешанных формах тоже доминирует определенное качество. Например, когда юридические лица частного права по уполномочию публичной власти выполняют публичные функции или когда органы государства вступают в гражданско-правовые отношения, покупая, в частности, оборудование или канцелярские товары, сама сущность юридического лица не меняется. Оно по-прежнему остается частным или публичным.

Следует заметить, что цивилисты уже давно, с конца XIX в., используют понятие «публичное юридическое лицо»11. Более полутора столетий гражданские кодексы относят к отдельной категории юридических лиц публичного права. Первыми в этом плане были Гражданские кодексы Чили 1855 г. и Аргентины 1869 г., а также Германское гражданское уложение 1900 г. В XX в. указанная категория была закреплена в конституциях многих государств, в том числе Кипра, Греции, Португалии, Испании, Турции, Бразилии, Коста-Рики, Панамы, Уругвая.

Эту традицию продолжают современные гражданские и торговые кодексы все большего числа государств. Категория юридических лиц публичного права закреплена в ст. 2 ГК Нидерландов (в ред. 2002 г.), ст. 27 ГК Грузии 1997 г., ст. 57 ГК Молдовы (в ред. 2008 г.), ст. 81 ГК Украины 2003 г., в большей части гражданских кодексов стран Латинской Америки и др.

В гражданских и торговых кодексах чаще всего содержится только упоминание юридических лиц публичного права; иногда — отсылочные статьи к другим статьям, регулирующим статус юридических лиц (Германия); в отдельных случаях — только признание этой категории юридических лиц и отказ от их регулирования (Нидерланды). Последняя модель представляется предпочтительной, но недостаточной, поскольку требует уточнения, что гражданское право не занимается юридическими лицами публичного права до тех пор, пока они не участвуют в отношениях, регулируемых им. Кстати, такую форму размежевания можно было бы применить и в Гражданском кодексе РФ. В отдельных случаях в зарубежном праве имеются определения юридических лиц публичного права, но такие определения не имеют обобщающего характера либо ограничиваются перечислением тех формирований, которые относятся к таким юридическим лицам.

В некоторых странах, в частности в Испании, Аргентине и Грузии, приняты специальные законы о юридических лицах публичного права, систематизирующие основы их правового регулирования. Такой способ регулирования юридических лиц публичного права требует внимательного изучения.

Обобщая накопленный опыт законодательства, цивилистические и публично-правовые научные исследования, допустимо предложить параметры

11 К. Д. Кавелин к публичным юридическим лицам относил самые различные формирования. Среди таких лиц он называл университеты, монастыри, профессиональные сообщества, сословные образования, в частности дворянство, а также некоторые территориальные образования — губернские, уездные, волостные (см.: Кавелин К. Д. Права и обязанности по имуществам и обязательствам // Избранные произведения по гражданскому праву / К. Д. Кавелин. М., 2003.

общего понятия юридического лица, которое охватит то главное, что присуще и юридическим лицам частного права, и юридическим лицам публичного права, и на его основе сформулировать понятие юридического лица публичного права. При моделировании определений считаем возможным развить концепцию В. Е. Чиркина, изложенную в ряде его работ12.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Юридическое лицо — это признанное государством в этом качестве правовое образование, имеющее различные организационно-правовые формы и структуры управления, участвующее в гражданско-правовых и (или) публично-правовых отношениях, обладающее имуществом на праве собственности, пользования или ином основании, имеющее права и обязанности и несущее ответственность за свои решения и действия.

На основе такого исходного определения можно сформулировать понятие юридического лица публичного права. Под ним понимается созданное либо признанное государством в этом качестве некоммерческое образование, имеющее различные организационно-правовые формы, участвующее в социально значимых целях в публично-правовых отношениях посредством применения властных полномочий и принимающее в установленных законом случаях участие в гражданско-правовых отношениях, обладающее имуществом на праве собственности, пользования или ином основании, имеющее права и обязанности и несущее ответственность за свои акты и действия в особом и (или) дополнительном к гражданской ответственности порядке.

Основные различия между юридическими лицами частного права и публичного права сводятся к следующему.

Во-первых, юридические лица частного права возникают на основании частной автономии учредителей. Задача частного права заключается в том, чтобы поставить частную автономию сторон в определенные правовые рамки и предоставить им организационно-правовые формы, чтобы предотвратить таким образом неорганизованное и хаотичное участие лиц в гражданском обороте. По этой причине в гражданском праве применяется принцип исчерпывающего перечня организационно-правовых форм юридических лиц частного права, так называемое Numerus Clausus. В отличие от этого, юридические лица публичного права возникают, как правило, на основании правового акта государственного органа (закона, указа, постановления и т. д.) и в распорядительном порядке.

Во-вторых, правоспособность юридических лиц частного права, как правило, является общей, а юридических лиц публичного права — всегда специальной. Государственный учредительный акт должен всегда содержать цель учреждения юридического лица и наделять его соответствующей этим целям правоспособностью. Суть этой правоспособности определяется характером осуществляемых данным юридическим лицом задач, а объем правоспособности определяется в акте государства, который издается для учреждения юридического лица. В большинстве случаев правоспособность юридических лиц публичного права определяется законами о таких лицах (например, законы о национальных или центральных банках).

12 См.: Чиркин В. Е. Заметки к дискуссии о юридическом лице публичного права // Государство и право. 2010. № 7. С. 29—30; Он же. О понятии и классификации юридических лиц публичного права // Журнал российского права. 2010. № 6.

В-третьих, юридические лица частного права, как правило, являются субъектами основных прав и свобод, предусмотренных конституцией, а для юридических лиц публичного права такая возможность не предусмотрена. Это объясняется, прежде всего, сущностью и назначением основных прав, которые призваны защитить частных лиц от вмешательства со стороны государства. Поскольку юридические лица публичного права сами являются государственными организациями, предполагается, что необходимости от защиты со стороны государства не существует.

В-четвертых, если осуществление определенных видов деятельности для юридических лиц частного права является правом, осуществление отдельных видов деятельности может представлять собой обязанность для юридических лиц публичного права13. В качестве примера может быть названо осуществление финансово-кредитной политики со стороны центрального (национального) банка. Такой подход объясняется, прежде всего, тем, что юридические лица публичного права создаются государством для осуществления определенных государственных функций и задач.

В-пятых, в некоторых случаях юридические лица публичного права наделены правомочиями издания нормативных актов, что для юридических лиц частного права исключено14. Наглядным примером являются национальные банки или комиссии по ценным бумагам.

В-шестых, в качестве одной из особенностей юридических лиц публичного права признается особое правовое положение имущества данных лиц, которое, как правило, находится в собственности государства и передается юридическому лицу в пользование для осуществления предусмотренной законом или учредительным актом деятельности. В качестве примера могут быть названы государственные научные институты или учебные заведения.

В завершение отметим целесообразность закрепления в Конституции РФ понятия юридических лиц публичного права, как это сделано в конституциях ряда стран, общественно необходимую роль законно действующих юридических лиц частного права. Такие включения в Конституцию могли бы иметь не только ориентирующее значение для гармонизации законодательства и правоприменительной практики, но и позитивное воздействие на социально-экономическую жизнь страны.

13 Чиркин В. Е. Указ. соч. С. 26.

14 Баженова О. И. К проблеме юридического лица публичного права, или Соотношение частного и публичного в категории юридического лица // Конституционное и муниципальное право. 2012. № 6. С. 20.

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2010 ^ Том 8 № 2 Часть 2

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПРАВОСУБЪЕКТНОСТИ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ ПО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РФ

БОРИСОВ В.В.,

соискатель, кафедра гражданского права, юридический факультет, Южный федеральный университет, е-шаИ: wwborisov@mail.ru

В статье проанализированы актуальные вопросы возникновения правосубъектности юридического лица, ее виды, специфика возникновения специальной правоспособности, в том числе связанная с лицензированием его деятельности.

Ключевые слова: правосубъектность юридического лица; общая и специальная правоспособность юридического лица; лицензирование предпринимательской деятельности.

Keywords: legal personality; general and special standing entity; business licensing.

Коды классификатора JEL: K10, K 2, K22, K29.

Правосубъектность юридического лица, как и любого субъекта гражданского права, определяет его правовой статус и влияет на особенности правового регулирования участия в гражданском обороте данных субъектов гражданского права, и, прежде всего, правила совершения ими гражданско-правовых сделок.

По мнению исследователей, правоспособность и дееспособность юридического лица возникают одновременно, в момент возникновения самого юридического лица . Поскольку правоспособность и дееспособность юридического лица неразрывно связаны, возникают и прекращаются одновременно, то различие между ними лишается смысла .

В настоящее время в юридической литературе существует несколько точек зрения по поводу правоспособности юридического лица. Преобладающая точка зрения сводится к тому, что правоспособность юридических лиц подраз-

© Борисов В.В., 2010

Вместе с тем ряд авторов считают, что правоспособность юридического лица всегда специальная, т.е. юридическое лицо правоспособно лишь в пределах той цели, для достижения которой оно установлено. Такой точки зрения придерживались и классики российской цивилистики и современные ученые. Так, В.И. Синайский полагал, что юридическое лицо должно иметь специальную правоспособность, дабы не господствовать над человеком. Это особенно опасно для учреждений, так как в союзах, созданных людьми, они могут господствовать над целью и даже прекращать существование юридического лица, тогда как в учреждениях цель господствует над людьми, и они не могут ее изменять . В.К. Андреев считает, что юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности, есть не что иное, как специальная правоспособность .

Третья точка зрения на природу правоспособности юридического лица сводится к существованию исключительной правоспособности, что означает возможность осуществления определенного вида деятельности и одновременно запрещение осуществления иных видов предпринимательской деятельности . В свою очередь, исключительная правоспособность может иметь два подвида: исключительную и специально-исключительную . Как нам представляется, данная концепция обоснованна, однако неясно, в чем заключаются существенные различия между понятиями «исключительная» и «специально-исключительная».

В течение длительного времени в доктрине гражданского права признавалось, что все юридические лица обладают специальной правоспособностью, в основе которой рассматривалась цель их деятельности. Принцип специальной правоспособности юридического лица был жестко сформулирован в ст. 26 ГК РСФСР 1964 г. и в Основах гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. И представители теоретической доктрины достаточно активно поддерживали данную позицию законодателя . С момента же принятия первой части ГК РФ стали выделять общую и специальную правоспособность юридического лица . Правоспособность коммерческих организаций, за исключением унитарных предприятий, а в предусмотренных законом случаях и других коммерческих организаций (п. 1 ст. 49, п. 2 ст. 52 ГК РФ), стала рассматриваться в качестве общей. Правоспособность некоммерческих организаций, унитарных предприятий, а в предусмотренных законом случаях и других коммерческих организаций, по-прежнему рассматривается как специальная.

Современный российский законодатель также ориентирован на специальный характер правоспособности для отдельных видов юридических лиц.

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2010 ^ Том 8 № 2 Часть 2

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2010 ^ Том 8 № 2 Часть 2

Однако, основываясь на анализе нормы ч. 2 п. 1 ст. 49 ГК РФ, можно констатировать, что современный российский законодатель смягчил правила о специальном характере правоспособности для многих видов юридических лиц. Действующая формулировка анализируемой нормы ГК РФ породила в современной юридической литературе различные точки зрения по вопросу об объеме правосубъектности юридических лиц.

Например, В.А. Рахмилович и Е.А. Суханов считают правосубъектность всех коммерческих организаций, в отличие от правосубъектности некоммерческих организаций, общей . Аналогичная позиция выражена в уже упомянутом выше п. 18 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего арбитражного суда РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 .

По мнению В. Мозолина, правосубъектность юридических лиц во всех случаях является специальной (целевой): в теории права под общей правосубъектностью понимают способность лица быть субъектом права вообще в рамках системы права, т.е. его возможность иметь любые права и обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности. Специальная (ограниченная, целевая) правосубъектность — способность лица быть носителем лишь определенного объема прав, выступать участником ограниченного (в той или иной степени) круга правоотношений .

В отличие от физических лиц, правоспособность которых одинакова (п. 1 ст. 17 ГК), юридические лица не равны в своей правосубъектности. Это неравенство имеет несколько аспектов. Физические лица могут иметь, приобретать и осуществлять любые не запрещенные законодательством гражданские права и создавать, нести и исполнять любые не запрещенные законом гражданские обязанности (ст. ст. 17, 21 ГК). Юридическое лицо может иметь гражданские права, только соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительных документах, и нести гражданские обязанности, только связанные с этой деятельностью (п. 1 ст. 49 ГК).

После принятия первой части ГК РФ в юридической литературе наряду с общей и специальной правоспособностью юридических лиц стали выделять и иные виды правоспособности, например, ограниченную, исключительную, дополнительную. На взгляд М. Брагинского и К. Ярошенко, ограничение правоспособности имеет место в случаях: 1) установления учредителями (участниками) запрета на осуществление отдельных видов деятельности в учредительных документах юридического лица, на которое не распространяется правило о специальной правоспособности; 2) в иных случаях, на которые не распространяется принцип специальной правоспособности (осуществление отдельных видов деятельности только на основании соответствующего разрешения (лицензии)); 3) занятия отдельными видами деятельности лишь определенными юридическими лицами (например, деятельность, которая составляет государственную монополию); 4) запрета на осуществление отдельных видов деятельности отдельными организациями, содержащегося в соответствующем акте . Отдельные авторы последнее ограничение обозначают принципом исключительной правоспособности юридических лиц .

Значение самоограничений, установленных в учредительных документах юридического лица, имеющего общую правоспособность, состоит в следующем. Как сказано в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров судам необходимо учитывать, что коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных организаций, предусмотренных законом, наделены общей правоспособностью и могут осуществлять любые виды предпринимательской деятельности, не запрещенные законом, если в учредительных документах таких коммерческих организаций не содержится исчерпывающий (законченный) перечень видов деятельности, которыми соответствующая организация вправе заниматься. На практике данное разъяснение нередко трактуется как возможность установления специальной правоспособности для конкретного юридического лица не только законом, но также его учредительными документами.

Критически можно отнестись к классификации видов правоспособности, предложенной В.В. Кваниной. Автор полагает, что необходимо узаконить общую, специальную и ограниченную правоспособность юридических лиц. И при этом предлагает правоспособность, не ограничиваемую законом, лицензией и учредительными документами, считать как общую; правоспособность, ограничиваемую законом, — как специальную и правоспособность, ограничиваемую учредительными документами или лицензией, как ограниченную. Не споря относительно видов классификации, мы полагаем, что автор слишком расширенно трактует понятие общей правоспособности, как ничем абсолютно неограниченную. В таком варианте ее не закрепляет и законодатель. Общая правоспособность означает возможность для субъекта права иметь любые гражданские права и обязанности для осуществления любых видов деятельности. Именно такой правоспособностью обладают граждане. Полное освобождение юридического лица от любых уставных, законодательных и прочих ограничений привело бы к игнорированию интересов его учредителей, общества да государства в целом. Следствием этого возможна ситуация, когда, например, общество с ограниченной ответственностью потенциально сможет выпускать ракетоносители, производить психотропные и наркотические вещества и т.д.

Однако следует согласиться с В.В. Кваниной в том, что теория о правоспособности юридических лиц в современный период продвинулась далеко вперед по сравнению с уровнем действующего законодательства. И пришло время, на наш взгляд, на законодательном уровне легализовать и осуществить систематизацию видов правоспособности юридических лиц. В литературе отмечается, что разделение правоспособности только на общую и специальную уже не соответствует реалиям времени. Следует согласиться с авторами, которые предлагают узаконить следующие виды правоспособности юридических лиц: общая, специальная, ограниченная. Правоспособность, не ограничиваемая законом, лицензией и учредительными документами, — общая правоспособность; правоспособность, ограничиваемая законом, — специальная правоспособность; правоспособность, ограничиваемая учредительными документами

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2010 ^ Том 8 № 2 Часть 2

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2010 ^ Том 8 № 2 Часть 2

или лицензией, — ограниченная правоспособность. Прочие же виды, предлагаемые в классификацию видов правоспособности, представленных в юридической литературе (исключительная, дополнительная и т.д.), по верному мнению В.В. Кваниной, не приводят к желаемому результату: единообразию в правовом регулировании сходных отношений, то есть не способствуют эффективности правового регулирования. Б.М. Гонгало совершенно верно отметил, что подобного рода построения ведут к засорению понятийного аппарата .

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Определенное значение для установления правоспособности юридического лица имеет лицензирование. В Федеральном законе РФ от 13.07.2001 «О лицензировании отдельных видов деятельности» установлен перечень видов деятельности, которыми юридическое лицо вправе заниматься только на основании специального разрешения — лицензии (ч. 3 п. 1 ст. 49 ГК РФ). Право на осуществление лицензируемой деятельности возникает с момента получения лицензии либо с момента начала указанного в ней срока и прекращается по его истечении, если правовыми актами не установлено иное (ч. 2 п. 3 ст. 49 ГК РФ).

Как отмечается в литературе, лицензирование предпринимательской деятельности есть правовое средство государственного регулирования рыночных отношений, элемент легитимации определенных видов деятельности предпринимателя . Лицензируемые виды деятельности обычно требуют специальных знаний, направлены на обеспечение общественных интересов или требуют более тщательного контроля со стороны государства в целях защиты интересов граждан .

По мнению многих правоведов, получение лицензии расширяет гражданскую правоспособность или даже дееспособность юридического лица, тогда как приостановление, аннулирование либо отзыв лицензии, напротив, являются ограничением его правоспособности или дееспособности. Некоторые исследователи прямо предлагают считать подтвержденную лицензией специальную правосубъектность дополнительной правосубъектностью, поскольку она расширяет деятельность юридического лица по сравнению с общей правосубъектностью .

В гражданско-правовом смысле лицензия на осуществление отдельных видов деятельности есть не право, а официальное разрешение .

Представляется, что выдача или приостановление (аннулирование) лицензии на осуществление видов деятельности, предусмотренных ст. 17 Закона о лицензировании отдельных видов деятельности, являются актами административного права, которые влекут за собой возникновение (прекращение) у обладающего общей правоспособностью конкретного юридического лица субъективного права, которое дает ему возможность в дальнейшем совершать сделки, иные юридически значимые либо фактические действия в определенной сфере.

Выдача лицензии не превращает общую правоспособность коммерческого юридического лица (индивидуального предпринимателя) в специальную. Строго говоря, получение либо утрата (приостановление, аннулирование) ли-

цензии вообще не влияет на их правоспособность или дееспособность, установленную законом (иными правовыми актами).

Казалось бы, все вышеизложенное носит исключительно характер рассуждений, которые имеют исключительно академический интерес. Но, между тем, вопрос о видах правоспособности имеет как теоретическое, так и практическое значение: от правильного ее выбора зависит решение вопроса о характере совершенной юридическим лицом недействительной сделки (ничтожная или оспоримая). В свою очередь, установление вида правоспособности юридического лица и вида недействительной сделки напрямую связано с: 1) организационно-правовой формой юридического лица; 2) способом ограничения правоспособности (законом, иными правовыми актами, учредительными документами, разрешением (лицензией) на осуществление отдельных видов деятельности).

Мы полагаем, что в соответствии со ст. 49 ГК РФ правоспособность юридических лиц, так как ее «видит» законодатель в абз. 1 п. 1 ст. 49 ГК РФ, может быть только общей. Еще раз обратимся к содержанию данной нормы: юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности (выделено автором — В.Б.), предусмотренным в его учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности. Обратившись к ст. 50 ГК РФ, мы увидим, что в качестве основных целей деятельности юридических лиц законодатель закрепляет две (кстати, исходя из этого происходит и деление юридических лиц на коммерческие и некоммерческие): извлечение прибыли и не извлечение прибыли, а если все-таки и получение прибыли, то не распределение ее между участниками. Таким образом, в понятие цели деятельности юридического лица вкладывается весьма широкий смысл: получение или неполучение прибыли в процессе своей деятельности. С учетом абз. 1 п. 1 ст. 49 и п. 1 ст. 50 ГК РФ можно сделать вывод, что юридические лица могут осуществлять любые виды деятельности, главное, что бы они осуществлялись в рамках либо извлечения прибыли, либо ее не извлечения. Если обратиться к доктринальному толкованию понятия общей (универсальной) правоспособности, то можно увидеть, что общая правоспособность дает юридическим лицам возможность осуществлять любые виды деятельности, не запрещенные законом, если в учредительных документах таких организаций не содержится исчерпывающий (законченный) перечень видов деятельности, которыми соответствующая организация вправе заниматься.

В этой связи, поскольку мы все же считаем, что общим принципом для юридических лиц, как и прежде, остается специальная правоспособность, а общая правоспособность носит характер исключения из общего правила (которое, как известно, не может толковаться расширительно) и действует лишь в отношении коммерческих негосударственных юридических лиц, то абз. 1 п. 1 ст. 49 ГК РФ нуждается в некоторой редакции и должен излагаться следующим образом: юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям и видам деятельности, предусмотренным в его учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности.

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2010 ^ Том 8 № 2 Часть 2

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2010 ^ Том 8 № 2 Часть 2

Итак, резюмируя вышеизложенное, можно сделать вывод, что содержание и объем правоспособности юридического лица (способности иметь гражданские права и нести обязанности) определяется с помощью двух критериев: цели деятельности и вида деятельности. Наличие цели деятельности, предусматриваемой в учредительных документах, является обязательным условием существования каждого юридического лица. По целям деятельности различаются две категории юридических лиц. Одни из них вправе заниматься любыми видами деятельности, не запрещенными законом, и соответственно иметь все гражданские права и нести обязанности, предусмотренные законом и иными нормативными актами. Такие юридические лица обладают общей правоспособностью.

Другие юридические лица вправе заниматься только теми видами деятельности, которые указаны в их учредительных документах и соответствуют целям их создания. Гражданские права и обязанности таких юридических лиц должны соответствовать их уставной деятельности, а их правоспособность — иметь специальный характер (специальную правоспособность).

В первую категорию входят все коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и других видов организаций, предусмотренных законом. К числу таких организаций относятся, например, банки и организации, занимающиеся страхованием.

Во вторую категорию входят все некоммерческие организации, а также коммерческие организации, исключенные из числа организаций, имеющих общую правоспособность.

Отдельными видами деятельности, перечень которых определяется законом, юридическое лицо может заниматься только на основании лицензии — специального разрешения органов, уполномоченных на ведение лицензирования. Действие ст. 49 ГК РФ распространяется на юридические лица общей и специальной правоспособности.

ЛИТЕРАТУРА

1. Андреев В.К. Проблемы правосубъектности в предпринимательской деятельности // Правовое регулирование предпринимательской деятельности: Сб. статей. М., 1995. С. 22.

2. БрагинскийМ.И. Юридические лица // Хозяйство и право. 1998. № 3. С. 11-21.

3. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Граждане (Физические лица). Юридические лица. Комментарий к ГК РФ // Хозяйство и право. 1995. № 2.

4. Гонгало Б.М. Мысли и речи о науке гражданского права // Цивилистические записки: Межвузовский сб. науч. трудов. Вып. 2. М., 2002.

5. Гражданское и торговое право капиталистических государств / отв. ред. К.К. Яичков. М., 1966. С. 81.

6. Гражданское право: Учебник. Том 1 / под ред. Е.А. Суханова. М., 1998. С. 189-190.

7. Гражданское право: Учебник. Часть 1 / под ред. В.П. Мозолина, А.И. Масляева. М., 2004

8. Грибанов В.П. Юридические лица. М., 1961. С. 25.

9. Дедов Д.И. Конфликт интересов. М.: Волтерс Клувер, 2004.

11. Залесский В.В. Правоспособность юридического лица // Право и экономика. 1999. № 5. С. 85-86.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

15. Кашковский О.П. Правоспособность организаций в сфере выбора видов деятельности // Юрист. 2001. № 10. С. 38.

16. Кванина В.В. О видах правоспособности юридических лиц // Предпринимательское право. 2007. № 2.

17. Лаптев В.В. Предпринимательское право: понятие и субъекты. М., 1997. С. 44.

19. Синайский В.И. Русское гражданское право. М., 2002. С. 119-121.

20. Слугин А.А. Гражданская правосубъектность юридических лиц. Краснодар, 2003. С. 18, 22-23.

21. Соболь О.С. Лицензирование предпринимательской деятельности: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2004. С. 5-6.

22. Советское гражданское право: В 2 т. Т. 1 / под ред. О.А. Красавчикова. 3-е изд., испр. и доп. М.: Высшая школа, 1985. С. 136; и др.

26. Теория государства и права. Курс лекций / под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М.: Юрист, 1999. С. 487.

27. Тосунян Г., Викулин А. Исключительная правоспособность банка // Хозяйство и право. 1999. № 5. С. 58-63.

28. Тотьев К. Лицензирование по новым правилам: необходимость и перспективы реформ // Хозяйство и право. 2001. № 12. С. 7.

29. Ярошенко К., Брагинский М.И. Граждане (физические лица). Юридические лица // Хозяйство и право. 1998. № 3.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *