Переводчик в уголовном процессе

Функция переводчика в уголовном судопроизводстве: постановка актуальных проблем

Гуськова Анна Вячеславовна — адъюнкт кафедры уголовного процесса, Нижегородская академия МВД России, г. Нижний Новгород, Россия

Статья подготовлена для публикации в сборнике «Актуальные вопросы переводоведения и практики перевода».

В рамках участия переводчика в производстве по уголовному делу в ситуациях, когда один из участников уголовного процесса недостаточно хорошо владеет русским языком и (или) желает пользоваться своим родным языком, переводчик выполняет несколько процессуально значимых функций, основной из которых является функция перевода. Однако при реализации данной функции переводчики и сотрудники правоохранительных структур могут столкнуться с множеством проблемных ситуаций. Рассмотрим некоторые из них.

1. Как утверждают специалисты, главная проблема юридического перевода — не терминология. Юридический перевод всегда представляет собой перевод из одной правовой системы в другую. Это связано с тем, что право глубоко укоренено в национальной культуре. В результате этого наблюдаются существенные различия в правовых системах стран, принадлежащих даже к одной правовой семье.

Приведем следующий пример: слово «burglary», традиционно переводится как «кража со взломом». В УК РФ ни одна из частей статьи 158 «Кража» не предусматривает тайное хищение чужого имущества именно посредством взлома. В качестве аналога можно попытаться привести следующее: п. б ч. 2 ст. 158 — кража, совершенная с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище или п. а ч. 3 ст. 158 — кража, совершенная с незаконным проникновением в жилище. Хотя прямое указание на проникновение в жилище именно посредством взлома отсутствует.

При переводе юридической лексики в целом переводчики часто сталкиваются с проблемой переводческих лакун и безэквивалентной лексики.

Напрмер, английские слова kill, assassinate, murder, slay эквивалентны русскому «убить». Они переводятся следующим образом:

– kill: 1) убивать, бить, резать; 2) убивать, губить, уничтожать (to kill a bill — провалить законопроект; to kill a novel — раскритиковать роман) и др.. Таким образом, мы видим, что данное слово пригодно для употребления в равной степени как с одушевленными, так и с неодушевленными предметами (для жителей Соединенного королевства Великобритании и Северной Ирландии). В России данное слово не так многозначно и отличается по эквивалентности от своего аналога в другой стране.

– assassinate: 1) предательски убивать; 2) совершать террористический акт. В УК РФ статья 105 называется «Убийство». По степени общественной опасности в части 2 данной статьи предусмотрены различные квалифицированные составы: убийство, совершенное с особой жестокостью; совершенное общеопасным способом; из хулиганских побуждений и др. Однако о предательском убийстве в УК РФ не сказано ни слова. «Assassinate» предполагает предательское убийство официального лица.

– murder: убийство (намеренное убийство с преступным мотивом);

– slay — убивать (намеренное и насильственное убийство, но необязательно преступное);

– manslaughter — убийство; человекоубийство и др.

Безэквивалентная лексика часто обнаруживается среди слов, называющих специфические понятия и национальные реалии конкретной страны, отражающих особенности в законодательстве. Например, в российском праве нередко встречается термин «третейский суд», эквивалента такого понятия в китайском праве нет.

Выход из ситуации: 1) при обнаружении переводчиком безэквивалентных слов при оказании переводческих услуг при производстве по уголовному делу возможно использование слова, являющегося ближайшим по соответствию (что трудно признать эффективным в юридической сфере, особенно в рамках уголовно-процессуальных отношений); 2) целесообразнее использовать описание, раскрывающее значение безэквивалентного слова при помощи развернутого словосочетания: «coroner — следователь, проводящий дознание в случае насильственной или скоропостижной смерти».

2. Целесообразно ли приглашать переводчика для осуществления юридического перевода при проведении, например, такого следственного действия как допрос различных участников уголовного процесса? Возможно, юридический перевод необходим лишь для перевода небольшого числа процессуальных документов: обвинительного заключения (акта, постановления), приговора и др.?

Ознакомившись с расценками ряда переводческих агентств и бюро, мы обнаружили, что сложные тематические или узкоспециализированные документы оцениваются отдельно, их перевод начинается от 500 рублей за переводческую страницу, в то время как цена условно «обычного» перевода начинается от 330 рублей («бюро нотариальных переводов», компания Linguistic Consulting Center и др.). При переводе показаний гражданина при допросе достаточно, как правило, общих познаний переводчика в сфере языка, без юридического уклона. С одной стороны, это позволило бы сэкономить средства федерального бюджета (ч. 3 ст. 132 УПК РФ), из которого оплачивается процессуальные издержки, в том числе связанные с участием переводчика при производстве по уголовному делу.

Однако, перед каждым следственным действием следователь в соответствии со статьей 164 УПК РФ разъясняет права и обязанности участника уголовного процесса, порядок производства следственного действия, статью 51 Конституции РФ и др. Таким образом, мы считаем, что в производстве по уголовному делу должен участвовать переводчик, знающий как минимум азы юриспруденции и специализирующийся на осуществлении юридического перевода. Мы не можем поместить на одну чашу весов стремление сэкономить незначительные денежные средства федерального бюджета, а на другую — право гражданина на защиту, на понимание сути предъявленного обвинения и др. Права граждан всегда необходимо ставить на первое место. Поэтому в рамках уголовного процесса должно быть обеспечено участие профессионального переводчика, способного качественно реализовать функцию юридического перевода.

3. Письменный перевод может быть произведен только на язык, имеющий письменность. Казалось бы, что данное положение очевидно. Однако множество языков письменности не имеет: ловарьский диалект цыганского языка; большинство автохтонных языков (коренные языки малочисленных народов, аборигенные языки); язык глухонемых; папуасские языки; андийские языки; андаманские и другие языки.

Если родной язык участника уголовного процесса не имеет письменности, либо само лицо не владеет письменной речью этого языка, то перевод процессуальных документов должен быть осуществлен в письменном виде на иной язык общения по указанию стороны защиты. В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 51 УПК РФ участие защитника является обязательным в каждом случае, когда подозреваемый (обвиняемый) не владеет языком, на котором ведется производство по уголовному делу.

Г.Я. Имамутдинова утверждает, что необходимо прибегнуть к помощи специалиста, который даст заключение о возможности письменного перевода на язык участника уголовного судопроизводства.

Такие ученые-процессуалисты как Г.Я. Имамутдинова, О.Ю. Кузнецов считают, что в случае, если гражданин понимает язык, но не владеет навыками письма и чтения, необходимо использовать язык общения, на котором данное лицо получало общее среднее образование.

Однако возможна такая ситуация, когда лицо в силу ряда обстоятельств не умеет читать, писать (не получило общего среднего образования). Либо в языке, которым данное лицо владеет, письменность отсутствует, а другого языка он не знает. Следует отметить, что в УПК РФ ряд процессуальных документов должны быть вручены лицу в переводе на его родной язык, например, обвинительное заключение, приговор и др. Поэтому считаем правильным закрепить в УПК РФ следующее положение: «в случае, если лицо владеет языком, письменности которого не существует, нормы об обязательном переводе ряда процессуальных документов в соответствии с УПК РФ не подлежат применению». Данным положением необходимо дополнить часть 3 статьи 18 УПК РФ.

4. Перевод будет осуществлен только на язык, действительно использующийся для социальной коммуникации представителями этнической общности. Таким образом, ходатайство гражданина о переводе всех процессуальных действий на мертвые, искусственные (эсперанто) и машиночитаемые языки будет отклонено. В статье 18 УПК РФ прописано, что граждане вправе совершать ряд процессуально-значимых действий (выступать в суде и др.) на родном языке или другом, которым они владеют. Однако положение данной статьи следует толковать расширительно: этим «другим» языком не может быть мертвый, машинописный и некоторые другие языки.

5. Литтерация.

В ряде стран дальнего зарубежья имеет место несколько графических основ алфавита. Например, вьетнамский язык имеет два вида письменности: иероглифическую и письменность на основе латиницы. В современном японском языке используется три основных системы письма: кандзи, иероглифы китайского происхождения, и две слоговые азбуки, созданные в Японии: хирагана и катакана.

Таким образом, считаем необходимым добавить в статью 18 УПК РФ часть 4 со следующим содержанием: «перевод должен быть осуществлен в той литтерации (графической основе алфавита), которую именно этот гражданин способен воспринять».

В целях аргументации необходимости данного нововведения приведем следующий пример. После введения в Азербайджане письменности на основе латиницы многие граждане оказались не в состоянии читать тексты на родном языке, переданные в этой литтерации. Требование гражданина Азербайджана об оформлении письменного перевода процессуальных документов на основе кириллицы нарушило бы принцип уважения сторонами международных отношений государственного суверенитета друг друга.

6. Для получения гражданства РФ, для трудоустройства на работу на территории РФ иностранные граждане должны сдать экзамен по русскому языку. Однако, когда данные лица становятся участниками уголовно-процессуальных отношений, большинство из них нуждается в услугах переводчика. Одно дело, когда гражданину легче изъясняться на родном языке и ему назначается переводчик. И другое дело, когда гражданин при въезде в страну успешно сдал экзамен, а языком фактически не владеет. Тогда возникают вопросы к экзаменаторам. На наш взгляд было бы разумным предусмотреть повторную сдачу гражданами экзамена по русскому языку с обязательным условием улучшения качества знаний по сравнению с первоначальными показателями.

7. Какой документ должен вручаться лицу, недостаточно хорошо владеющему русским языком: оригинал переведенного документа или его копия, заверенная печатью?

На наш взгляд, данные два документа имеют равную юридическую силу. Однако если гражданину вручается перевод процессуального документа на понятном ему языке, а оригинал документа (например, на русском языке) не вручается, то возникает вопрос: насколько перевод процессуального документа будет обладать юридической силой, если он вручен без оригинала? Перевод вторичен по отношению к оригиналу и без него (оригинала) не может иметь юридической силы. Текст оригинала — это источник информации, а его перевод — это форма передачи информации.

Процессуальный документ и его перевод должны быть изготовлены минимум в двух экземплярах: один из которых подшивается в уголовное дело, а другой экземпляр вручается участнику уголовного судопроизводства в присутствии защитника.

С расширением перечня процессуальных документов, подлежащих обязательному вручению и переводу, возрастает степень процессуальной защищенности участников уголовного процесса. В соответствии с УПК РФ ряд документов подлежит письменному переводу на язык, понятный гражданину: протокол обыска (ч. 15 ст. 182 УПК РФ), постановление и определение об избрании меры пресечения (ч. 2 ст. 101 УПК РФ), постановление о привлечении в качестве обвиняемого (ч. 8 ст. 172 УПК РФ), обвинительное заключение (ч. 6 ст. 220 УПК РФ) и др. Таким образом возникает вопрос: как быть с другими процессуальными документами, с которыми участник уголовного производства желает ознакомиться? Должен ли быть обеспечен их письменный перевод и за чей счёт?

Участники уголовного судопроизводства, пользующиеся услугами переводчика, могут ознакомиться с другими материалами по уголовному делу, но данное ознакомление возможно исключительно с визуальной (аудиальной) стороны. Если гражданин заинтересован в получении всех материалов уголовного дела в письменном переведенном варианте, то это возможно за счет личных средств гражданина (за счет средств федерального бюджета производится перевод процессуальных документов, круг которых закреплен в УПК РФ).

В рамках данной статьи нами были проанализированы семь проблемных вопросов. Предложенные способы разрешения проблемных ситуаций, на наш взгляд, будут способствовать более эффективной реализации переводчиком своей основной функции — функции перевода.

Список литературы

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: принят Государственной Думой 22 ноября 2001 года: одобрен Советом Федерации 5 декабря 2001 года: подписан Президентом РФ 18 декабря 2001 года // Российская газета. 2001. 22 декабря — Москва: Эксмо. 2015.

2. Уголовный кодекс Российской Федерации: принят Федеральным законом от 13 июня 1996 года № 63‒ФЗ // СЗ РФ. 1996. № 25, ст. 2954. М.: Проспект, КноРус. 2015.

3. Имамутдинова Г.Я. Дис.Актуальные вопросы участия переводчика в уголовном процессе России. Челябинск. 2011. С. 181.

4. Кузнецов О.Ю. Переводчик в российском уголовном судопроизводстве: Монография. ‒ М.: Изд‒во МПИ ФСБ России, 2006.

5. Мюллер В.К. Англо‒русский словарь. Издание десятое: 70 000 слов и выражений. М., Государственное издательство иностранных и национальных словарей. 1963.

6. Паршин А. Теория и практика перевода. 2008.

7. Шлепнев Д.Н. О дидактике юридического перевода: общий очерк/ Перспективы науки и образования. 2013. № 5.

8. Борисова Л.А. Из опыта обучения юридическому переводу студентов-лингвистов и студентов-юристов. Вестник Нижегородского государственного лингвистического университета им. Н.А. Добролюбова. 2009. № 4.

9. Фэнлин Ц., Чжэньюй Л. Безэквивалентная лексика российского права в русско-китайском переводе/Журнал «Интерэкспо Гео-Сибирь». Выпуск № 2. Том 6. 2014.

10. Официальный сайт бюро нотариальных переводов. URL: http://perevod-docs.ru/ru/o_nas/ (дата обращения: 30.10.2015).

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ УЧАСТИЯ ПЕРЕВОДЧИКА ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ
ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

участие переводчика в уголовном процессе

В.Ю. СТЕЛЬМАХ

Стельмах Владимир Юрьевич — преподаватель кафедры уголовного процесса Уральского юридического института МВД России (г. Екатеринбург).

Анализируются законодательные нормы, регламентирующие участие переводчика при производстве предварительного следствия по уголовным делам, и практика их применения. Автор констатирует, что ряд вопросов, касающихся участия переводчика, в законодательстве урегулирован неполно. Формулируются выводы относительно того, кого следует считать лицом, не владеющим языком уголовного судопроизводства, общие и специальные требования к переводчику в уголовном процессе, процессуальный порядок назначения и замены переводчика.

Анализ судебно-следственной практики свидетельствует, что многие преступления совершаются иностранными гражданами, находящимися в Российской Федерации как на легальных основаниях, так и незаконно. Хотя удельный вес данных преступлений в общей структуре преступности невелик и составляет около 3 — 4%, их количество весьма значительно (в 2012 г. — 42650, в том числе совершенных гражданами СНГ — 37319, в первом полугодии 2013 г. — 19647 и 16795 соответственно) <1>. Кроме того, граждане других государств нередко подвергаются преступным посягательствам. В силу указанных обстоятельств иностранцы довольно часто являются участниками уголовно-процессуальных отношений, в том числе на стадии предварительного расследования. Эти лица, как правило, недостаточно хорошо владеют русским языком, поэтому им необходимо предоставлять переводчика для обеспечения их прав и для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания.

При этом многие вопросы, касающиеся процессуального порядка предоставления переводчика, в законодательстве изложены неполно, что зачастую создает серьезные трудности на предварительном следствии и в суде, поскольку собранные следователем доказательства не соответствуют критериям допустимости и не могут быть положены в основу приговора. В этих условиях судебно-следственная практика пытается выработать оптимальные способы решения указанных проблем.
Установление порядка уголовного судопроизводства и принятие уголовно-процессуальных законов отнесены к исключительной компетенции РФ (п. «о» ст. 71 Конституции РФ). Это означает, что нормы права, регламентирующие порядок уголовного судопроизводства на любых его стадиях, могут приниматься исключительно федеральными органами государственной власти, а не региональными органами государственной власти или органами местного самоуправления. Согласно ст. 1 УПК РФ порядок уголовного судопроизводства на всей территории страны устанавливается УПК РФ, является единым и обязательным для всех судов, органов прокуратуры, предварительного следствия и дознания и всех иных участников уголовного судопроизводства. В свою очередь УПК РФ должен соответствовать законодательным актам более высокого уровня: Конституции РФ и федеральным конституционным законам.
В ст. 10 ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» <1>, п. 4 ч. 1 ст. 3 ФЗ «О государственном языке Российской Федерации» <2>, ст. 18 Закона РФ «О языках народов Российской Федерации» <3>, ч. 1 ст. 18 УПК РФ закреплен принцип национального языка уголовного судопроизводства, в соответствии с которым судопроизводство в судах РФ ведется на русском языке и государственном языке республик, входящих в РФ. Поскольку в указанной норме термин «судопроизводство» употреблен в широком смысле, установленные правила распространяются на деятельность не только в судах, но и на стадии предварительного расследования.

По ч. ч. 2 и 3 ст. 18, п. 4 ч. 1 ст. 51 УПК РФ участникам уголовного судопроизводства, не владеющим или недостаточно владеющим языком уголовного судопроизводства, должны быть разъяснены и обеспечены следующие права:
1) делать заявления, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с материалами уголовного дела на родном языке или языке, которым данные лица владеют;
2) бесплатно пользоваться услугами переводчика;
3) получать переводы процессуальных документов, копии которых подлежат обязательному вручению участникам, на родной язык или язык, которым участник уголовного судопроизводства свободно владеет. Судебно-следственной практикой выработано правило, что на стадии предварительного расследования должны быть в обязательном порядке сделаны и вручены переводы постановлений о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица, о привлечении в качестве обвиняемого, об избрании меры пресечения, о продлении срока содержания под стражей, обвинительного заключения. Вместе с тем не требуется вручать переводы документов, полученных до возбуждения уголовного дела, в том числе в ходе административной или оперативно-розыскной деятельности.
Наряду с переводчиком подозреваемому или обвиняемому в обязательном порядке предоставляется защитник.
Из анализа названных положений УПК РФ следует, что переводчик может и должен быть предоставлен не только подозреваемому или обвиняемому, но и другим участникам уголовного судопроизводства (потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, их представителям, свидетелю), если они не владеют языком уголовного судопроизводства.

Понятие «лицо, не владеющее языком уголовного судопроизводства» не определено на законодательном уровне, но его трактовка выработана судебно-следственной практикой и теорией уголовного процесса.
Отметим, что национальность рассматриваемого лица не влечет обязательного назначения переводчика.
Не владеющим языком уголовного судопроизводства признается лицо:
не понимающее или плохо понимающее разговорную речь на языке уголовного судопроизводства;
не умеющее свободно изъясняться на данном языке;
не понимающее изложение на языке уголовного судопроизводства фактических обстоятельств, связанных с производством по делу;
не понимающее применяемые при производстве по делу специальные термины и их разъяснение в понятной и доступной форме.
Степень владения участником процесса языком уголовного судопроизводства должна быть определена следователем непосредственно после появления данного лица в качестве субъекта уголовно-процессуальной деятельности. Следователь обязан четко представлять, что собираемые на этом этапе доказательства должны соответствовать требованиям допустимости при рассмотрении дела в суде.
Для установления степени владения языком судопроизводства осуществляются следственные и иные процессуальные действия:
1) допросы участника уголовного судопроизводства, в ходе которых, помимо прочего, выясняется: а) гражданство; б) национальность; в) место рождения; г) национальный состав семьи; д) на каком языке разговаривают в семье; е) какие образовательные учреждения окончил, на каком языке происходило обучение, изучался ли в образовательном учреждении русский язык; ж) проходил ли действительную военную службу и если да, то на территории какого государства; з) как долго проживает в РФ; и) где работает, на каком языке общается во время выполнения трудовых обязанностей; к) понимает ли русский язык. Если участник понимает русский язык, рекомендуется указывать в протоколе допроса: «Русским языком владею, свободно разговариваю, читаю и пишу по-русски, в услугах переводчика не нуждаюсь», причем желательно, чтобы запись была произведена допрашиваемым собственноручно. Если лицо заявляет, что не понимает русского языка, необходимо выяснить, какой язык является для него родным, на каком он свободно разговаривает и переводчик с какого языка ему требуется;
2) допросы родственников, знакомых и сослуживцев участника уголовного судопроизводства;
3) приобщение копий документов, подтверждающих обучение в образовательных учреждениях, прохождение военной службы, работу по трудовому договору, на основании которых можно сделать объективные выводы о знании или незнании лицом языка уголовного судопроизводства.
Заблаговременное установление названных обстоятельств важно, если лицо вначале подтверждает факт владения языком уголовного судопроизводства, а затем заявляет обратное и требует признания недопустимыми доказательств, полученных без участия переводчика. Так, Свердловским областным судом было отменено решение Ленинского районного суда Нижнего Тагила о возвращении для производства дополнительного следствия уголовного дела по обвинению Х. (по национальности чеченца), утверждавшего в подготовительной части судебного заседания, что не знает русского языка. Свердловский областной суд в результате изучения материалов дела установил:
1) во время предварительного следствия постановлением следователя Х., обвиняемому в дезорганизации работы исправительного учреждения, был назначен переводчик, однако Х. при проведении различных следственных действий, в том числе с участием адвоката, неоднократно заявлял, что в услугах переводчика не нуждается, поскольку владеет русским языком. При этом ни Х., ни защитник не указывали на вынужденность отказа от переводчика;
2) в материалах дела имеются собственноручные записи Х. на русском языке, из которых можно сделать вывод о том, что он способен достаточно хорошо изъясняться на языке судопроизводства не только устно, но и письменно;
3) в судебном заседании потерпевший К. сообщил, что, находясь в исправительном учреждении, Х. грамотно разговаривал на русском языке и хорошо понимал его;
4) в 2002 г. Х. был осужден Ростовским областным судом, судопроизводство осуществлялось на русском языке, услугами переводчика Х. не пользовался. Этот приговор был обжалован Х. в Верховный Суд РФ. В жалобе Х. приводил доводы о нарушении его права на услуги переводчика, однако Судебной коллегией Верховного Суда РФ они были отвергнуты. Как видно из кассационного определения, Х. участвовал в заседании суда первой инстанции и давал объяснения без участия переводчика;
5) после осуждения Х. отбывал наказание в колонии, где общался на русском языке.
На основании перечисленных фактов Свердловский областной суд установил, что вывод районного суда о том, что Х. не владеет русским языком, не соответствует действительности <1>.

Перед началом каждого следственного действия с подозреваемым или обвиняемым рекомендуется составлять протокол разъяснения прав, где помимо прочих сведений указывать гражданство и национальность лица, а также отмечать, владеет ли лицо русским языком, нуждается ли в услугах переводчика и если нуждается, то с какого языка. Кроме того, независимо от наличия или отсутствия названного протокола, в протоколе каждого следственного действия в обязательном порядке должно быть разъяснено право участника этого следственного действия давать показания на родном языке или языке, которым он свободно владеет, а также пользоваться услугами переводчика.
От незнания языка уголовного судопроизводства следует отличать общую неграмотность, когда лицо не знает орфографических и пунктуационных правил языка. Неграмотность сама по себе не является основанием для назначения переводчика, а лишь обязывает следователя более внимательно разъяснять такому лицу положения, связанные с уголовным судопроизводством.
В случае установления факта того, что лицо не владеет языком уголовного судопроизводства, следователь обеспечивает участие переводчика при производстве следственных действий с участием данного лица. Следует особо подчеркнуть, что установление этого факта относится к компетенции следователя, который принимает решение о назначении переводчика по своему внутреннему убеждению, исходя из имеющихся в деле фактических данных.
Переводчик — лицо, свободно владеющее языком судопроизводства и языком, знание которого необходимо для перевода, не заинтересованное в исходе уголовного дела, назначаемое в установленных уголовно-процессуальным законодательством РФ случаях по постановлению следователя для обеспечения перевода речи участника уголовного судопроизводства, не владеющего языком уголовного судопроизводства, а также для составления переводов копий процессуальных документов, в том числе подлежащих вручению данному участнику.
Участие переводчика на стадии предварительного следствия служит, с одной стороны, средством установления объективной истины по уголовному делу, а с другой — гарантией обеспечения конституционных прав личности, а применительно к подозреваемому и обвиняемому — одним из способов реализации права на защиту. Все это предопределяет процессуальный статус переводчика, выполняющего функции как специалиста, так и защитника, хотя в полной мере он не является ни тем, ни другим. Как справедливо отмечается в научной литературе, «переводчик обладает специальными лингвистическими познаниями… данное основание персонифицирует его среди других лиц, обладающих специальными познаниями».

Присутствие переводчика должно быть обеспечено при производстве всех без исключения следственных действий с участием лица, не владеющего языком судопроизводства. Недопустимо выборочное привлечение переводчика только к некоторым следственным действиям, даже если такое желание высказывает сам участник уголовного судопроизводства. В этих случаях доказательства, полученные без участия переводчика, могут быть признаны недопустимыми.
Системный анализ взаимосвязанных положений ст. ст. 18, 59, 61, 69 УПК РФ, а также правил, выработанных в теории уголовного процесса, позволяет сформулировать требования к переводчику. Их можно разделить на две группы: общие и специальные.
Общие требования вытекают из смысла ст. 307 УК РФ, ответственность по которой переводчик несет в случае заведомо неправильного перевода, и заключаются в том, что переводчик должен отвечать признакам субъекта преступления по указанной статье уголовного закона. К ним относятся вменяемость и достижение 16-летнего возраста.
Специальные требования позволяют идентифицировать переводчика как участника уголовного процесса и характеризуют его назначение в сфере уголовно-процессуальной деятельности. Ими являются:
1) компетентность, понимаемая в данном случае как свободное владение минимум двумя языками: уголовного судопроизводства и тем, которым в достаточной степени владеет участник процесса.
Свободное владение языками подразумевает:
свободное понимание разговорной речи на обоих языках;
умение без посторонней помощи изъясняться на данных языках;
умение изложить на обоих языках все фактические обстоятельства, связанные с производством по делу;
умение разъяснить применяемые при производстве специальные термины в понятной и доступной форме.
Если назначенный следователем переводчик имеет специальное образование и стаж работы переводчиком, рекомендуется приобщать к материалам уголовного дела копии дипломов и иных документов, подтверждающих указанные факты.
Ряд авторов полагают, что к переводчику следует предъявлять повышенные профессиональные требования. Так, В.А. Пономаренков среди критериев, определяющих компетентность переводчика, называет «наличие высшего профессионального образования в области лингвистики и межкультурной коммуникации; знание этносоциальных особенностей носителей языка, с которого или на который необходимо произвести перевод; наличие соответствующего опыта и межкультурной коммуникации» <1>. Исследователь убежден, что лиц, свободно владеющих языком перевода, но не имеющих специального образования, можно приглашать в качестве переводчиков по уголовным делам только в исключительных случаях, при отсутствии дипломированного специалиста <2>. Однако такая точка зрения не основана на законе. В научной литературе справедливо отмечается, что наличие профильного образования — необязательное требование для назначения лица переводчиком <3>, и «подобная „невзыскательность“ законодателя во многом обусловлена сложностью поиска и подбора переводчиков для участия по уголовным делам» <4>. Главным критерием, позволяющим следователю сделать вывод о хорошем владении переводчиком необходимыми языками, считается свободное и эффективное общение переводчика с участниками уголовного судопроизводства, в частности с лицом, нуждающимся в его услугах.

Кроме того, многие граждане РФ, для которых русский язык является родным, не обладают глубокими знаниями в области филологии и лингвистики. Однако закон не требует предоставления им соответствующего специалиста, поскольку для участия в уголовном судопроизводстве необходимо, чтобы лицо знало язык на разговорном уровне. Этого вполне достаточно для понимания сущности выдвинутого подозрения или обвинения и изложения своих доводов против него;
2) непредвзятость, незаинтересованность в исходе уголовного дела <1>. Необходимо отметить, что не считается нарушением привлечение в качестве переводчика сотрудника правоохранительных органов, что достаточно широко практикуется в следственной деятельности. Важно лишь, чтобы данный сотрудник не принимал участия в пресечении преступления и задержании лица, не владеющего языком судопроизводства, а также не являлся непосредственным начальником должностных лиц, производивших задержание или ведущих расследование. Сама по себе принадлежность лица к штату правоохранительного органа, в том числе того, сотрудники которого пресекли преступление, не свидетельствует о его заинтересованности в исходе дела;

3) отсутствие совмещения уголовно-процессуальных статусов, т.е. выполнения одним лицом обязанностей должностного лица, осуществляющего уголовное судопроизводство, а также функций свидетеля, потерпевшего, законного представителя, эксперта и обязанностей переводчика, хотя бы упомянутые лица свободно владели необходимыми языками. Свободное владение языком лицом, осуществляющим производство по уголовному делу, не освобождает его от необходимости назначить переводчика <1>.

В силу данного правила недопустимы иногда практикуемые в следственной практике допросы переводчика, в которых тот дает показания относительно своей компетентности в области переводов. Во-первых, при этом лицо неминуемо приобретает процессуальный статус свидетеля, даже если его показания не связаны с обстоятельствами, входящими в предмет доказывания. Это исключает возможность привлечения его к делу в качестве переводчика по формальным основаниям. Во-вторых, такой способ подтверждения компетентности крайне ненадежен, поскольку факт владения языком подтверждается самим лицом, привлекаемым в качестве переводчика, а не объективными сведениями.
В соответствии с ч. 2 ст. 59 УПК РФ следователь должен вынести постановление о назначении переводчика. Думается, что это требование — несомненное достоинство УПК РФ по сравнению с УПК РСФСР, где сведения о переводчике приводились только в протоколах следственных действий, в которых он участвовал. Наличие постановления упорядочивает деятельность по привлечению переводчика и позволяет быстро установить, кто из участников уголовного судопроизводства нуждается в его услугах.
В описательно-мотивировочной части постановления, в частности, необходимо отразить, что конкретное лицо (с указанием его процессуального статуса) не владеет языком уголовного судопроизводства и, напротив, знает другой язык и нуждается в услугах переводчика с данного языка, а также что лицо, назначаемое в качестве переводчика, свободно владеет двумя обозначенными языками. В некоторых случаях в этой части постановления указывается и специальное образование переводчика. По мнению ряда авторов, если переводчик такого образования не имеет, это тоже должно быть отражено в постановлении <1>. Думается, что приведение этих сведений необязательно, поскольку наличие образования не является непременным требованием для назначения лица переводчиком. И тем более не стоит упоминать об отсутствии образования, поскольку эта информация лишь поставит под сомнение как компетентность переводчика, так и правомерность соответствующего решения следователя. В силу незначительного числа лиц, имеющих образование в области переводов с иностранных языков, на практике в качестве переводчиков гораздо чаще привлекаются лица без соответствующего специального образования.

В резолютивной части постановления формулируется решение о назначении лица переводчиком по делу, указываются его фамилия, имя, отчество, дата рождения.
Постановление должно быть объявлено под расписку переводчику, а также лицу, которому назначен переводчик (последнее, к сожалению, делается не всегда). В постановлении рекомендуется сделать отметку о том, имеет ли это лицо заявления об отводе переводчика. Одновременно с вынесением постановления целесообразно брать с переводчика подписку о предупреждении его об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод и подписку о неразглашении переводчиком данных предварительного следствия.
В соответствии с п. 3 ст. 59 УПК РФ переводчик имеет право:
задавать вопросы участникам уголовного судопроизводства в целях уточнения перевода;
знакомиться с протоколом следственного действия, в котором он участвовал, делать замечания (подлежащие занесению в протокол) по поводу правильности записи перевода;
приносить жалобы на действия и решения следователя, прокурора и суда, ограничивающие его права.
По правилам ч. 4 ст. 59 УПК РФ переводчик не вправе:
осуществлять заведомо неправильный перевод (за это предусмотрена уголовная ответственность по ст. 307 УК РФ);
разглашать данные предварительного расследования, ставшие ему известными в связи с участием в производстве по данному делу в качестве переводчика, если он был заранее предупрежден о неразглашении в порядке, установленном ст. 161 УПК РФ (данные действия наказываются по ст. 310 УК РФ);
уклоняться от явки по вызовам следователя, прокурора или в суд (за это ст. 17.7 КоАП РФ установлена административная ответственность).
Следует отметить, что переводчик наделен правом переводить все материалы уголовного дела, без каких-либо исключений. Более того, перевод, выполненный назначенным по уголовному делу переводчиком, должен считаться приоритетным по отношению к переводам, полученным из других источников, и не требует заверения какими-либо субъектами, осуществляющими удостоверительные функции в гражданском судопроизводстве (например, нотариусами или консульскими учреждениями).
Нельзя согласиться с авторами, предлагающими «проводить аудио- , видеозапись следственного действия с переводом, чтобы впоследствии можно было проконтролировать качество перевода путем консультации с филологом» <1>. При таком подходе, по сути, заранее ставятся под сомнение компетентность назначенного переводчика и доказательственное значение следственных действий, произведенных с его участием. Непонятно, почему нельзя сразу назначить переводчиком то лицо, которому будет предъявлена видеозапись следственного действия, вместо того чтобы наделять его контрольными функциями.

В уголовном деле могут участвовать несколько переводчиков с одного языка (если они, например, назначены постановлениями последовательно друг за другом по причине невозможности участия переводчика, назначенного ранее, при производстве того или иного следственного действия). В этом случае допускается участие любого из назначенных переводчиков при производстве следственных действий без вынесения дополнительного постановления.
Независимо от наличия общей подписки о предупреждении переводчика об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод, взятой одновременно с вынесением постановления о назначении переводчика и действующей на протяжении всего предварительного следствия, в протоколе каждого следственного действия должен быть зафиксирован факт участия переводчика в нем с указанием его фамилии, имени, отчества. Также нужно сделать отметку о разъяснении переводчику его процессуальных прав и предупреждении его об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за заведомо неправильный перевод.
При выполнении переводчиком письменного перевода документов, подлежащих вручению обвиняемому, желательно приобщать копию перевода к материалам уголовного дела. Это необходимо для подтверждения наличия перевода как такового и для возможной проверки его качества и аутентичности. Приобщаемый к делу перевод должен быть подписан переводчиком.
Требуется отметить, что переводчик выполняет письменные и устные переводы в интересах не только обвиняемого, но и следователя. Так, переводчик осуществляет переводы изъятых документов на иностранных языках, аудиозаписей разговоров лиц, привлекающихся к уголовной ответственности, и т.п. Целесообразно составлять протокол осмотра указанных носителей информации с участием переводчика и сделать отметку о предупреждении переводчика об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод по ст. 307 УК РФ, а сам перевод приложить к данному протоколу.
Основания для отвода переводчика указаны в ч. 2 ст. 69 и ч. 1 ст. 61 УПК РФ и делятся на две группы:
1) заинтересованность переводчика в исходе уголовного дела. Имеет место, если он:
был потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком или свидетелем по данному делу;
участвовал в качестве судьи, прокурора, следователя, дознавателя, присяжного заседателя, эксперта, специалиста, понятого, секретаря судебного заседания, защитника, законного представителя обвиняемого, представителя потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика;
является родственником любого участника производства по уголовному делу;
2) некомпетентность переводчика, т.е. недостаточное знание языка уголовного судопроизводства или языка, перевод с которого требуется.
Решение об отводе переводчика принимается следователем по собственной инициативе или по ходатайству участников уголовного судопроизводства и оформляется постановлением.
От отвода нужно отличать замену переводчика, которая может быть произведена в следующих случаях:
1) когда назначенный переводчик не может по каким-либо обстоятельствам, не связанным с его заинтересованностью или некомпетентностью, участвовать при производстве следственного действия. Например, по уголовному делу, расследовавшемуся ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области, в качестве обвиняемого был привлечен Ч. — гражданин Республики Таджикистан, таджик по национальности. Ему был предоставлен переводчик с таджикского языка А., который после участия в нескольких следственных действиях выехал в служебную командировку в другую область, после чего постановлением следователя переводчиком был назначен Ш., который и обеспечивал перевод при производстве оставшихся следственных и иных процессуальных действий;

2) когда при производстве первоначальных следственных действий участнику уголовного судопроизводства был предоставлен переводчик с одного языка, а в ходе следствия выяснилось, что ему требуется переводчик с другого языка. Данная замена не является отводом, поскольку речь не идет о необъективности или некомпетентности переводчика. Необходимо вынести новое постановление о назначении переводчика с указанием причины замены. Так, сотрудниками ГУ МВД России по Свердловской области за незаконный сбыт наркотических средств в особо крупном размере был задержан М. Перед допросом в качестве подозреваемого, во время составления протокола разъяснения прав, он пояснил, что родился и воспитывался в смешанной семье (отец по национальности азербайджанец, мать — таджичка), проживал в Республике Таджикистан, но в селении, где большинство населения — узбеки и разговаривают в основном по-узбекски, и заявил о том, что желает давать показания на узбекском языке. Подозреваемому предоставили переводчика с узбекского языка, в присутствии которого был произведен допрос. На следующий день, перед очной ставкой с обвиняемым Х., М. заявил, что узбекский язык он понимает, но лучше владеет азербайджанским языком, и следователь назначил ему переводчика с азербайджанского языка, чьими услугами М. и пользовался на протяжении предварительного следствия. Впоследствии М. был осужден Ленинским районным судом Екатеринбурга, при этом все доказательства, полученные в присутствии переводчиков как с узбекского, так и с азербайджанского языка, были признаны допустимыми.

Постановление о назначении переводчика (Бланк 44)

Приказ Генпрокуратуры России от 23.10.2014 N 150 (ред. от 20.07.2017) Об утверждении Инструкции о процессуальной деятельности органов дознания Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органовДокумент действующий
1HQQESHpv9LE

  • Главное меню
    • Приказ
    • Инструкция о процессуальной деятельности органов дознания Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов
      • Глава I. Общие положения
        • Основные понятия
          • Статья 1
          • Статья 2
          • Статья 3
          • Статья 4
          • Статья 5
          • Статья 6
          • Статья 7
          • Статья 8
          • Статья 9
          • Статья 10
          • Статья 11
          • Статья 12
          • Статья 13
          • Статья 14
          • Статья 15
          • Статья 16
          • Статья 17
          • Статья 18
          • Статья 19
          • Статья 20
          • Статья 21
        • Доказательства и доказывание
          • Статья 22
          • Статья 23
          • Статья 24
          • Статья 25
          • Статья 26
          • Статья 27
          • Статья 28
          • Статья 29
          • Статья 30
          • Статья 31
          • Статья 32
          • Статья 33
          • Статья 34
          • Статья 35
          • Статья 36
          • Статья 37
        • Надзор за процессуальной деятельностью органов дознания
          • Статья 38
          • Статья 39
          • Статья 40
          • Статья 41
          • Статья 42
          • Статья 43
        • Возбуждение уголовного дела
          • Поводы и основание для возбуждения уголовного дела
            • Статья 44
            • Статья 45
            • Статья 46
            • Статья 47
            • Статья 48
            • Статья 49
            • Статья 50
            • Статья 51
            • Статья 52
          • Порядок возбуждения уголовного дела
            • Статья 53
            • Статья 54
            • Статья 55
            • Статья 56
          • Отказ в возбуждении уголовного дела
            • Статья 57
            • Статья 58
            • Статья 59
            • Статья 60
      • Глава II. Производство неотложных следственных действий
        • Общие правила производства следственных действий
          • Статья 61
          • Статья 62
          • Статья 63
          • Статья 64
          • Статья 65
          • Статья 66
          • Статья 67
          • Статья 68
          • Статья 69
        • Общие правила составления протокола следственного действия
          • Статья 70
          • Статья 71
        • Осмотр и освидетельствование
          • Статья 72
          • Статья 73
          • Статья 74
          • Статья 75
          • Статья 76
          • Статья 77
        • Следственный эксперимент
          • Статья 78
        • Обыск и выемка
          • Статья 79
          • Статья 80
          • Статья 81
          • Статья 82
          • Статья 83
          • Статья 84
        • Задержание подозреваемого
          • Статья 85
          • Статья 86
          • Статья 87
          • Статья 88
          • Статья 89
          • Статья 90
          • Статья 91
          • Статья 92
        • Участие защитника
          • Статья 93
          • Статья 94
          • Статья 95
          • Статья 96
          • Статья 97
        • Меры пресечения, иные меры процессуального принуждения
          • Статья 98
          • Статья 99
          • Статья 100
        • Допрос
          • Статья 101
          • Статья 102
          • Статья 103
          • Статья 104
          • Статья 105
          • Статья 106
          • Статья 107
        • Очная ставка
          • Статья 108
        • Предъявление для опознания
          • Статья 109
        • Проверка показаний на месте
          • Статья 110
        • Производство судебной экспертизы
          • Статья 111
          • Статья 112
          • Статья 113
          • Статья 114
          • Статья 115
        • Получение образцов для сравнительного исследования
          • Статья 116
      • Глава III. Порядок оформления, учета и хранения уголовных дел
        • Статья 117
        • Статья 118
      • Глава IV. Профилактическая работа в связи с совершенным преступлением
        • Статья 119
        • Статья 120
        • Статья 121
        • Статья 122
      • Приложение 1
        • Образцы бланков процессуальных документов
        • Рапорт об обнаружении признаков преступления (Бланк 1)
        • Протокол устного заявления о преступлении (Бланк 2)
        • Протокол явки с повинной (Бланк 3)
        • Поручение о проверке сообщения о преступлении (Бланк 4)
        • Объяснение (Бланк 5)
        • Запрос об истребовании предметов, документов и иных сведений (Бланк 6)
        • Требование о передаче документов и материалов (Бланк 7)
        • Протокол осмотра места происшествия (Бланк 8)
        • Протокол осмотра местности (жилища, иного помещения) (Бланк 9)
        • Протокол осмотра предметов (документов) (Бланк 10)
        • Протокол осмотра трупа (Бланк 11)
        • Постановление о возбуждении ходатайства о продлении срока проверки сообщения о преступлении (Бланк 12)
        • Постановление о возбуждении ходатайства о продлении срока проверки сообщения о преступлении (Бланк 13)
        • Постановление о передаче сообщения о преступлении по подследственности (Бланк 14)
        • Сообщение о передаче заявления о преступлении по подследственности (Бланк 15)
        • Постановление о передаче сообщения о преступлении в суд (Бланк 16)
        • Сообщение о передаче заявления о преступлении в суд (Бланк 17)
        • Постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству (Бланк 18)
        • Постановление о возбуждении уголовного дела (Бланк 19)
        • Уведомление о возбуждении уголовного дела (Бланк 20)
        • Уведомление о возбуждении уголовного дела (Бланк 21)
        • Уведомление о возбуждении уголовного дела (Бланк 22)
        • Указания (Бланк 23)
        • Постановление о принятии уголовного дела к производству (Бланк 24)
        • Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (Бланк 25)
        • Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (Бланк 26)
        • Уведомление об отказе в возбуждении уголовного дела (Бланк 27)
        • Требование об опубликовании информации об отказе в возбуждении уголовного дела (Бланк 28)
        • Протокол задержания подозреваемого (Бланк 29)
        • Протокол разъяснения подозреваемому права на помощь защитника (Бланк 30)
        • Протокол разъяснения подозреваемому права на уведомление родственников о задержании (Бланк 31)
        • Сообщение о задержании подозреваемого (Бланк 32)
        • Протокол личного обыска (Бланк 33)
        • Уведомление о производстве личного обыска (Бланк 34)
        • Протокол допроса подозреваемого (Бланк 35)
        • Постановление об освобождении подозреваемого (Бланк 36)
        • Справка об освобождении подозреваемого (Бланк 37)
        • Подписка о предупреждении о неразглашении данных досудебного производства (Бланк 38)
        • Постановление о признании предметов и (или) документов вещественными доказательствами (Бланк 39)
        • Постановление о признании потерпевшим (Бланк 40)
        • Повестка о вызове на допрос (Бланк 41)
        • Протокол допроса потерпевшего (Бланк 42)
        • Протокол допроса свидетеля (Бланк 43)
        • Постановление о назначении переводчика (Бланк 44)
        • Подписка о предупреждении переводчика об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод (Бланк 45)
        • Протокол допроса свидетеля с участием переводчика (Бланк 46)
        • Протокол допроса потерпевшего с участием переводчика (Бланк 47)
        • Протокол очной ставки (Бланк 48)
        • Постановление о производстве освидетельствования (Бланк 49)
        • Протокол освидетельствования (Бланк 50)
        • Постановление (Бланк 51)
        • Постановление о назначении экспертизы (Бланк 52)
        • Протокол ознакомления с постановлением о назначении судебной экспертизы (Бланк 53)
        • Протокол ознакомления с постановлением о назначении судебной экспертизы (Бланк 54)
        • Постановление о получении образцов для сравнительного исследования (Бланк 55)
        • Протокол получения образцов для сравнительного исследования (Бланк 56)
        • Приложение к протоколу получения образцов для сравнительного исследования (Бланк 56.1)
        • Постановление о направлении уголовного дела руководителю следственного органа (Бланк 57)
        • Подписка о неразглашении сведений, составляющих государственную тайну (Бланк 58)
      • Приложение 2
        • Образцы заполнения бланков процессуальных документов и телеграмм
        • Рапорт об обнаружении признаков преступления (Бланк 1)
        • Протокол устного заявления о преступлении (Бланк 2)
        • Протокол явки с повинной (Бланк 3)
        • Протокол осмотра места происшествия (Бланк 8)
        • Постановление о возбуждении ходатайства о продлении срока проверки сообщения о преступлении (Бланк 12)
        • Постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству (Бланк 18)
        • Постановление о возбуждении уголовного дела (Бланк 19)
        • Постановление о принятии уголовного дела к производству (Бланк 24)
        • Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (Бланк 25)
        • Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (Бланк 26)
        • Протокол допроса свидетеля (Бланк 43)
        • Постановление о направлении уголовного дела руководителю следственного органа (Бланк 57)
      • Приложение 3. Книга регистрации сообщений о преступлениях, поступивших в войсковую часть (учреждение)
        • Образец заполнения книги регистрации сообщений о преступлениях, поступивших в войсковую часть (учреждение)
      • Приложение 3.1. Талон-корешок и талон-уведомление о принятии и регистрации заявления о преступлении
      • Приложение 4. Книга учета уголовных дел войсковой части (учреждения)
        • Образец заполнения книги учета уголовных дел войсковой части (учреждения)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *