Коммуницирование

24 мая 2019 года юристы правозащитной организации «Комитет против пыток», представляющие интересы Лапунова, подали в ЕСПЧ жалобы на насильственные действия и их неэффективное расследование. 25 ноября в Комитете против пыток сообщили, что они получили уведомление из Европейского суда по правам человека о том, что жалоба по делу Максима Лапунова была коммуницирована российским властям 14 ноября.

«Эта жалоба была подана в Страсбург в мае этого года, и скорость ее коммуникации говорит о важности вопросов, этим делом затронутых. Сейчас у российских властей есть время до 12 марта 2020 года, чтобы ответить на все вопросы, поставленные Европейским судом, – рассказала юрист Комитета против пыток Ольга Садовская. – Кроме типичных для таких дел вопросов о том, подвергался ли заявитель пыткам и жестокому обращению представителями государства, был ли его арест законным и было ли расследование его жалоб на лишение свободы и насилие эффективным, суд задал еще один очень важный вопрос. А именно: является ли сексуальная ориентация заявителя причиной его преследования и пыток, а также неэффективного расследования его жалоб на это? Теперь мы будем ожидать ответов российских властей, и лично я еще имею слабую надежду, что коммуникация этого дела может стать катализатором расследования на национальном уровне».

Весной 2017 года в Грозном Лапунова задержали силовики в гражданском: его доставили в подвал полицейского участка и там избили обрезками пластиковых труб. По воспоминаниям пострадавшего, ему нанесли около сорока ударов. Лапунова продержали в подвале с 16 по 28 марта 2017 года, после чего отпустили, приказав не обращаться в полицию.

Однако он все же написал заявление о пытках в Главное следственное управление Следственного комитета России по СКФО. Спустя год ему отказали в возбуждении уголовного дела. Юристы Комитета против пыток обжаловали это решение, но Ессентукский городской суд их доводы не принял так же, как впоследствии и Ставропольский краевой суд. Только после этого была составлена жалоба в ЕСПЧ. Интересы Лапунова представляли юрист Комитета против пыток Ольга Садовская и сотрудник Российской ЛГБТ-сети Вероника Лапина.

Подписывайтесь на телеграм-канал АСИ.

Читайте новости АСИ в удобном формате на Яндекс.Дзен. Подписывайтесь.

коммуницировать I

Морфологические и синтаксические свойства

наст. прош. повелит.
Я коммуници́рую коммуници́ровал
коммуници́ровала
Ты коммуници́руешь коммуници́ровал
коммуници́ровала
коммуници́руй
Он
Она
Оно
коммуници́рует коммуници́ровал
коммуници́ровала
коммуници́ровало
Мы коммуници́руем коммуници́ровали
Вы коммуници́руете коммуници́ровали коммуници́руйте
Они коммуници́руют коммуници́ровали
Пр. действ. наст. коммуници́рующий
Пр. действ. прош. коммуници́ровавший
Деепр. наст. коммуници́руя
Деепр. прош. коммуници́ровав, коммуници́ровавши
Будущее буду/будешь… коммуници́ровать

ком-му-ни-ци́-ро-вать

Глагол, несовершенный вид, непереходный, тип спряжения по классификации А. Зализняка — 2a.

Корень: -коммуниц-; интерфикс: -ир-; суффикс: -ова; глагольное окончание: -ть.

Произношение

  • МФА:

Семантические свойства

Значение

  1. книжн. взаимодействовать, общаться ◆ Когда находишься в Пущино, возникает желание общаться, коммуницировать, связываться с огромным миром, который за лесом.
  2. устар. соединять ◆ В месте соприкасания веточки, образующей пряжку с волокном, оболочка разрушается и, таким образом, через посредство пряжки содержимое одной и другой части волокна, разделённое перегородкой, коммуницирует… Н. Сорокин, «Основы микологии, с обозрением учения о заразительных болезнях», 1877 г.

Синонимы

  1. общаться

Антонимы

Гиперонимы

  1. контактировать

Гипонимы

  1. разговаривать, переписываться

Родственные слова

Ближайшее родство

  • существительные: коммуникация, коммуницирование
  • прилагательные: коммуникабельный, коммуникативный, коммуникационный

Этимология

Происходит от нем. kommunizieren «сообщать, соединять», далее от ??

Фразеологизмы и устойчивые сочетания

Список переводов

  • Английскийen: communicate
  • Немецкийde: kommunizieren

Библиография

    Для улучшения этой статьи желательно:

    • Добавить все семантические связи (отсутствие можно указать прочерком, а неизвестность — символом вопроса)
    • Добавить хотя бы один перевод для каждого значения в секцию «Перевод»

    коммуницировать II

    будущ. прош. повелит.
    Я коммуници́рую коммуници́ровал
    коммуници́ровала
    Ты коммуници́руешь коммуници́ровал
    коммуници́ровала
    коммуници́руй
    Он
    Она
    Оно
    коммуници́рует коммуници́ровал
    коммуници́ровала
    коммуници́ровало
    Мы коммуници́руем коммуници́ровали коммуници́руем
    коммуници́руемте
    Вы коммуници́руете коммуници́ровали коммуници́руйте
    Они коммуници́руют коммуници́ровали
    Пр. действ. прош. коммуници́ровавший
    Деепр. прош. коммуници́ровав, коммуници́ровавши
    Пр. страд. прош. коммуници́рованный

    ком-му-ни-ци́-ро-вать

    Глагол, совершенный вид, переходный, тип спряжения по классификации А. Зализняка — 2a.

    Корень: —.

    • МФА:
  1. юр. направить жалобу, поступившую в Европейский суд по правам человека, государству, действия которого обжалуются, для ознакомления и представления по ней письменных замечаний ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).

Ближайшее родство

  • существительные: коммуницирование

Происходит от ??

Список переводов

Дело «Пшеничный (Pshenichnyy) против Российской Федерации» (жалоба N 30422/03)

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

ПЯТАЯ СЕКЦИЯ

Дело «Пшеничный (Pshenichnyy) против Российской Федерации»

(жалоба N 30422/03)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Страсбург

14 февраля 2008 года

Европейский Суд по правам человека (Пятая Секция), заседая Палатой в составе:
П.Лоренсена, Председателя Палаты,
С.Ботучаровой,
В.Буткевича,
М.Цаца-Николовски,
Р.Марусте,
А.Ковлера,
Р.Йегер, судей,
а также при участии К.Вестердик, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 22 января 2008 года,
вынес в тот же день следующее Постановление:

Процедура

1. Дело было инициировано жалобой N 30422/03, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином Российской Федерации Александром Николаевичем Пшеничным (далее — заявитель) 25 августа 2003 года.

2. Интересы заявителя в Европейском Суде представлял С.Федорюк, адвокат, практикующий в г.Ставрополе. Власти Российской Федерации в Европейском Суде были первоначально представлены бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А.Лаптевым, а затем — новым Уполномоченным В.В.Милинчук.

3. Заявитель, в частности, жаловался на отмену в порядке надзора судебного решения, вынесенного в его пользу.

4. 21 марта 2007 года Европейский Суд коммуницировал жалобу в части отмены решения в надзорном порядке властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский Суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.

Факты

I. Обстоятельства дела

5. Заявитель родился в 1957 году и проживает в г.Ставрополе.

6. Коммерческая организация предъявила заявителю иск о неосновательном обогащении, не связанном с заработной платой. Она предъявила документ, свидетельствующий о получении заявителем денежных средств от организации. Заявитель предъявил встречный иск о признании этого документа недействительным.

7. 20 июня 2002 года Ленинский районный суд г.Ставрополя отклонил требования заявителя, частично удовлетворив требования организации, и обязал заявителя уплатить в пользу организации 295176 рублей.

8. Дополнительным решением от 28 июня 2002 года Ленинский районный суд обязал заявителя уплатить судебную пошлину в размере 4371 рубля 77 копеек.

9. 18 сентября 2002 года Ставропольский краевой суд отменил эти решения и возвратил дело на новое рассмотрение.

10. 10 октября 2002 года Ленинский районный суд удовлетворил требования заявителя. Он признал спорный документ недействительным, подтвердил право заявителя на оспариваемую сумму, обязал организацию уплатить в пользу заявителя 4916 рублей в счет судебных расходов и обязал заявителя уплатить в пользу организации 112 рублей.

11. В обоснование своей жалобы организация указывала, что суды первой и кассационной инстанций допустили ошибку в определении обстоятельств, имеющих значение для дела.

12. 27 ноября 2002 года Ставропольский краевой суд отменил решение в части взыскания 112 рублей, отклонил требования организации полностью и оставил без изменения остальную часть решения.

13. 16 июня 2003 года организация подала надзорную жалобу на решения от 10 октября и 27 ноября 2002 года. Она повторила свои доводы о том, что суды первой и кассационной инстанций допустили ошибку в определении обстоятельств, имеющих значение для дела, и просила об отмене решений и возвращении дела в суд первой инстанции.

14. 28 июля 2003 года заявитель представил возражения на надзорную жалобу. Он поддержал свои требования и просил Ставропольский краевой суд отклонить жалобу.

15. 4 августа 2003 года президиум Ставропольского краевого суда отменил решения от 18 сентября, 10 октября и 27 ноября 2002 года, поскольку суды ошибочно определили обстоятельства, имеющие значение для дела. Он оставил в силе решение от 20 июня 2002 года. Адвокат заявителя присутствовал на слушании.

16. В неустановленную дату заявитель выплатил в пользу организации 295176 рублей.

II. Применимое национальное законодательство

17. 29 сентября 1999 года Высший Арбитражный Суд дал имеющее обязательную силу разъяснение положений законодательства, регулирующих соглашения о юридических гонорарах*. В нем, в частности, указывалось, что требования о выплате условного гонорара не подлежат удовлетворению в судебном порядке. 23 января 2007 года Конституционный Суд подтвердил правильность данного подхода.
________________
* Имеются в виду Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1999 года N 48, согласно которому «не подлежит удовлетворению требование исполнителя о выплате вознаграждения, если данное требование истец обосновывает условием договора, ставящим размер оплаты услуг в зависимость от решения суда или государственного органа, которое будет принято в будущем», и постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23 января 2007 года N 1-П.

Право

I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции

18. Заявитель жаловался на отмену в надзорном порядке решений от 18 сентября и 10 октября 2002 года, оставленных без изменения 27 ноября 2002 года. Он ссылался на пункт 1 статьи 6 Конвенции и статью 1 Протокола N 1 к Конвенции, которые в соответствующих частях предусматривают следующее:

Пункт 1 статьи 6 Конвенции

Статья 1 Протокола N 1 Конвенции

«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права…».

А. Приемлемость жалобы

19. Европейский Суд считает, что жалоба заявителя не является явно необоснованной в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, жалоба должна быть объявлена приемлемой.

В. Существо жалобы

1. Доводы сторон

20. Власти Российской Федерации утверждали, что надзорная жалоба об отмене решения от 10 октября 2002 года, оставленного без изменения 27 ноября 2002 года, была подана стороной разбирательства менее чем через год после его вступления в законную силу. Президиум Ставропольского краевого суда отменил решение с целью устранения судебной ошибки, допущенной районным судом. Власти Российской Федерации заключили, что по делу требования пункта 1 статьи 6 Конвенции или статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции нарушены не были.

21. Заявитель поддержал свои требования. Он утверждал, что президиум Ставропольского краевого суда отменил решение от 18 сентября 2002 года по своей инициативе, хотя противная сторона просила об отмене только решений от 10 октября и 27 ноября 2002 года.

2. Мнение Европейского Суда

(а) По поводу соблюдения пункта 1 статьи 6 Конвенции

22. Европейский Суд напоминает, что право на справедливое разбирательство дела судом, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции, подлежит толкованию с точки зрения преамбулы Конвенции, которая в соответствующей части провозглашает верховенство права в качестве части общего наследия государств-участников. Одним из фундаментальных аспектов верховенства права является принцип правовой определенности, который требует, в частности, чтобы в случае окончательного разрешения вопроса судами их решение не ставилось под сомнение (см. Постановление Европейского Суда от 28 октября 1999 года по делу «Брумэреску против Румынии» (Brumrescu v. Romania), Reports of Judgments and Decisions 1999-VII, § 61).

23. Этот принцип подразумевает, что сторона не вправе требовать возобновления производства по делу только с целью его пересмотра и вынесения нового решения по нему. Отход от этого принципа оправдан, только когда его делают необходимым обстоятельства существенного и неотложного характера. Право вышестоящих судов по отмене или изменению вступивших в силу решений может осуществляться для устранения существенных нарушений. Сама по себе возможность существования двух мнений о предмете не является основанием для пересмотра (см. Постановление Европейского Суда от 21 сентября 2006 года по делу «Борщевский против Российской Федерации» (Borshchevskiy v. Russia), жалоба N 14853/03, § 42, с дополнительными отсылками*).
________________
* Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 3/2008.

24. Европейский Суд ранее устанавливал нарушение права заявителя на «доступ к правосудию», гарантированного пунктом 1 статьи 6 Конвенции, в российских делах, в которых судебное решение, вступившее в законную силу, отменялось вышестоящим судом по требованию государственного должностного лица или стороны в споре, не согласных с выводами о фактах или с применением норм материального права. Европейский Суд указывал, что в отсутствие существенных нарушений в ходе предыдущего разбирательства несогласие стороны с мнением судов первой и второй инстанций не является обстоятельством существенного и неотложного характера, требующим отмены вступившего в силу решения и возобновления разбирательства по делу заявителя (см. Постановление Европейского Суда от 7 июня 2007 года по делу «Довгучиц против Российской Федерации» (Dovguchits v. Russia), жалоба N 2999/03, § 30**; и Постановление Европейского Суда от 18 января 2007 года по делу «Кот против Российской Федерации» (Kot v. Russia), жалоба N 20887/03, § 29***).
________________
** Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 11/2008.
*** Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 5/2008.

25. Европейский Суд отмечает, что в настоящем деле надзорное производство было возбуждено коммерческой организацией, являвшейся стороной дела. Однако суд надзорной инстанции не ограничился рассмотрением доводов, выдвинутых ею. Президиум Ставропольского краевого суда полностью пересмотрел дело и отменил не только два последних решения, оспаривавшихся стороной, но по своей инициативе отменил также еще одно решение, принятое в данном разбирательстве ранее, и восстановил силу решения, ранее отмененного в процессе обжалования (см. §§ 13 и 15 настоящего Постановления).

26. При рассмотрении дела судом надзорной инстанции не утверждалось, что в предыдущем разбирательстве были допущены серьезные нарушения, как, например, ошибки подсудности, серьезные нарушения норм процессуального права или злоупотребление полномочиями. Вынесенные в пользу заявителя решения были отменены на том основании, что суд первой инстанции неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела. По мнению Европейского Суда, только фактические ошибки, которые не могут быть устранены в порядке обычного обжалования, поскольку выявлены после вступления решения в законную силу, могут считаться обстоятельством существенного и неотложного характера, оправдывающим отступление от принципа правовой определенности. Европейский Суд обращает внимание на то, что доводы, приведенные организацией в надзорной жалобе, содержались в ее кассационной жалобе. Поскольку эти доводы были уже рассмотрены и отвергнуты судом кассационной инстанции, надзорная процедура, по существу, представляла собой попытку организации оспорить решение по тем же основаниям, которые не принесли успеха в кассационной инстанции.

27. С учетом этого Европейский Суд находит, что, отменяя в надзорном порядке решения от 18 сентября и от 10 октября 2002 года, оставленные без изменения 27 ноября 2002 года, президиум Ставропольского краевого суда нарушил принцип правовой определенности и право заявителя на доступ к правосудию, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции. Соответственно, имело место нарушение данной статьи.
(b) По поводу соблюдения статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции

29. Европейский Суд отмечает, что вступившим в силу решением от 10 октября 2002 года, оставленным без изменения 27 ноября 2002 года, которым были отклонены требования организации к заявителю, подтверждено его право на оспариваемую сумму, и с организации взысканы в его пользу денежные средства, было отменено в порядке надзора 4 августа 2003 года. Президиум Ставропольского краевого суда восстановил силу решения от 20 июня 2002 года, которым требования заявителя были отклонены, и он был обязан возвратить оспариваемую сумму организации. Таким образом, заявитель был лишен возможности воспользоваться преимуществами вынесенного в его пользу решения не по своей вине. Отмена вступившего в силу решения подорвало уверенность заявителя в обязательной силе судебного решения и лишило его возможности удержания оспариваемой суммы и получения дополнительной суммы, которую он обоснованно рассчитывал получить. При таких обстоятельствах Европейский Суд считает, что отмена в порядке надзора вступившего в силу решения от 10 октября 2002 года, оставленного без изменения 27 ноября 2002 года, возложила на заявителя чрезмерное бремя и была не совместима с требованиями статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Соответственно, имело место нарушение требований данной статьи.

II. Иные предполагаемые нарушения Конвенции

30. Европейский Суд рассмотрел другие жалобы заявителя. Однако с учетом представленных ему материалов, и насколько эти жалобы относятся к компетенции Европейского Суда, он находит, что они не содержат данных о нарушении прав и свобод, гарантированных Конвенцией или Протоколами к ней. Отсюда следует, что в этой части жалоба должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

III. Применение статьи 41 Конвенции

31. Статья 41 Конвенции предусматривает:
«Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

А. Ущерб

32. Заявитель требовал 295176 рублей в счет компенсации материального ущерба. Он указывал, что 295176 рублей составляют эквивалент 8443 евро на дату предъявления требования. Он также просил 2860 евро в счет компенсации морального вреда.

33. Власти Российской Федерации полагали, что требования заявителя являются чрезмерными. Кроме того, заявитель не представил никаких документов в подтверждение своих требований о компенсации морального вреда, как того требует российское законодательство. Власти Российской Федерации утверждали, что установление факта нарушения Конвенции само по себе являлось бы достаточной справедливой компенсацией.

34. Европейский Суд отмечает, что в настоящем деле он установил нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с тем, что право заявителя на денежную сумму, подтвержденное вступившим в силу решением суда, было аннулировано в результате отмены решения в порядке надзора. Европейский Суд исходит из того, что наиболее уместной формой возмещения в отношении нарушения статьи 6 Конвенции является восстановление заявителя, насколько это возможно, в том положении, в котором он находился бы, если бы требования статьи 6 Конвенции не нарушались (см. Постановление Европейского Суда от 26 октября 1984 года по делу «Пьерсак против Бельгии» (Piersack v. Belgium) (в порядке применения статьи 50 Конвенции), Series А, N 85, р.16, § 12; и, с необходимыми изменениями, Постановление Европейского Суда от 23 октября 2003 года по делу «Генчел против Турции» (Genel v. Turkey), жалоба N 53431/99, § 27). Европейский Суд находит, что этот принцип применим и в настоящем деле с учетом установленных нарушений. На заявителя была возложена обязанность возвратить денежную сумму, которую он обоснованно считал своим имуществом на основании решения от 10 октября 2002 года, оставленного без изменения 27 ноября 2002 года. Европейский Суд принимает требование заявителя в части материального ущерба и присуждает ему сумму в 8443 евро по данному основанию, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанную выше сумму.

35. Европейский Суд также напоминает, что отсутствует требование о том, чтобы заявитель представлял доказательства причиненного ему морального вреда (см. Постановление Европейского Суда от 1 июня 2006 года по делу «Гридин против Российской Федерации»* (Gridin v. Russia), жалоба N 4171/04, § 20). Он полагает, что заявитель претерпел страдания и чувство разочарования, связанные с отменой решений от 18 сентября и 10 октября 2002 года, оставленных без изменения 27 ноября 2002 года. Оценивая указанные обстоятельства на справедливой основе, Европейский Суд присуждает заявителю 2000 евро в счет компенсации морального вреда, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанную выше сумму, и отклоняет остальную часть требований компенсации морального вреда.
________________
* Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 5/2007.

В. Судебные расходы и издержки

36. Заявитель также требовал 3390 евро в оплату его представительства г-ном С.Федорюком. Он ссылался на соглашение об условном гонораре, на основании которого г-н Федорюк имел право на получение 30% любой суммы, присужденной Европейским Судом.

37. Власти Российской Федерации считали это требование чрезмерным и необоснованным.

38. Европейский Суд принимает к сведению, что заявитель заключил со своим адвокатом соглашение об условном гонораре. Если возможно принудительное исполнение таких соглашений, то истребуемые суммы действительно подлежат выплате заявителем (см. Постановление Большой Палатой по делу «Ятридис против Греции» (Iatridis v. Greece) (вопрос о компенсации), жалоба N 31107/96, § 55, ECHR 2000-XI; и Постановление Европейского Суда от 24 февраля 1983 года по делу «Даджен против Соединенного Королевства» (Dudgeon v. United Kingdom) (статья 50 Конвенции), Series А, N 59, § 22). Согласно российскому законодательству требования к клиенту, вытекающие из соглашений об условном гонораре, не подлежат удовлетворению в судебном порядке (см. § 17 настоящего Постановления). Соответственно, заявитель не связан обязанностью уплаты этих сумм; отсутствуют и данные о том, что они в действительности были уплачены. Таким образом, он не может ссылаться на то, что действительно понес эти расходы. Соответственно, Европейский Суд в полном объеме отклоняет требования заявителя в части судебных расходов и издержек.

С. Процентная ставка при просрочке платежей

39. Европейский Суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
На основании изложенного Суд единогласно:
1) признал приемлемой жалобу заявителя в части отмены в порядке надзора решений от 18 сентября и 10 октября 2002 года, оставленных без изменения 27 ноября 2002 года, а в остальной части неприемлемой;
2) постановил, что имело место нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции;
3) постановил:
(а) что власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю следующие суммы, подлежащие переводу в российские рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты:
(i) 8443 евро (восемь тысяч четыреста сорок три евро) в качестве компенсации материального ущерба;
(ii) 2000 евро (две тысячи евро) в качестве компенсации морального вреда;
(iii) а также любые налоги, подлежащие начислению на указанные суммы;
(b) что с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
4) отклонил оставшуюся часть требований заявителя о справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 14 февраля 2008 года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

Клаудия Вестердик
Секретарь Секции Суда
Пэр Лоренсен
Председатель Палаты Суда

Электронный текст документа
подготовлен ЗАО «Кодекс» и сверен по:
Бюллетень Европейского Суда
по правам человека,
N 4, 2009 год

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *