Каждый имеет право на свое мнение

Статья 10. Свобода выражения мнения.

1. Каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ. Настоящая статья не препятствует государствам осуществлять лицензирование радиовещательных, телевизионных или кинематографических предприятий.
2. Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.
Конвенция
о защите прав человека и основных свобод
(Рим, 4 ноября 1950 года)
Теоретические дебаты о природе ответственности за нарушение деловой репутации юридического лица ведутся давно . Гражданский кодекс РФ (ст. 152) предусматривает право гражданина в случае распространения сведений, порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию, требовать:
———————————
См.: Эрделевский А. Компенсация морального вреда. Комментарий. М.: БЕК, 2000; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Под ред. Т. Абовой, А. Кабалкина. М.: Юрайт, 2004.
1) опровержения;
2) возмещения убытков;
3) возмещения морального вреда.
В п. 7 ст. 152 содержится указание на то, что правила этой статьи о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.
Означает ли это, что в отношении юридических лиц допустимо возмещение некоего вреда, причиненного деловой репутации, который можно рассматривать в качестве аналога морального вреда, причиненного деловой репутации гражданина? Ясного ответа на этот вопрос нет.
Представляется, что положения ст. 152 Кодекса совершенно недостаточны для того, чтобы можно было говорить о существовании определенной четко сформулированной нормы, позволяющей каждому предвидеть последствия своих действий. Только усложняет ситуацию отсутствие в главе 59 ГК РФ, регулирующей ответственность за причинение вреда, какого-либо упоминания об ответственности за вред, причиненный деловой репутации юридического лица. А ведь нормы главы 59, очевидно, являются специальными по отношению к норме ст. 152 и потому имеют перед ней предпочтение.
Между тем отсутствие четкого правового регулирования в рассматриваемой сфере позволяет ставить под сомнение применимость ответственности СМИ в рамках ст. 10 Конвенции о защите прав и основных свобод, требующей наличия определенного и предсказуемого в своем действии национального законодательства об ответственности СМИ. В отсутствие такого национального закона право Европейского сообщества не может быть применено в России для восполнения отсутствующей национальной нормы (хотя в иных отношениях ст. 10 и другие нормы Конвенции, конечно, применимы). СМИ, которые реализуют право общества на получение информации, должны иметь возможность на основании российского закона точно представлять себе последствия ее распространения.
———————————
Дело в том, что право Европейского сообщества не содержит норм о понятии деловой репутации (само это понятие Конвенции неизвестно, она оперирует общим понятием репутации), условиях и порядке ее компенсации и т.д. Соответственно нет и тех норм, которыми могли бы быть восполнены пробелы российского закона.
Арбитражные суды исходят из того, что к юридическому лицу неприменимо понятие морального вреда: Гражданский кодекс РФ определяет моральный вред как физические и нравственные страдания (ст. 151). Поэтому отсутствуют основания для его возмещения .
———————————
Постановления Президиума ВАС РФ от 5 августа 1997 года N 1509/97 // Вестник ВАС РФ. 1997. N 12; от 24 февраля 1998 года N 1785/97 // Вестник ВАС РФ. 1998. N 6; от 1 декабря 1998 года N 813/98 // Вестник ВАС РФ. 1999. N 2.
Верховный Суд РФ придерживается иной позиции: правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений, в отношении юридического лица (п. 6 ст. 7 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик по правоотношениям, возникшим после 3 августа 1992 года, п. 7 ст. 152 ГК РФ по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995 года) .
———————————
Пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».
С точки зрения системы российского гражданского законодательства ответственность в форме возмещения морального вреда юридическому лицу не может не вызывать сомнений. Согласно п. 3 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный неправомерными действиями, подлежит возмещению лишь в случаях, предусмотренных законом. Таких случаев только два: 1) причинение вреда личности или имуществу гражданина; 2) причинение вреда имуществу юридического лица (ст. 1064, 1099 ГК РФ).
Нельзя не учитывать и того, что деловая репутация относится к нематериальным активам, стоимость которых может отражаться на балансе организации. Позволяет ли это полагать, что деловая репутация юридического лица может быть включена в состав его имущества в отличие от репутации гражданина, для которого она — нематериальное благо? Если да, то о возмещении «морального вреда» под каким угодно названием, причиненного деловой репутации юридического лица, не может быть и речи.
Не случайно, видимо, тенденция распространения возможности возмещения «морального» или, используя кальку с английского non-pecuniary damage, «нематериального» вреда на юридические лица базируется не на толковании ст. 152 ГК РФ, а скорее на привлечении дополнительных оснований из практики Европейского Суда по правам человека в Страсбурге.
———————————
От редакции. В юридической литературе (Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации части первой / Под ред. Т. Абовой, А. Кабалкина) встречается термин «репутационный вред», под которым понимают вред, причиненный репутации юридического лица, как аналог морального вреда, причиненного гражданину. Однако употребление этого термина представляется необоснованным. Во-первых, слова «репутационный» в русском языке не существует. Во-вторых, этот термин нелогичен: репутационный вред — это, по сути дела, вред репутации и только, но употребляют его не просто в смысле вреда репутации, а вреда именно «морального». Таким образом, термин «репутационный вред» не отражает существа обозначаемого им понятия.
Попутно хочу отметить, что введение в российское право понятия «нематериальный вред», заимствованного из европейского права, в том числе практики Европейского суда, возможно лишь постольку, поскольку это понятие используется в спорах, ведущихся в рамках Конвенции по правам человека. Применение этого понятия к отношениям, регулируемым исключительно российским законодательством, представляется, во всяком случае, требующим обоснования, а на мой взгляд — требующим и изменений в позитивном законе.
Заметной вехой в этом направлении стало Определение Конституционного Суда РФ от 4 декабря 2003 года N 508-О. В нем сказано следующее.
Гражданский кодекс РФ (ст. 152) предоставляет гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, право наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением (п. 5). Данное правило в части, касающейся защиты деловой репутации гражданина, соответственно применяется и к защите деловой репутации юридических лиц (п. 7 ст. 152 ГК РФ).
Применимость того или иного конкретного способа защиты нарушенных гражданских прав к защите деловой репутации юридических лиц должна определяться исходя именно из природы юридического лица. При этом отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных , причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ). Данный вывод основан на положении ч. 2 ст. 45 Конституции РФ, в соответствии с которым каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.
———————————
От редакции. По мнению многих читателей журнала употребление термина «нематериальные убытки» представляется спорным. Гражданский кодекс РФ (ст. 15) определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно было произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб); неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Иначе говоря, убытки — это имущественные потери. Таким образом, нет никаких оснований говорить о «нематериальных убытках».
Конвенция о защите прав человека и основных свобод, являющаяся в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ составной частью правовой системы Российской Федерации, допускает взыскание с государства, виновного в нарушении ее положений, справедливой компенсации потерпевшей стороне, в том числе юридическому лицу, для обеспечения действенности права на справедливое судебное разбирательство (ст. 41). Исходя из этого Европейский суд по правам человека в решении от 6 апреля 2000 года по делу «Компания Комингерсол С.А.» против Португалии» пришел к выводу о том, что суд не может исключить возможность присуждения коммерческой компании компенсации за нематериальные убытки, которые «могут включать виды требований, являющиеся в большей или меньшей степени «объективными» или «субъективными». Среди них необходимо принять во внимание репутацию компании, неопределенность в планировании решений, препятствия в управлении компанией (для которых не существует четкого метода подсчета) и, наконец, хотя и в меньшей степени, беспокойство и неудобства, причиненные членам руководства компании (п. 2).
———————————
Ввиду важности этого довода привожу оригинальный (английский) текст: Non-pecuniary damage suffered by such companies may include heads of claim that are to a greater or lesser extent «objective» or «subjective». Among these, accoun should be taken of the company»s reputation, uncertainty in decision-planning, disruption in the management of the company (for which there is no precise method of calculating the consequences) and lastly, albeit to a lesser degree, the anxiety and inconvenience caused to the members of the management team.
От редакции. В письмах читателей об указанном Определении КС РФ обращается внимание на следующее. Non-pecuniary damage можно перевести как «неденежный ущерб». «Неденежный ущерб» вовсе не означает «нематериальные убытки» и тем более «моральный вред» в отношении юридических лиц. Таким образом, термин non-pecuniary damage нуждается в более точном переводе и, главное, в научном толковании с позиций российской правовой системы и поиске наиболее адекватного правового понятия, существующего в отечественной правовой доктрине, которое в достаточной степени отражало бы суть термина, использованного в решении Европейского суда.
Таким образом, Конституционный Суд РФ допускает возможность возмещения «нематериальных убытков», причиненных деловой репутации юридического лица . Сам по себе этот термин имеет еще меньше оснований в отечественном праве, чем «нематериальный вред». Убытки, как следует из ст. 15 и всех иных норм Гражданского кодекса РФ, а также иных российских законов, — это понятие, относящееся исключительно к имуществу. «Нематериальных убытков» в российском праве быть не может, как не может быть нематериальных расходов или нематериальных доходов. В то же время Кодекс применяет для обозначения умаления некоторых (не всех!) нематериальных благ термин «вред» (ст. 151). Только поэтому я в дальнейшем, имея в виду понятие, появившееся в Определении N 508-О, буду все же пользоваться более корректным, на мой взгляд, термином «нематериальный вред», тем более что слово damage может быть переведено и таким образом. При этом все же полагаю, как об этом сказано ранее, что сфера применения этого понятия должна ограничивать нормами Конвенции.
———————————
От редакции. В письмах читателей журнала высказываются различные мнения о позиции КС РФ, выраженной в Определении N 508-0. Суть их состоит в основном в следующем. Аргументация КС РФ основана главным образом на возможности юридического лица избирать любые способы защиты права. Но разговор о способах защиты имеет смысл лишь тогда, когда есть «объект защиты». Из Определения неясно, что конкретно, какие именно потери юридического лица предлагает компенсировать КС РФ с помощью возмещения «нематериальных убытков». Любые (все) потери, какие бы ни возникли у юридического лица из-за «умаления деловой репутации», будь то потеря клиентов, уменьшение заказов, разрыв договорных отношений, невозможность реализации проектов и т.д. и т.п., в том числе даже утрата «доброго имени» и доверия к компании, находятся в сфере экономической деятельности, то есть материальной. Они не могут причинить юридическому лицу никакого «морального вреда». Такие потери всегда по сути дела и в конечном счете только материальные потери. А эти потери должны компенсироваться исключительно путем возмещения «нормальных», «обыкновенных» убытков по ст. 15 ГК РФ. Позиция КС РФ и сторонников возмещения «нематериальных убытков» юридического лица представляется недостаточно обоснованной прежде всего с точки зрения логики.
Понятно, что Определение N 508-0 дало старт «кампании» обращений в арбитражные суды с требованиями о возмещении «нематериального вреда». Происходит это при отсутствии достаточно надежной нормативной базы. Источником права в данном случае может служить только практика Европейского суда: во-первых, она составляет конкретное нормативное наполнение Конвенции, и прежде всего ст. 10; во-вторых, на практику Европейского суда сослался Конституционный Суд РФ и тем самым сделал неизбежным обращение к ней.
Среди основных норм, сформулированных Европейским судом применительно к ст. 10 Конвенции,

К тексту закона «

некорректное обращение

Смотреть что такое «некорректное обращение» в других словарях:

  • некорре́ктный — ая, ое; тен, тна, тно. 1. Нетактичный в обращении с людьми; невежливый, неучтивый. Некорректный человек. || Свойственный такому человеку. Некорректное обращение. Некорректный поступок. 2. В шахматной игре: основанный на неверном расчете;… … Малый академический словарь

  • Аргумент Икеды — Джеффериса — Аргумент Икéды Джеффериса является математическим «опровержением» т. н. «аргумента точной настройки» (a fine tuning argument) одного из основных аргументов креационистов, в частности, сторонников теории разумного творения. Содержание 1 Теорема… … Википедия

  • Оператор ветвления — (условная инструкция, условный оператор) оператор, конструкция языка программирования, обеспечивающая выполнение определённой команды (набора команд) только при условии истинности некоторого логического выражения, либо выполнение одной из… … Википедия

  • Аргумент Икеды — Аргумент Икéды Джеффериса является математическим «опровержением» т. н. «аргумента точной настройки» (a fine tuning argument) одного из основных аргументов креационистов, в частности, сторонников теории разумного творения. С логической точки… … Википедия

  • Фидонет — Запрос «Фидо» перенаправляется сюда; см. также другие значения. Фидонет (от англ. FidoNet, /ˈfaɪdəʊnɛt/; коротко Фидо) международная любительская компьютерная сеть, построенная по технологии «из точки в точку». Изначально программное… … Википедия

  • Социологический факультет МГУ — Проверить нейтральность. На странице обсуждения должны быть подробности … Википедия

  • Критика ислама — Критика ислама выявление противоречий, выявление ошибок и их разбор (анализ), обсуждение чего либо с целью дать оценку исламу. Критика ислама возникла уже во время начала деятельности Мухаммада сначала со стороны мекканских язычников … Википедия

  • Критик ислама — Ислам История ислама Столпы вер … Википедия

  • Оскорбление ислама — Ислам История ислама Столпы вер … Википедия

  • ВЫШЕСЛАВЦЕВ Борис Петрович — Борис Петрович (3.10.1877, Москва 5.10.1954, Женева), рус. философ. В 1899 г. окончил юридический фак т Московского ун та, занимался адвокатурой. В 1902 г. вошел в кружок П. И. Новгородцева. После сдачи магистерских экзаменов был направлен на 2… … Православная энциклопедия

  • Тип данных — (встречается также термин вид данных) фундаментальное понятие теории программирования. Тип данных определяет множество значений, набор операций, которые можно применять к таким значениям и, возможно, способ реализации хранения значений и… … Википедия

Право на защиту чести и доброго имени

Большую роль в уяснении природы рассматриваемого права играет защита чести и доброго имени гражданина.

Конституционное право на защиту чести и доброго имени конкрети-зируется в гражданско-процессуальном и уголовно-процессуальном законодательстве.

Это возлагает на всех граждан и должностных лиц обязанность поддерживаться от вмешательств” против воли человека в сто частную жизнь, в случае необходимости требовать от компетентных органов ограждения его чести и доброго имени от незаконных посягательств.

Поэтому гражданин вправе требовать по суду наряду с опровержением порочащих сведений возмещения убытков и орального вреда, причиненных их распространением.

Тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений.

Тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений является одной из основных гарантий нрава на охрану частной и деловой жизни. Это право предусмотрено международными нормами, закреплено почти во всех современных конституциях, включая Конституцию РФ (п.2 ст.23). Ограничение этого права допускается только на основании закона и судебного решения. Как правило, наложение ареста на корреспонденцию и выемка ее в почтово-телеграфных учреждениях могут производиться в порядке, установленном Уголовно-процессуальным Кодексом, Уголовно-процессуальный Кодекс Российской Федерации от 18.12. 2001 № 174-ФЗ (ред. от 01.06. 2005), а также Федеральным законом РФ oт 5 июля 1995 г. “Об оперативно-розыскной деятельности”. Федеральный закон “Об оперативно-розыскной деятельности” от 12.08. 1995 № 144-ФЗ (ред. от 22.08. 2004). За нарушение тайны переписки устанавливается уголовная ответственность, которой подлежат не только должностные лица, но и граждане.

Принцип невмешательства в личную и семейную жизнь человека предполагает предоставление каждому члену общества гарантированной государством возможности контролировать сбор и обработку информации о его частной жизни.

Очевидно, что соответствующее законодательство требует достаточно детальной регламентации. В частности, к органам, занятым сбором и обработкой информации о гражданах, должны предъявляться четкие требования, закрепленные в Законе.

Например, без согласия лица сбор, хранение, использование и распространение информации о его частной жизни недопустимы; собираемые персональные данные должны соответствовать целям сбора и использования этих данных. По общему правилу нельзя ограничить права граждан на основе использования информации об их социальном происхождении, о расовой, национальной, языковой, религиозной и пр. принадлежности. Гарантируется это субъективное право судебной защитой.

Право на неприкосновенность жилища

Право на неприкосновенность жилища означает, что ник-то не может без законного основания войти в жилище против воли проживающих в нем лиц.

Таким образом, ненарушимость жилища фигурирует в качестве одного из аспектов свободы личности.

По закону нарушение неприкосновенности жилища (незаконный обыск, незаконное выселение, вселение и переселение и др.) влечет уголовную или административную ответственность. В РФ указанное право принадлежит всем гражданам, проживающим на любой жилой площади независимо от ее правового режима.

Неприкосновенность жилища нельзя считать абсолютной и беспредельной: во всех странах этот принцип сопровождается ограничительными оговорками.

В отдельных случаях, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством, Законом об оперативно-розыскной деятельности допускается вторжение в жилище без согласия проживающих в нем лиц, например в целях раскрытия преступления и установления истины по уголовному делу, пресечения правонарушений, борьбы со стихийными бедствиями и т.п.

Право определять и указывать свою национальную принадлежность и право на пользование родным языком.

Каждому человеку предоставляется право определять и указывать свою национальную принадлежность.

Фактически это право личности на свободное этническое самоопреде-ление, реализуемое как возможность выбора собственной культурной идентичности и право удовлетворять интересы и запросы, связанные с этнической принадлежностью.

В этом праве объективно обосновывается понимание нации как “согражданства”, поэтому указание своей национальной принадлежности — это не обязанность, а право человека.

Определение национальной принадлежности не влечет никаких правовых последствий и не может явиться основанием для дискриминации лица либо, напротив, предоставления ему каких-либо особых привилегий.

Сюда же примыкает право на пользование родным языком, свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества.

Право на сохранение и развитие национальных особенностей входит в состав основных, неотъемлемых прав народа и личности, провозглашенных в международно-правовых актах.

В условиях федеративных государств и сложного этнического состава населения закрепление права национальных меньшинств и малочисленных народов на пользование родным языком трудно переоценить.

С одной стороны, оно позволяет самореализоваться каждой личности как человеку, как гражданину, как представителю определенного народа, с другой — дает возможность народам развивать свой язык, культуру, сохранять традиции, поддерживать национальные обычаи.

Право на свободу передвижения и выбора места пребывания и жительства в пределах каждого государства, как и право на выезд и беспрепятственное возвращение в свою страну.

Право на свободу передвижения и выбора места пребывания и жительства в пределах каждого государства, как и право на выезд и беспрепятственное возвращение в свою страну, признается международным сообществом и зафиксировано во всех основополагающих международно-правовых актах о правах человека.

Указанное право является существенным элементом свободы самоопределения личности, условием профессионального и духовного развития человека, его достойной жизни. В соответствии с международными стандартами Конституция РФ (ст.27) гарантируемое право.

Понятие места жительства раскрывается, например, в ст. 20 ГК РФ Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11. 1994 № 51-ФЗ (ред. от 21.07. 2005): это место постоянного или преимущественного проживания гражданина.

Как известно, действовавшая в советский период система паспортной прописки по существу ограничивала свободу передвижения, ставила каждого гражданина под гласный надзор государственных органов.

В настоящее время в РФ, как и в большинстве европейских стран, существует процедура регистрации по месту жительства, которая носит не разрешительный, а уведомительный характер.

Дееспособные граждане по своему усмотрению избирают место жительства, а компетентные органы власти управомочены зарегистрировать этот факт.

Вместе с этим данное право не носит абсолютного характера; свобода передвижения может стать объектом предусмотренных законом ограничений, необходимых для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения либо прав и свобод других лиц.

Это может касаться пограничной полосы, зон экологического бедствия, территорий, где введено чрезвычайное или военное положение.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *