Истец умер

  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки

Страшной трагедией обернулось для многодетной семьи противозаконное решение судьи

Фабула этой не простой истории такова. В гражданском браке жили он и она. Купили участок, построили дом. В результате ДТП он умер. Прямых наследников нет. Для оформления наследства она обращается в суд с заявлением узаконить брачные отношения с покойным сожителем. Суд выносит противозаконное решение и удовлетворяет это заявление. Но тут брат покойного оспаривает это и сам претендует на данный дом с участком. Несмотря на это, она на основании решения суда оформляет все необходимые правоустанавливающие документы и продает домостроение. Брат покойного и это сделку оспаривает. Суд выносит решение о выселении семьи из купленного дома. В отчаяние на глазах судебного исполнителя и представителей полиции и прокуратуры мать этой семьи обливает себя бензином и сжигает. Спасти не удалось, она умирает. Судебный исполнитель продолжает требовать выселения главы семьи и его детей и обращается в суд. Суд выносит определение прекратить исполнительное производство в связи со смертью должника — мать семьи. Сейчас он с сыновьями живет в этом доме и не знает, принадлежит ли он им теперь по закону или нет, выселят их или нет…

Эта история длится уже несколько лет. В 2010 году Зейш Нурбайлы Коржынбай и его (ныне покойная) супруга, многодетная мать Светлана Турганбаева продали свой дом в Алматы в микрорайоне Дружба, чтобы погасить долги, в том числе банковские и оплатить учебу детей. На оставшиеся деньги купили дом в микрорайоне «Улжан-1» у Баян Минбаевой, но спустя месяц узнали, что идет судебный спор за домостроение между нею и братом ее покойного сожителя Меллетханом Масаковым.

Баян Минбаева с января 2002 года жила с Нурлыбеком Масаковым в гражданском браке. 13 мая 2009 года он умер в результате ДТП. Прямых наследников не было и для получения наследства она обращается в Алатауский районный суд Алматы и просит узаконить брачные отношения между нею и Масаковым с января 2002 года по 13 мая 2009 года. То есть до дня его смерти.

22 сентября 2009 года судья Омирзак Серимов удовлетворяет ее заявление, на основании чего Минбаева нотариально оформляет себе свидетельство о праве на наследство, которое получила 12 января 2010 года.

А за неделю до этого, 5 января, брат покойного Меллетхан Масаков подает иск в суд о пересмотре судебного решения, в котором оспаривал факт наследства Баян Минбаевой, ссылаясь на то, что этот дом они строили вместе с братом, а она в этом участия не принимала, не работала, сидела дома. Данное заявление судом не рассматривается до тех пор, пока Минбаева не продает это домостроение. Несмотря на спорный вопрос, 6 апреля 2010 года она продает его Светлане Турганбаевой с согласия ее супруга Зейш Нурбайлы Коржынбая.

Договор купли-продажи, как и свидетельство о праве на наследство были удостоверены одним и тем же нотариусом — Рыскуль Кынырбековой. В договоре указано, что на момент сделки этот дом и участок никому не проданы, не заложены, в споре и под арестом не состоят.

Буквально на другой день после сделки 7 апреля 2010 года судья Серимов отменяет свое собственное решение о признании брачных отношений между Минбаевой и Масаковым и вскоре выносит новое решение вообще об отказе в установлении между ними брачных отношений.

Где-то через год Меллетхан Масаков подает в суд исковое заявление с просьбой признать недействительными свидетельство о праве на наследство Баян Минбаевой, договор купли-продажи, госакт на земельный участок и регистрацию недвижимости. Суд под председательством судьи К. Бекова его ходатайство удовлетворяет (это дело рассматривалось 4 июля 2011 года).

Одновременно ответчик Светлана Турганбаева обращается в суд со встречным иском о признании ее добросовестным приобретателем, мотивируя тем, что она не знала и не могла знать, что Минбаева не имела права отчуждать домостроение, что все ее правоустанавливающие документы были в порядке, обременений на имущество не было, и она не знала о притязании третьих лиц. Но суд ее заявление оставляет без удовлетворения, обосновывая это тем, что она купила спорное домостроение по цене в два раза ниже рыночной и вдвое ниже стоимости, указанной в договоре задатка. Суд посчитал, что это является подтверждением недобросовестности приобретения, что ответчик, покупая по более низкой цене, должна была засомневаться и проявить разумную осторожность, что не было сделано.

Турганбаева и ее супруг З. Коржынбай с такими доводами не согласились. Так, З. Коржынбай в заявлении на имя президента и в правоохранительные органы уверяет, что они договорились купить дом за 51 500 долларов (по курсу 7 725 555 тенге) и купили за эту сумму. Но перед подписанием договора купли-продажи Минбаева очень просила их оформить договор на сумму 4 410 000 тенге, мотивируя тем, что у нее возникли большие долги во время болезни мужа и его похорон. «Ничего не подозревая, мы пошли ей навстречу. После подписания договора, Минбаева вместе с представителем в присутствии свидетелей получила 7 725 000 тенге с учетом задатка, но суд не допросил ни имеющихся свидетелей, ни саму Минбаеву, т.к. она не явилась на суд и в своем решении указал, что мы купили домостроение по цене в два раза ниже, — рассказывает З. Коржынбай — Меллетхан Масаков не был прописан и не проживал и не был собственником. Также в момент покупки не имелось ареста дома, не было третьих лиц. То есть мы при покупке проявили добросовестность и разумность».

Так не так, но суд решил выселить Турганбаеву со всеми членами семьи без представления другого жилья. Апелляционная и кассационная судебные коллегии Алматинского горсуда оставили это решение без изменения, и 15 декабря 2011 года оно вступило в законную силу. Департамент по исполнению судебных актов г. Алматы потребовал добровольно исполнить это решение до 29 апреля 2012 года.

Дело дошло до Верховного суда, куда Светлана Турганбаева обратилась со своими проблемами и просила в своих интересах отменить решения Алатауского районного суда и апелляционной и кассационной коллегий Алматинского горсуда как незаконные. На своем заседании, которое состоялось 3 мая 2012 года, надзорная коллегия Верховного суда отказала в пересмотре оспариваемых решений, признав, что действия Баян Минбаевой по отчуждению спорного дома были незаконными, а сделка недействительной.

Также высшая судебная инстанция пояснила, почему доводы о неправомерности истребования имущества у Светланы Турганбаевой как добросовестного приобретателя не приняты судами во внимание. «…Суд со ссылкой на фактически установленные обстоятельства обоснованно указал, что из договора задатка от 04 апреля 2010 года следует, что стороны договорились о стоимости домостроения за 7 725 000 тенге, а согласно договору купли-продажи от 06 апреля 2010 года домостроение приобретено Турганбаевой С. Ж. за 4 410 000 тенге. Данное опровергает доводы последней о приобретении спорного домостроения за 7 725 000 тенге и доказательств в опровержение изложенного в соответствии со статьей 65 ГПК, регламентирующей, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, Турганбаевой С. Ж. суду не представлено. В своем объяснении, написанном собственноручно на имя начальника УВД Алатауского района от 14 мая 2010 года, Турганбаева С. Ж. указала, что она 06 апреля купила спорное домостроение за 4 410 000 тенге. Зная, что во дворе спорного домостроения находились посторонние вещи, имущество, автомашины, Турганбаева С. Ж. не проявила разумную осторожность, добросовестность и осмотрительность. Право собственности на спорное домостроение возникло у Турганбаевой С. Ж. на основании незаконных правоустанавливающих документов и истец вправе в соответствии со статьей 261 ГК истребовать свое имущество у добросовестного приобретателя». При этом надзорная коллегия ссылается на пункт 18 нормативного постановления Верховного суда от 16 июля 2007 года № 5 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с защитой права собственности на жилище», устанавливающего, что если жилище отчуждено по возмездному договору лицом, которое не имело на это право, то собственник вправе обратиться в суд с иском об истребовании жилища у добросовестного приобретателя с признанием сделки недействительной.

Также Верховный суд указал, что при наличии правовых оснований Турганбаева вправе защищать свои имущественные права и предъявить иск к Минбаевой о взыскании переданной суммы за спорный дом или обратиться в органы по факту ее противоправных действий, а также в Генпрокуратуру. Генпрокуратура поддержала Верховный суд и (уже после смерти Турганбаевой) разъяснила ее супругу Коржынбаю З., что он вправе обратиться в суд с иском к Минбаевой о возврате уплаченных денег и возмещения убытков.

…24 мая 2012 года стал черным днем для семьи Коржынбая З. К ним домой прибыли судебный исполнитель А. Елтоков, сотрудник Алатауского РОВД и помощник прокурора района и на их глазах Турганбаева облила себя бензином и подожгла себя. Получив тяжелые ожоги, несовместимые с жизнью, она скончалась в больнице.

З. Коржынбай считает, что его жену довели до самоубийства. По его словам (и он об этом писал в заявлении на имя президента), эта трагедия случилась «из-за того, что судебный исполнитель вместо того, чтобы успокоить женщину, спровоцировал силовой конфликт и, прорвавшись к Турганбаевой, толкнул ее на безумный поступок, сказав, что она не сможет себя поджечь и вдруг при нападении она неожиданно в отчаянии подожгла себя…». Эту трагедию алматинцы, наверное, помнят, она была показана по многим казахстанским телеканалам.

Что же происходит дальше?

Ровно через год после смерти Турганбаевой, на ее имя (?!) за подписью государственного судебного исполнителя Елтокова А. приходит уведомление, которым он уведомляет ее добровольно исполнить решение суда и в течение 5 дней, то есть до 3 июня 2013 года выселиться из этого дома со всеми членами семьи. Он ставит ее в известность, что «отсутствие Вас в указанное время не будет препятствием к принудительному исполнению данного судебного акта»… Как говорится, комментарии излишни.

Семья не выселяется, потому что ей, с одной стороны, некуда идти, а с другой стороны, они считают, что законно купили этот дом и Елтоков обращается в суд и иском о принудительном выселении. Но 26 июня 2013 года суд выносит определение о прекращении исполнительного производства и одним из оснований этого указывает «смерть должника, так как требование о выселении предъявлено непосредственно к умершей Турганбаевой и оно не распространяется на членов семьи умершей». Поэтому сейчас семья покойной — З. Коржынбай с тремя сыновьями — продолжает жить в этом доме. По его словам, они на ремонт дома и обустройство территории потратили последние деньги, дети перебиваются случайными заработками, он сам тоже безработный, болеет астмой. Он опасается, что они могут лишиться единственной крыши над головой и стать бездомными, потерять веру в справедливость, поэтому просит помочь, что им делать дальше, куда обращаться, как жить.

…На судью Серимова, в самом начале вынесшего противозаконное решение о брачных отношениях Минбаевой и Нурлыбека Масакова, что впоследствии стало причиной всех бед семьи Коржынбая З., последний написал жалобу в высокие инстанции, в том числе в Верховный суд. При проверке Судебное жюри установило, что он не соответствует занимаемой должности в силу профнепригодности и 29 августа 2012 года Указом Президента судья Серимов был освобожден от должности.

Мы попросили прокомментировать адвоката Алматинской городской коллегии адвокатов Ляззат Ватаеву, что теперь делать З. Коржынбаю и его сыновьям, являются ли они законными владельцами этого дома или нет? Если являются, то как им узаконить это, а если нет, то как вернуть ущерб?

Чисто по-человечески очень жаль, что произошла такая трагедия. Хотя исполнительное производство прекращено, и З. Коржынбая с детьми не могут выселить по решению, вынесенному по иску против С. Турганбаевой, тем не менее, с точки зрения права, З. Коржынбай и его семья не являются собственниками этого дома. Судебные решения, признавшие недействительной сделку купли-продажи дома, вступили в законную силу, и возможности их пересмотра исчерпаны. Единственным реалистичным вариантом для З. Коржынбая является, как посоветовала прокуратура, попытаться вернуть деньги, уплаченные за дом.

Остальным согражданам, чтобы не попасть в подобную ситуацию, можно посоветовать при приобретении недвижимости очень тщательно выяснять историю правоотношений, связанных с приобретаемой недвижимостью. Как минимум, нужно просмотреть историю за последние три года — то есть в пределах срока исковой давности. Если в течение последних трех лет перед покупкой происходили события, которые могут повлиять на право собственности в отношении предполагаемой покупки, такие как смерть одного из со-собственников, изменение брачного статуса, возникали или прекращались обременения (залоги), это сигнал о возможных проблемах. Такую проверку поручать лучше всего юристу. Конечно, услуги юриста — это дополнительный расход, но потеря всех денег — это неприятность гораздо более серьезная.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *