Федеральный закон статья 15

юридические науки

Якименко Дмитрий Витальевич ПРИМЕНЕНИЕ СУДАМИ РОССИЙСКОЙ …

УДК 347.91/.95

DOI: 10.26140/bgz3-2019-0802-0044

ПРИМЕНЕНИЕ СУДАМИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

© 2019

Якименко Дмитрий Витальевич, студент 4-го курса Юридической Школы Дальневосточный федеральный университет (690091, Россия, Владивосток, ул. Суханова, 8, e-mail: yakimenko.dv25@gmail.com)

Аннотация. Целью настоящей статьи является исследование вопросов правоприменения основного закона страны в судах Российской Федерации. В процессе исследования были использованы специально-юридический метод, метод синтеза и систематизации теоретического материала по теме исследования. Особый акцент сделан на изучении нормативно-правовой составляющей вопроса с целью определения достаточности правового регулирования применения судами Российской Федерации Конституции Российской Федерации. На основе анализа теоретических трудов и судебной практики делается вывод о наличии определенного рода пробела в законодательном регулировании рассматриваемого вопроса. Автором предлагается законодательно урегулировать возникший пробел при помощи изменения в основные процессуальные кодифицированные акты. Также предлагается систематизировать судебную практику в части правильного и единообразного применения судами Российской Федерации Конституции Российской Федерации. Актуальность статьи, подтверждается немногочисленностью исследований по рассматриваемому вопросу. Автором предпринята попытка системного анализа вопросов применения Конституции Российской Федерации судами с позиции теории и практики. Основные положения и выводы статьи могут быть использованы в целях дальнейшего исследования вопросов конституционного права, а также процессуальных отраслей российского права. Помимо этого, материалы статьи могут быть задействованы в качестве основы для построения концепции законодательного регулирования.

Ключевые слова: Конституция Российской Федерации, судебная система, применение Конституции Российской Федерации, гражданский процесс, уголовный процесс, арбитражный процесс, административный процесс.

APPLICATION OF THE CONSTITUTION OF THE RUSSIAN FEDERATION BY COURTS OF THE RUSSIAN FEDERATION

© 2019

Yakimenko Dmitry Vitalievich, 4th grade student of law school

Far Eastern Federal University (690091, Russia, Vladivostok, street Suhanova, 14, e-mail: yakimenko.dv25@gmail.com)

Согласно ч. 1 ст. 15 Конституции РФ : Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Из названной конституционно-правовой нормы вытекает важное свойство Конституции РФ — прямое действие.

Под прямым действием Конституции понимается «ее прямое регулирующее воздействие на общественные отношения, осуществление ее предписаний в правомерном поведении всех субъектов права» .

Прямое действие Конституции РФ подразумевает его применение, помимо прочего, и в судах судебной системы РФ: в арбитражных судах, судах общей юрисдикции, Верховном Суде РФ, Конституционном Суде РФ. Напомним, что целью данной работы является исследование вопросов применения Конституции РФ именно арбитражными судами и судами общей юрисдикции, включая Верховный суд РФ как судами, осуществляющими правосудие по конкретным (частным) делам. Отсутствие в данном исследовании вопросов, касающихся применения Конституции РФ Конституционным Судом РФ связано с достаточной полнотой исследован-ности этой темы в рамках конституционно-правовой науки. Итак, не принижая ведущую роль Конституционного Суда РФ, обратимся к вопросам применения основного закона государства другими судами в России.

В первую очередь, при рассмотрении заявленно-Балтийский гуманитарный журнал. 2019. Т. 8. № 2(27)

го вопроса следует отметить Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 N 8 (ред. от 03.03.2015) «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» . Согласно п. 1 ч. 3 ст. 5 Федерального конституционного закона от 05.02.2014 N 3-ФКЗ (ред. от 29.07.2018) «О Верховном Суде Российской Федерации» (далее — «ФКЗ «О ВС РФ»») Пленум Верховного Суда Российской Федерации полномочен рассматривать материалы анализа и обобщения судебной практики и давать судам разъяснения по вопросам судебной практики в целях обеспечения единообразного применения законодательства Российской Федерации. С формальной точки зрения Пленум Верховного Суда РФ при подготовке вышеуказанного Постановления не выходил за рамки полномочий, указанных в п. 1 ч. 3 ст. 5 ФКЗ «О ВС РФ». Однако фактически Верховный Суд РФ дал самое прямое толкование Конституции РФ (хоть и с позиции применения ее иными судами РФ). Данный факт заставляет задуматься о конкуренции полномочий Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ.

В силу ч. 5 ст. 125 Конституции РФ и развивающего положения п. 4 ст. 3 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 N 1-ФКЗ (ред. от 29.07.2018) «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный суд РФ полномочен на толкование Конституции РФ. С формально-юридического подхода,

Yakimenko Dmitry Vitalievich APPLICATION OF THE CONSTITUTION ..

juridical science

конечно, это и означает, что только Конституционному Суду предоставлены полномочия по толкованию Конституции РФ, однако из смысла законодательства РФ, в том числе процессуального, иные суды судебной системы РФ также правомочны применять Конституцию РФ и давать ей толкование, которое будет в случае конкретного спора иметь казуальный (судебный) характер.

В этом контексте факт принятия Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 N 8 (ред. от 03.03.2015) «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» уже не должен казаться не верным с позиции разграничения полномочий. Принципиально важным в рассматриваемой теме является п. 2 названного Постановления: «Суд, разрешая дело, применяет непосредственно Конституцию, в частности:

а) когда закрепленные нормой Конституции положения, исходя из ее смысла, не требуют дополнительной регламентации и не содержат указания на возможность ее применения при условии принятия федерального закона, регулирующего права, свободы, обязанности человека и гражданина и другие положения;

б) когда Конституционным Судом Российской Федерации выявлен пробел в правовом регулировании либо когда пробел образовался в связи с признанием не соответствующими Конституции нормативного правового акта или его отдельных положений с учетом порядка, сроков и особенностей исполнения решения Конституционного Суда Российской Федерации, если они в нем указаны.

В случаях, когда статья Конституции Российской Федерации является отсылочной, суды при рассмотрении дел должны применять закон, регулирующий возникшие правоотношения. Наличие решения Конституционного Суда Российской Федерации о признании неконституционной той или иной нормы закона не препятствует применению закона в остальной его части».

Таким образом, вопросы правового регулирования применения судами Конституции РФ определены в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 N 8 (ред. от 03.03.2015) «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», который, в свою очередь, не является источником российского права, но фактически применяется судами РФ в качестве такового.

Отметим, что Верховный Суд РФ дал слишком ограниченное толкование положению о применении судами РФ Конституции РФ практически сведя к строгим основаниям, а именно двум случаям. Во-первых, когда сама Конституция РФ не отсылает к принимаемым законодателем текущим законам, и, во-вторых, когда Конституционным Судом РФ принято постановление, которое констатирует неконституционность нормы закона, в связи с чем судам следует руководствоваться непосредственно нормами Конституции РФ. При этом, в случае если Конституция РФ отсылает к принятому закону, то руководствоваться и непосредственно применять нормы необходимо именно из этого закона — данный вывод напрашивается из буквального толкования позиции Верховного Суда РФ. Позволим не согласится с этой позицией, так как она ограничивает саму суть «прямого действия» Конституции РФ, загоняя суды в строгие рамки, когда суд может применить Конституцию РФ, а когда нет.

Также представляется, что перечень случаев, когда суды РФ могут использовать Конституцию РФ, не является исчерпывающим. Данный вывод напрашивается исходя не только из свойства «прямого действия», но и из конкретных положений российского законодательства. Так в силу п. 5 ч. 1 ст. 190 КАС РФ , абз. 6 ст. 215 ГПК РФ , п. 3 ч. 1 ст. 238 УПК РФ следует

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

обязанность суда общей юрисдикции приостановить административное, гражданское или уголовное дело в случае направления судом запроса в Конституционный Суд Российской Федерации или принятия Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению жалобы о соответствии закона, примененного или подлежащего применению в данном деле, Конституции Российской Федерации. Если в ходе рассмотрения дела появляются сомнения в конституционности применяемого нормативного акта, для принятия решения о возможности обращения в Конституционный Суд России суд вынужден сначала самостоятельно провести оценку соответствия такого акта Конституции .

Действительно, получается такая ситуация, когда суд разрешая вопрос, например, об удовлетворении ходатайства стороны о направлении судом запроса в Конституционный Суд Российской Федерации о соответствии закона, примененного или подлежащего применению в данном деле, Конституции Российской Федерации. Суд, полноценно оценивая данное ходатайство, естественно, дает для себя и для других участников дела соответствующую оценку положениям закона, сопоставляя их с Конституцией РФ, тем самым фактически ее применяя на практике. Отдельного внимания требует тот факт, что обязанность приостановить дело по основанию обращения в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом не предусмотрена для арбитражных судов РФ — АПК РФ не предусмотрено соответствующей процессуальной нормы.

С чем это связано сказать сложно, однако такое ограничение считаем недопустимым и подлежащим законодательному урегулированию. Во всяком случае такое положение вещей не мешает арбитражным судам применять Конституцию РФ при рассмотрении гражданских и административных дел. Суды общей юрисдикции и арбитражные суды РФ также применяют Конституцию РФ посредством указания в мотивировочной части решения на постановления и определения Конституционного Суда РФ. Необходимость применения решений Конститу-ционного Суда РФ возникает, например, когда лица, участвующие в деле, ссылаются на невозможность применения той или иной нормы закона ввиду ее неконституционности по определенным основаниям.

В целом, если лицо, участвующее в деле, указывает основания, которые являются релевантными по отношению к тем, которые были предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ, то суд общей юрисдикции или арбитражный суд РФ вправе воспользоваться такой позицией Конституционного Суда РФ в целях мотивировки решения.

При этом, считаем, что такое действие суда следует оценивать как применение Конституции РФ. В этой связи законодатель даже предоставил полномочие судам по «официальному» использованию правовых позиций Конституционного суда РФ в мотивировке (п. 4 ч. 4 ст. 180 КАС РФ, абз. 7 ч. 4 ст. 170 АПК РФ) которые при этом de jure не обладают нормативными свойствами. Отсутствие соответствующей процессуальной нормы в УПК РФ и ГПК РФ о возможности применения в мотивировке решений Конституционного Суда РФ не следует расценивать как невозможность такого применения при рассмотрении уголовных и гражданских дел. Верховный Суд РФ и в целом суды общей юрисдикции не пренебрегают возможностью указания на правовые позиции Конституционного Суда РФ.

Еще одной из форм применения Конституции РФ судами РФ следует считать применение конституционных принципов, которые напрямую предусматриваются Конституцией, красной нитью проходят по всему законодательству РФ, а также определяются Конституционным Судом РФ.

Такими конституционными принципами являются,

юридические науки

Якименко Дмитрий Витальевич ПРИМЕНЕНИЕ СУДАМИ РОССИЙСКОЙ …

например: принцип справедливости, правовой определенности, пропорциональности (соразмерности, сбалансированности), разумности, субсидиарности и др.

Названные правовые принципы прямо вытекают из норм Конституции РФ, однако прямо не называются. Выявление этих принципов происходит посредством толкований Конституционного Суда РФ по различным делам в ходе конституционного судопроизводства. Так, например, правовая определенность в понимании судов общей юрисдикции подразумевает недопустимость повторного рассмотрения однажды решенного дела. Этот принцип обозначен в качестве базового для принятия судебных решений в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 и Протоколов к ней» .

Принцип пропорциональности также важен и используется не только самим Конституционным Судом РФ, но и иными судами РФ. Основная сфера применения принципа пропорциональности — права и свободы человека, их ограничения. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 г. N 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней» отмечено, что в силу ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, положений Конвенции и Протоколов к ней любое ограничение прав и свобод человека должно являться необходимым в демократическом обществе (пропорциональным преследуемой социально значимой, законной цели).

Принцип пропорциональности нередко применяется при рассмотрении споров в сфере социальных отношений, однако в таких спорах его потенциал еще предстоит раскрыть .

Как отмечается в юридической литературе , практика некоторых районных судов демонстрировала лишь робкие попытки возвысить ценность взаимоотношений между матерью и ребенком над строгостью правил поведения, закрепленных федеральным законом, т.е. стремление применить фундаментальный принцип пропорциональности используемых средств и достигаемой цели, где сами средства изначально признаются релевантными, а цель — социально значимой.

Следует признать, что основания исковых заявлений в исковых производствах как правило являются основой будущих решений судов.

Обязанность указывать на нормы права сторонам, например, прямо предусмотрена для производства по административным делам об оспаривании нормативных правовых актов, решений (действий) бездействий публичных органов.

Таким образом, стороны не лишены права в обоснование своих требований ссылаться и на нормы акта высшей юридической силы — Конституции РФ. Воспринимая или отвергая эти правовые основания требований и возражений суд дает им оценку и указывает их в судебном решении.

Таким образом, как представляется, с одной стороны — указание в требованиях и возражениях сторон на нормы Конституции РФ является не чем иным как дополнительная правовая аргументация, а с другой стороны — со стороны суда это обоснование решения, т. е. его мотивировка.

Итак, подводя анализ практики применения арбитражными судами и судами общей юрисдикции РФ Конституции РФ следует все-таки отметить ведущую и системообразующую роль Конституционного Суда РФ, который профильно занимается и применением, и толкованием Конституции РФ. Сама Конституция РФ безусловно может и должна применяться арбитражными судами и судами общей юрисдикции для выполнения таких требований решения суда как законность и мотивированность.

Правовые мотивы принятия решения в свою очередь могут основываться на Конституции РФ как акта прямого действия. Учет положений Конституции РФ делает решения судов более правильными и основанными на всестороннем исследовании спорного вопроса. В качестве вывода предлагаем подвести общую черту касательно вопроса каковы же случаи применения Конституции РФ судами в России:

1) дополнительная аргументация (мотивировка) решений суда. Данный минимум не должен ставиться под сомнение, с учетом тех законодательных изменений, которые напрямую позволяют использовать судам РФ правовые позиции Конституционного Суда РФ;

2) указание на общие конституционные принципы. Принципы создают основу для правового регулирования соответствующих правоотношений, потому суды не могут просто так отвергать или не принимать во внимание общих принципов, которые устанавливаются основным законом государства;

3) предварительное разрешение вопроса о конституционности нормы при разрешении вопроса о необходимости обращения в Конституционный Суд РФ с запросом о соответствии закона, примененного или подлежащего применению в данном деле, Конституции РФ;

4) применение правовых позиций Конституционного Суда РФ. Данное действие следует расценивать на наш взгляд как косвенное применение Конституции РФ, прошедший своеобразный «фильтр толкования» Конституционного Суда РФ.

В этой связи считаем целесообразным закрепление единообразной процессуальной нормы, регламентирующей порядок и случаи применения Конституции РФ, либо в процессуальном законодательстве путем принятия соответствующих изменений либо путём принятия нового разъяснения Верховного Суда РФ отражающего всю специфику применения Конституции РФ судами РФ и отдельных ее положений, в частности.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

2. Черепанов В.А. О прямом действии Конституции и решений Конституционного Суда Российской Федерации: проблемные вопросы и поиск решения //Журнал российского права. 2017. № 11 (251). Доступ: СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 28.02.2019).

3. О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 № 8 (ред. от 03.03.2015) // «Бюллетень Верховного Суда РФ», № 1, 1996.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

9. Евлоев И.М. Отдельные аспекты применения Конституции России при осуществлении нормоконтроля судами общей юрисдикции и арбитражными судами // Конституционное и муниципальное право. 2014. № 4. С. 36-39.

11. О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 и Протоколов к ней: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 21 // «Российская газета» от 05.07.2013 № 145.

12. Умнова И.А. О тенденции расширения судебной практики применения норм Конституции РФ в единстве с общими принципами пра-

Балтийский гуманитарный журнал. 2019. Т. 8. № 2(27)

Yakimenko Dmitry Vitalievich

Определение Верховного Суда РФ от 27.04.2017 N 301-КГ17-4039 по делу N А31-2970/2016 Требование: О пересмотре в кассационном порядке судебных актов по делу о признании недействительным решения о нарушении антимонопольного законодательства. Решение: В передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ отказано, так как суды пришли к правильному выводу о законности оспариваемого решения с учетом доказанности нарушений заявителем положений антимонопольного законодательства.

Как следует из судебных актов, на основании заявления ООО «Фирма «М.О.М» и по результатам рассмотрения дела N 04-23/1133 управлением принято решение от 25.12.2015 о признании администрации нарушившей части 1 и 3 статьи 15 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции) в связи с наделением учреждения функциями (полномочиями) органа местного самоуправления по организации ритуальных услуг и содержанию мест захоронения.

Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 18.01.2017 N 5-АПГ16-103 Об оставлении без изменения решения Московского городского суда от 07.06.2016, которым было отказано в удовлетворении административных исковых заявлений о признании недействующими отдельных положений постановления Правительства Москвы от 03.02.2011 N 26-ПП «О размещении нестационарных торговых объектов, расположенных в городе Москве на земельных участках, в зданиях, строениях и сооружениях, находящихся в государственной собственности».

По мнению административных истцов, оспариваемое правовое регулирование устанавливает дополнительные цели торговой деятельности, вводит не предусмотренные законом требования для размещения нестационарных торговых объектов, ограничивает права хозяйствующих субъектов при организации торговой деятельности и ее осуществлении, в том числе право самостоятельно определять специализацию, ассортимент, номенклатуру дополнительных групп товаров, что противоречит положениям части 3 статьи 1, части 4 статьи 10, части 2 статьи 8, части 2 статьи 15 Федерального закона от 28 декабря 2009 года N 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации», пункту 17 статьи 4, частям 1, 2 и 3 статьи 15 и статьи 16 Федерального закона от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ «О защите конкуренции», подпункту «г» пункта 3 постановления Правительства Российской Федерации от 29 сентября 2010 года N 772-ПП «Об утверждении Правил включения нестационарных торговых объектов, расположенных на земельных участках, в зданиях, строениях и сооружениях, находящихся в государственной собственности, в схему размещения нестационарных торговых объектов», статьям 3 и 421 Гражданского кодекса Российской Федерации и другим требованиям федерального законодательства и не отвечает принципу правовой определенности.

Определение Верховного Суда РФ от 20.02.2017 N 309-АД16-20543 по делу N А71-12429/2015 Требование: О пересмотре в кассационном порядке судебных актов по заявлению о привлечении к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.9 КоАП РФ. Решение: В передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ отказано, поскольку суд пришел к правильному выводу о наличии в действиях главы администрации признаков состава административного правонарушения.

Как следует из судебных актов, основанием для привлечения к ответственности послужил факт несоблюдения главой администрации требований частей 1 и 3 статьи 15 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Федеральный закон N 135-ФЗ) при заключении контракта на строительство детского сада, расположенного по адресу: улица Ворошилова, дом 54 в городе Ижевске, без проведения торгов. Данный факт установлен вступившим в законную силу решением управления от 11.06.2015 N ММ06-06/2014-172.

Определение Верховного Суда РФ от 31.10.2016 N 309-КГ16-13906 по делу N А76-11056/2015 Требование: О пересмотре судебных актов по делу о признании недействительным пункта решения и предписания государственного органа. Решение: В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано, поскольку заявителем не определены требования к социальной карте, не определен порядок оплаты услуг по перевозке льготной категорией пассажиров с помощью карты, а также порядок пополнения карты денежными средствами и распределения между перевозчиками денежных средств.

Судами установлено, что на основании заявления ООО «Уралинфотек» на бездействие администрации по необеспечению функционирования системы учета льготного проезда граждан, а также приобретения социальных карт и систем учета льготного проезда граждан, управлением по результатам проведенной проверки принято решение, которым действия администрации признаны нарушающими часть 1 статьи 15 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции), действия предприятия признаны нарушающими часть 3 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

Определение Верховного Суда РФ от 20.09.2016 N 302-КГ16-11108 по делу N А33-17648/2015 Требование: О пересмотре в кассационном порядке судебных актов по делу о признании недействительными пунктов решения антимонопольного органа. Решение: В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ отказано, поскольку у агентства отсутствовали полномочия по заключению договора на выполнение функций по осуществлению проведения закупок путем проведения конкурсов и проведению закупки для нужд хозяйствующего субъекта.

Судами установлено, что частью 3 статьи 15 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» (в редакции Федерального закона от 27.12.2009 N 379-ФЗ) запрещается совмещение функций федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, иных органов власти, органов местного самоуправления и функций хозяйствующих субъектов, за исключением случаев, установленных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации.

Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 03.08.2016 N 44-АПГ16-14 Об оставлении без изменения решения Пермского краевого суда от 24.02.2016, которым было отказано в удовлетворении заявленных требований о признании недействующими отдельных положений приказа Министерства транспорта Пермского края от 05.10.2015 N СЭД-44-01-02-219 «Об утверждении Порядка проведения отбора оператора электронных социальных проездных документов в Пермском крае».

Общество с ограниченной ответственностью «Прокарт», являющееся юридическим лицом, осуществляющим деятельность в сфере автобусных пассажирских перевозок на территории Пермского края, обратилось в суд (с учетом уточненного заявления) с требованием о признании не действующими приведенных выше правовых предписаний Порядка проведения отбора, считая, что установленные критерии носят формальный характер, не соответствуют целям какого-либо выбора, следовательно, не соответствуют положениям статьи 447 Гражданского кодекса Российской Федерации, противоречат пункту 2 части 1 статьи 17 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ «О защите конкуренции», поскольку предусматривают выбор электронной системы учета поездок пассажиров оператором электронных социальных проездных документов победившем в отборе, то есть властные полномочия реализуются хозяйствующим субъектом, что является грубым нарушением части 3 статьи 15 поименованного федерального закона, устанавливающей запрет на совмещение функций органов власти и функций хозяйствующих субъектов.

Постановление Верховного Суда РФ от 23.08.2016 N 303-АД16-10300 по делу N А51-24402/2015 Требование: О привлечении к ответственности по ч. 1 ст. 14.9 КоАП РФ за действия должностных лиц органов местного самоуправления, которые недопустимы в соответствии с антимонопольным законодательством РФ и приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции. Решение: Требование удовлетворено, поскольку распоряжением главы администрации города был установлен безальтернативный порядок выполнения работ по удовлетворению потребностей муниципального образования путем выдачи учреждению муниципальных заданий без проведения конкурентных процедур.

Как следует из судебных актов, основанием для обращения административного органа в суд с вышеназванным заявлением послужил факт несоблюдения администрацией города Владивостока требований частей 1, 3 статьи 15 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Федеральный закон N 135-ФЗ), установленный решением Приморского УФАС России от 16.01.2015 по делам N 151/08-2014 и N 166/08-2014. Согласно данному решению администрацией города Владивостока было создано муниципальное автономное учреждение «Социально-культурно-спортивный центр «Владивосток», которому в 2012 — 2013 годах за счет бюджетных средств выдавались муниципальные задания без проведения конкурентных процедур. При этом учреждение было наделено полномочиями, отнесенными к компетенции органа, осуществляющего управленческие функции в сфере культуры.

Определение Верховного Суда РФ от 25.05.2016 N 306-КГ16-1833 по делу N А49-4024/015 Требование: О пересмотре судебных актов по делу о признании недействительными решений государственного органа. Решение: В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано, поскольку истец признан нарушившим закон о конкуренции, что привело к недопущению конкуренции.

Как следует из материалов дела и установлено судами, по результатам рассмотрения дела антимонопольным органом было вынесено решение, согласно которому администрация признана нарушившей часть 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции в результате обеспечения муниципальных нужд в нарушение требований действующего законодательства Российской Федерации, что привело или могло привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции (пункт 1 решения); нарушившей часть 3 статьи 15 Закона в результате наделения хозяйствующего субъекта — МУ «Правовое управление» функцией органа местного самоуправления по проведению антикоррупционной экспертизы правовых актов администрации и их проектов (пункт 2 решения); комитет признан нарушившим часть 3 статьи 15 Закона о защите конкуренции в результате наделения хозяйствующего субъекта — МУ «Правовое управление» функцией органа местного самоуправления по проведению антикоррупционной экспертизы правовых актов администрации и их проектов, путем включения в устав МУ «Правовое управление» видов деятельности: правовой анализ проектов нормативных правовых и иных актов вносимых на рассмотрение органов местного самоуправления г. Заречного Пензенской области; подготовка предложений (заключений) по приведению действующих нормативных правовых актов и иных актов органов местного самоуправления г. Заречного Пензенской области в соответствие с действующим законодательством; антикоррупционная экспертиза правовых актов администрации г. Заречного и их проектов (пункт 4 решения).

Определение Верховного Суда РФ от 29.12.2015 N 301-КГ15-17062 по делу N А82-17376/2014 Требование: О пересмотре в кассационном порядке судебных актов по делу о признании недействительными решения и выданного на его основании предписания. Решение: В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ отказано, так как оснований для пересмотра принятых по настоящему делу судебных актов не установлено.

Как установлено судами, антимонопольный орган 29.10.2014 вынес оспариваемое решение, которым признал мэрию нарушившей части 1, 3 статьи 15 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции) при принятии постановления от 04.12.2013 N 2850 «О реорганизации муниципального унитарного предприятия «Городское садово-парковое хозяйство и зеленое строительство «Горзеленхозстрой» города Ярославля (с изменениями, внесенными постановлением от 28.02.2014 N 473), которым данное унитарное предприятие было реорганизовано в форме преобразования в муниципальное бюджетное учреждение «Городское садово-парковое хозяйство и зеленое строительство» города Ярославля, основным видом деятельности которого является обеспечение реализации полномочий органов городского самоуправления в сфере содержания и благоустройства городских территорий, городских лесов. Предметом деятельности учреждения является благоустройство, обеспечение чистоты и порядка, содержание объектов озеленения города Ярославля, малых архитектурных форм, элементов внешнего благоустройства, воспроизводство лесов.

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО; ЕВРОПЕЙСКОЕ ПРАВО

УДК 342.4:341.24

М. Ф. МАТЮНИН, старший преподаватель

Институт экономики, управления и права (г. Казань), Россия

СООТНОШЕНИЕ КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ

Цель: доказать приоритет Конституции РФ над международными договорами путем соотношения национальных и международных актов.

Методы: всеобщий диалектический метод как метод последовательного развития и изменения правовых явлений в национальном и международном праве, а также системный и формально-юридический.

Результаты: на основе анализа теорий (доктрин) соотношения национального и международного права, сложившихся в науке международного права, а также на основе действующего российского законодательства и судебной практики был сделан вывод о приоритете Конституции РФ над международными договорами.

Научная новизна: впервые на основе соотношения национального и международного права был сделан вывод о приоритете Конституции РФ над международными договорами, так как она имеет верховенство на всей ее территории.

Практическая значимость: сформулированные в настоящем исследовании теоретические результаты могут быть использованы в учебном процессе, в научной, законотворческой и правоприменительной деятельности и в работе научно-педагогических кадров в области юриспруденции.

Ключевые слова: Конституция РФ; международный договор.

Введение

Проблема соотношения национального и международного права до сих пор остается насущной и дискуссионной. Существующие подходы к их соотношению не дают нам однозначного ответа на вопрос об их равенстве или о приоритете одного над другим.

В теории международного права сложились две доктрины (теории) относительно соотношения международного и национального права. Данные доктрины основаны на различиях и сходстве двух правовых систем.

Первая доктрина называется «монистической», согласно которой международное и национальное право являются единой правовой системой . Последователи данной доктрины основываются на сходстве двух систем.

Вторая доктрина называется «дуалистической», согласно которой международное и на-

циональное право представляют собой две самостоятельные правовые системы, не подчиненные друг другу .

При рассмотрении в юридической литературе точек зрения на монистическую доктрину можно столкнуться с различными ее толкованиями, например, о приоритете норм международного права над национальным правом и наоборот. Так, признается факт единства международного и внутригосударственного права, однако приоритет международного права в этом случае возможен только по согласию государства. Несмотря на эти различия, основная идея теории — это единство норм международного и национального права.

В дуалистической теории тоже встречаются различные точки зрения, например, о том, что международное право, несмотря на различие, в некоторых случаях может регулировать внутригосударственные отношения, при условии

санкционирования государственными органами таких норм права. Это происходит с помощью законодательных либо судебных органов при применении норм международного права. Поэтому определяющим в подходе является политика государства как суверенного субъекта.

Результаты исследования

Какова же позиция нашего государства в вопросе соотношения российской правовой системы и международного права? Ответ на этот вопрос поможет нам понять, как соотносятся между собой Конституция РФ и международные договоры.

Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора1.

Из буквального толкования указанной статьи Конституции РФ можно сделать вывод, что государство в вопросе соотношения национального и международного права занимает позицию монистического подхода. Формулировка статьи о том, что нормы международного права являются составной частью правовой системы России, становятся тому доказательством.

Но можно ли однозначно утверждать, что в такой ситуации международные договоры имеют приоритет над Конституцией РФ?

Думается, что нельзя. Тот факт, что между двумя правовыми системами существует взаимодействие, является очевидным. Полного совпадения между национальным и международным правом нет и не должно быть. Предметы их правового регулирования по объективным причинам во многих случаях не совпадают.

На практике все же возникают ситуации, когда действуют нормы национального и междуна-

1 Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ № 6-ФКЗ от 30.12.2008, № 7-ФКЗ от 30.12.2008) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2009. № 4. Ст. 445.

родного права одновременно. В теории права и государства сложилось общее мнение, что нормы права не могут строиться по юридической силе. Общеизвестно, что по юридической силе выстраиваются нормативные правовые акты как источники права, формируя тем самым систему законодательства. А когда говорится о соотношении Конституции РФ и международных договоров, то имеется в виду соотношение различных источников права. Конституция РФ, как известно, является нормативным правовым актом, а международные договоры относятся к нормативным соглашениям. Возникает вопрос, могут ли между различными источниками права выстраиваться иерархически (субординационные) отношения?

Выясним, что же понимается под определением «международный договор».

Так, в соответствии с пунктом «а» ст. 2 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» под международным договором Российской Федерации надлежит понимать международное соглашение, заключенное Российской Федерацией с иностранным государством (или государствами) либо с международной организацией в письменной форме и регулируемое международным правом независимо от того, содержится такое соглашение в одном документе или в нескольких, связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования (например, конвенция, пакт, соглашение и т. п.)2.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

В определении понятия международного договора, как можно увидеть, не указываются его место среди других источниках права или сведения о его юридической силе.

На сегодняшний день, к сожалению, отсутствует легальное определение понятия закона. Поэтому в юридической литературе в узком смысле под законами понимаются законодательные акты парламента государства. В широком смысле под законами понимают все нормативные правовые акты, действующие на территории РФ, в том числе и Конституция РФ, называемая «основным законом».

Так, ч. 1 ст. 15 Конституции РФ устанавливает, что Конституция Российской Федерации имеет

2 О международных договорах Российской Федера-

ции: Федеральный закон № 101-ФЗ от 15.07.1995 (ред. от 25.12.2012) // Собрание законодательства РФ. 1995. № 29. Ст. 2757.

высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации.

Как видно из статьи, делается различие между законами и самой Конституцией. Однако выводы некоторых авторов о том, что международные акты имеют приоритет над Конституцией РФ, проистекают из формулировки ч. 4 ст. 15 Конституции РФ. На наш взгляд, формулировка ч. 4 ст. 15 Конституции РФ о том, что если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора, является неоднозначной.

Можно предположить, что когда говорят о приоритете международных договоров над законами, то говорят не о приоритете их над всеми нормативными правовыми актами, к которым относится и Конституция РФ, а лишь о законодательных актах.

Об этом же свидетельствуют разъяснения Верховного Суда РФ. Например, п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 5 от 10 октября 2003 г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров российской федерации» устанавливает, что «правила действующего международного договора Российской Федерации, согласие, на обязательность которого было принято в форме федерального закона, имеют приоритет в применении в отношении законов Российской Федерации. Правила действующего международного договора Российской Федерации, согласие, на обязательность которого было принято не в форме федерального закона, имеют приоритет в применении в отношении подзаконных нормативных актов, изданных органом государственной власти, заключившим данный договор (ч. 4 ст. 15, ст. 90, 113 Конституции Российской Федерации)»3.

Об этом же говорится в ст. 22 («Особый порядок выражения согласия на обязательность для Российской Федерации международных договоров») ФЗ «О международных договорах Российской Федерации», которая определяет, что если международный договор содержит правила, требующие изменения отдельных положений Конституции Российской Федерации, решение о согласии на его обязательность для Российской Федерации возможно в форме федерального закона только после внесения соответствующих поправок в Конституцию Российской Федерации или пересмотра ее положений в установленном порядке.

В ч. 2 ст. 34 («Соответствие международных договоров Конституции Российской Федерации») ФЗ «О международных договорах Российской Федерации» определяется, что не вступившие в силу для Российской Федерации международные договоры, признанные Конституционным Судом Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, не подлежат введению в действие и применению.

Косвенный вывод о приоритете Конституции РФ можно сделать из анализа ст. 11 Гражданского процессуального кодекса РФ («Нормативные правовые акты, применяемые судом при разрешении гражданских дел»)4, ст. 1 Уголовного кодекса РФ («Законы, определяющие порядок организации уголовного судопроизводства»)5: Конституция РФ является юридическим источником, подлежащим применению судами, занимающим первое место, а на втором стоят международные договоры.

Таким образом, выстраивается следующая логическая последовательность: законы РФ не должны противоречить Конституции РФ, так как она имеет высшую юридическую силу по отношению к ним, в свою очередь, международные договоры имеют приоритет только над законами РФ, следовательно, международные договоры не могут иметь приоритет над Конституцией РФ.

3 О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации: постановление Пленума ВС РФ № 5 от 10 октября 2003 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. № 12. 2003.

Интересен в этом плане опыт зарубежного законодательства, в частности, ст. 25 Конституции Германии установлено, что общие нормы международного права являются составной частью права Федерации. Они имеют преимущество перед законами и непосредственно порождают права и обязанности для жителей федеральной территории .

Следовательно, ситуация, при которой международные договоры имеют приоритет над законами государства, не так редка. Но мало где закрепляется, что международные договоры имеют приоритет над конституцией государства.

Выводы

Таким образом, несмотря на то, что Конституцией РФ определяется, что международные договоры являются составной частью правовой системы, правило о приоритете их над Конституцией РФ, наш взгляд, не действует. Данный приоритет международные договоры имеют над законодательными актами РФ, т. е. федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, и в случаях, предусмотренных законом, подлежат ратификации.

Конечно, желательно, чтобы такой важный аспект, как соотношение Конституции РФ с международными договорами, был отражен непосредственно в самой Конституции РФ. Это вовсе не означает, что Конституция РФ не должна соответствовать общепризнанным принципам и

нормам международного права. Российская Федерация как член международного сообщества и член Совета Безопасности ООН должна следовать международным правилам. Но не нужно забывать о таком аспекте, как суверенитет Российской Федерации. У России есть свои внутренние и внешние интересы, которые как раз и отражаются в Конституции РФ. Россия признает неотъемлемые права человека и гражданина, являясь при этом демократическим государством с республиканской формой правления. Именно поэтому органы государственной власти ратифицируют наиболее важные международные договоры, тем самым отсекая от себя те, которые не соответствуют интересам Российской Федерации.

В подтверждение вышесказанному можно привести мнение президента В. В. Путина, высказанное 7 ноября 2013 г. во время встречи с преподавателями юридических вузов, что Конституция РФ должна иметь приоритет над международными договорами .

Список литературы

2. URL: http://www. worldconstitutions.ru/archives/155

3. URL: http://www. //www.kremlin.ru/news/19579

В редакцию материал поступил 27.12.13 © Матюнин М. Ф., 2014

Информация об авторе

Матюнин Максим Федорович, старший преподаватель кафедры международного и европейского права, Институт экономики, управления и права (г. Казань)

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Адрес: 420111, г. Казань, ул. Московская, 42, тел.: (843) 231-92-90 E-mail: matyuninmaxim@mail.ru; matyunin@ieml.ru

M. F. MATYUNIN,

Senior lecturer

Institute ofEconomics, Management and Law (Kazan), Russia

CORRELATION BETWEEN THE RUSSIAN CONSTITUTION AND THE INTERNATIONAL TREATIES

Key words: Constitution of the Russian Federation; international treaty.

1. Mezhdunarodnoe pravo (International law), Ashavskii B. M. et al. Moscow: Omega-L, 2011. Pp. 95-102.

2. http://www. worldconstitutions.ru/archives/155

3. http://www. //www.kremlin.ru/news/19579

Information about the author

Address: 42 Moskovskaya St., 420111 Kazan, tel.: (843) 231-92-90 E-mail: matyuninmaxim@mail.ru; matyunin@ieml.ru

© Matyunin M. F. , 2014

Туристическая Казань: новейший путеводитель с мини-разговорником /

Путеводитель знакомит иностранных и отечественных туристов с основными особенностями и колоритом Республики Татарстан. В помощь гостям путеводитель разделен на тематические разделы, которые позволят им сориентироваться в богатом выборе исторических, культурных и развлекательных мест Казани и Татарстана. Вниманию читателя также представлены любопытные факты из истории. Путеводитель также содержит англо-татарский и англо-русский разговорники.

Статья 15. Использование информационно-телекоммуникационных сетей

1. На территории Российской Федерации использование информационно-телекоммуникационных сетей осуществляется с соблюдением требований законодательства Российской Федерации в области связи, настоящего Федерального закона и иных нормативных правовых актов Российской Федерации.

2. Регулирование использования информационно-телекоммуникационных сетей, доступ к которым не ограничен определенным кругом лиц, осуществляется в Российской Федерации с учетом общепринятой международной практики деятельности саморегулируемых организаций в этой области. Порядок использования иных информационно-телекоммуникационных сетей определяется владельцами таких сетей с учетом требований, установленных настоящим Федеральным законом.

3. Использование на территории Российской Федерации информационно-телекоммуникационных сетей в хозяйственной или иной деятельности не может служить основанием для установления дополнительных требований или ограничений, касающихся регулирования указанной деятельности, осуществляемой без использования таких сетей, а также для несоблюдения требований, установленных федеральными законами.

4. Федеральными законами может быть предусмотрена обязательная идентификация личности, организаций, использующих информационно-телекоммуникационную сеть при осуществлении предпринимательской деятельности. При этом получатель электронного сообщения, находящийся на территории Российской Федерации, вправе провести проверку, позволяющую установить отправителя электронного сообщения, а в установленных федеральными законами или соглашением сторон случаях обязан провести такую проверку.

5. Передача информации посредством использования информационно-телекоммуникационных сетей осуществляется без ограничений при условии соблюдения установленных федеральными законами требований к распространению информации и охране объектов интеллектуальной собственности. Передача информации может быть ограничена только в порядке и на условиях, которые установлены федеральными законами.

6. Особенности подключения государственных информационных систем к информационно-телекоммуникационным сетям могут быть установлены нормативным правовым актом Президента Российской Федерации или нормативным правовым актом Правительства Российской Федерации.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *