2 обстоятельства смягчающие наказание

1. Смягчающими обстоятельствами признаются:

Информация об изменениях:

Федеральным законом от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ в пункт «а» части 1 статьи 61 внесены изменения

См. текст пункта в предыдущей редакции

а) совершение впервые преступления небольшой или средней тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств;

б) несовершеннолетие виновного;

в) беременность;

г) наличие малолетних детей у виновного;

д) совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств либо по мотиву сострадания;

е) совершение преступления в результате физического или психического принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости;

ж) совершение преступления при нарушении условий правомерности необходимой обороны, задержания лица, совершившего преступление, крайней необходимости, обоснованного риска, исполнения приказа или распоряжения;

з) противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления;

Федеральным законом от 29 июня 2009 г. N 141-ФЗ пункт «и» части 1 статьи 61 изложен в новой редакции

См. текст пункта в предыдущей редакции

и) явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления;

к) оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему.

1. Сотрудники имеют право применять огнестрельное и иное оружие для:
1) защиты физических лиц от преступных посягательств в случае угрозы их жизни и здоровью, а равно освобождения заложников;
2) отражения нападения на сотрудников и членов их семей, лиц, выполняющих служебный или общественный долг по охране общественного порядка, обеспечению общественной безопасности и противодействию преступности;
2-1) пресечения попытки завладения огнестрельным и иным оружием, специальным транспортным средством правоохранительного органа;
3) отражения нападения на жилые помещения физических лиц, на охраняемые правоохранительными органами объекты, помещения государственных организаций, отражения нападения на служебный или войсковой наряд;
4) задержания лиц, оказывающих сопротивление либо застигнутых при совершении преступления, совершающих побег из-под стражи (кроме содержащихся под административным арестом), задержания вооруженных лиц;
5) остановки транспортных средств путем их повреждения, если водитель не подчиняется законным требованиям сотрудника и ставит под угрозу жизнь и здоровье физических лиц;
6) защиты от нападения животных в случаях реальной угрозы жизни или здоровью;
7) предупреждения граждан о намерении применить оружие, подачи сигнала тревоги или вызова помощи;
8) во всех иных случаях необходимой обороны и крайней необходимости.
2. Запрещается применять оружие в отношении женщин, лиц с явными признаками инвалидности, несовершеннолетних, когда их возраст известен или очевиден, кроме случаев совершения ими вооруженного нападения, оказания вооруженного сопротивления, захвата заложников, транспортных средств, в том числе воздушного судна, либо группового нападения.
Сноска. Статья 61 в редакции Закона РК от 23.04.2014 № 200-V (вводится в действие по истечении десяти календарных дней после дня его первого официального опубликования); с изменениями, внесенными Законом РК от 29.10.2015 № 374-V (вводится в действие по истечении десяти календарных дней после дня его первого официального опубликования).

Оказалось, что законодательная власть стремится в основном «закрутить гайки», а КС видит необходимость в смягчении норм. Сидорова привела примеры, которые говорят сами за себя.

Последние изменения уголовного закона и внесенные в Госдуму инициативы говорят об ужесточении ответственности как превентивной меры. В то же время, нельзя не отметить деятельность Конституционного суда. В одном деле он выразил основные позиции по вопросу недопустимости двойного взыскания налоговых недоимок при рассмотрении гражданского иска о возмещении причиненного налоговым преступлением вреда. В другом случае указал, что одно и то же лицо не может быть одновременно подозреваемым и свидетелем применительно к одному и тому же событию преступления, по факту которого возбуждено уголовное дело. Пока проблему не решат законодательно, КС указал ввести временный порядок отмены или изменения постановления о прекращении уголовного дела либо уголовного преследования. Это было сделано в целях защиты конституционных прав граждан, в частности, неправомерного возобновления уголовного преследования.

Двойственность позиций законодателя и Конституционного суда легко увидеть на примерах.

1. Новеллы в законодательстве.

Ужесточение ответственности в сфере оборонзаказа.

9 января 2018 года вступили в силу поправки в уголовный закон, которые предусматривают ответственность за злоупотребление полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа, если оно причинило существенный вред интересам общества или государства. Законодатель решил выделить злоупотребления в специальный состав из-за особой важности обороноспособности страны.

Ст. 201.1 УК предусматривает наказания для лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческой или иной организации. По ч. 1 это штраф до 3 млн руб. или лишение свободы на срок от 4 до 8 лет со штрафом и лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. С признаками квалифицированного состава (совершение деяния организованной группой; наступление тяжких последствий) срок лишения свободы увеличивается до 10 лет.

Отдельной ст. 285.4 УК караются злоупотребления в сфере оборонзаказа со стороны должностных лиц. Санкция статьи аналогична положениям статьи 201.1 УК РФ, в том числе по квалифицированным составам.

Ужесточение уголовной ответственности за заведомо ложное сообщение об акте терроризма.

Принят закон «О внесении изменений в статьи 205 и 207 Уголовного кодекса Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», который усиливает уголовную ответственность за заведомо ложное сообщение об акте терроризма.

В частности, в статье 207 УК появился отдельный квалифицирующий признак – заведомо ложное сообщение о готовящихся взрыве, поджоге или иных действиях, создающих опасность гибели людей, повлекшее массовую эвакуацию людей, совершенное в отношении объектов социальной инфраструктуры. Это предусматривает в том числе лишение свободы на срок от трех до пяти лет. В примечании к статье определяется, что следует понимать под объектами социальной инфраструктуры. Подобные действия наказываются и в том случае, если они совершены в целях дестабилизации деятельности органов власти. Если же они повлекли по неосторожности смерть человека или другие тяжкие последствия – это будет грозить лишением свободы на срок от 8 до 10 лет.

Согласно пояснительной записке, изменения решили внести после волны ложного телефонного терроризма в Москве, Челябинске, Екатеринбурге, Перми, Омске, Новосибирске, Владивостоке и других крупных городах. В итоге в России с 11 по 25 сентября 2017 года эвакуировали порядка 450 000 человек, а всего было зафиксировано порядка 1000 анонимных звонков о «минировании». По мнению главы МЧС, они приносят как минимум в 1 млрд. руб. убытков. Помогут ли изменения в закон, покажет правоприменительная практика.

Продление срока «амнистии капиталов».

Избежать ответственности за преступление в экономической сфере можно с помощью добровольного декларирования имущества, счетов и контролируемых иностранных компаний, а также связанных с ними доходов, операций и сделок, включая те из них, которые были связаны с формированием имущества контролируемых иностранных компаний.

«Амнистию» проводили с 1 июля 2015 по 30 июня 2016 года. Затем продлили до 28 февраля 29019 года (в ч. 3 ст. 76.1 УК РФ (ФЗ № 35 от 19.02.2018 года). Изменения не только продлевают возможность задекларировать имущество, но и упрощают необходимые для этого административные процедуры и защищают имущественные интересы декларантов, в том числе за пределами России.

2. Актуальные законопроекты и инициативы.

По итогам заседания Совета при Президенте РФ по противодействию коррупции был разработан законопроект, который ужесточит ответственность за нарушения в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд. Например, предлагается установить ответственность за нарушения из корыстной или иной личной заинтересованности теми, кто не является должностными лицами или не выполняет управленческие функции в коммерческой или иной организации, если деяние причинило крупный ущерб (ст. 200.4). Размеры крупного и особо крупного ущерба соответствуют параметрам, установленным в примечании к статье 170.2 УК РФ.

Ст. 200.5 предусматривает ответственность за подкуп работника контрактной службы, контрактного управляющего, члена комиссии по осуществлению закупок, лица, осуществляющего приемку поставленных товаров, выполненных работ, оказанных услуг, иного уполномоченного лица, представляющего интересы заказчика, в целях противоправного влияния на принимаемые ими решения, в том числе за получение указанными лицами денег, ценных бумаг, иного имущества, услуг имущественного характера, других имущественных прав. По аналогии со статьями 204 и 291 УК в ст. 200.5 предусматривается примечание, в котором определяются основания (условия) освобождения от уголовной ответственности лица, передавшего незаконное вознаграждение указанным лицам. В ст. 304 Кодекса предлагается внести изменение, которое предусматривает ответственность за провокацию подкупа указанных лиц.

Пояснительная записка объясняет необходимость изменений определенными пробелами в законодательном регулировании ответственности за злоупотребления в этой сфере со стороны лиц, которые представляют интересы государственных или муниципальных заказчиков, а также лиц, исполняющих государственные или муниципальные контракты. Не все их преступные действия подпадают под нормы уголовного закона.

3. Правовые позиции Конституционного суда.

Разъяснения КС по вопросу недопустимости двойного взыскания налоговых недоимок.

Конституционный суд РФ дал разъяснения о том, как применять ст. 15, 1064 и 1068 ГК, п. 14 п. 1 ст. 31 НК, ст. 199.2 УК и ч. 1 ст. 54 УПК, связанные со взысканием налоговых недоимок, хоть и не признал их противоречащими основному закону.

Как отметил КС, если юридическое лицо не платит налоги – по общему правилу нельзя возложить эту ответственность на учредителей, руководителей, работников организации-налогоплательщика и иных лиц. Это возможно в случаях, специально предусмотренных налоговым и гражданским законодательством.

Если физлицо привлекают к уголовной ответственности, то его можно заставить компенсировать «налоговый ущерб» бюджету только при соблюдении установленных законом условий привлечения к гражданско-правовой ответственности и только тогда, когда организация совершенно точно не может оплатить налоги сама. Иначе ущерб взыскивался бы в двойном размере (один раз – с юридического лица по налоговому праву, а второй – с физического лица по гражданскому). Это означало бы неосновательное обогащение бюджета.

Привлечь физлицо к гражданско-правовой ответственности можно лишь тогда, когда не осталось других способов получить налоговые долги с фирмы или контролирующих ее лиц. Например, после того, как ЕГРЮЛ внесены сведения о ее прекращении, или когда она является фактически недействующей.

В гражданском деле суд не может ограничиваться выводами следствия, изложенными в постановлении о прекращении уголовного дела, фактом прекращения дела по нереабилитирующим основаниям, материалами налоговых проверок и т.п.– такова позиция КС. Суд обязан произвести всестороннее и полное исследование доказательств по делу и дать им оценку.

Позиция КС относительно неправомерного возобновления уголовного преследования.

По итогам рассмотрения жалобы гражданина Михаила Бондаренко о проверке конституционности положений ст. 63, п. 3 ч. 2 ст. 133, ч.5 ст. 135, ч.1 ст. 136, ст. 137, ч. 1 ст. 214, ст. 399 УПК РФ, Конституционный суд ввел временный порядок отмены или изменения постановления о прекращении уголовного дела либо уголовного преследования.

Бондаренко пожаловался, что было нарушено его право на реабилитацию. Поскольку действующий УПК позволяет прокурору в любое время приступить к проверке прекращенного уголовного дела и отменить постановление о прекращении дела, вынесенное на стадии предварительного следствия, — автоматически прекращается и процесс реабилитации. В связи с этим, заявитель считает, что право на реабилитацию целиком зависит от органа уголовного преследования. Бондаренко указал, что в нормах не прописано, в каком порядке судопроизводства должны рассматриваться заявления реабилитированных, а неопределенность норм ведет к произвольному их применению. А это означает возможность формальной отмены решений в пользу реабилитированных.

Оценив доводы заявителя, КС признал ч. 1 ст. 214 во взаимосвязи с п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК не соответствующей Конституции, так как она позволяет прокурору в течение неопределенного срока отменять вынесенное по реабилитирующим основаниям постановление о прекращении уголовного дела либо уголовного преследования без эффективных гарантий защиты для лица, в отношении которого оно вынесено.

КС дал законодателю поручение внести в действующее уголовно-процессуальное законодательство соответствующие изменения. В том числе, отмечено, что в пределах срока давности привлечения к уголовной ответственности нельзя исключать возможность отмены принятого постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования, если станут известны новые обстоятельства о причастности лица к совершению преступления.

До внесения необходимых изменений был введен временный порядок отмены или изменения постановления о прекращении уголовного дела либо уголовного преследования. В частности, отмена допускается в срок не больше одного года со дня его вынесения. Через год постановление может быть отменено только судом по заявлению прокурора или потерпевшего. Лицу, в отношении которого оно вынесено, при этом дают возможность участвовать в судебном заседании.

Если вышестоящий суд возвратит требование реабилитированного лица о возмещении вреда на новое рассмотрение, его не может рассмотреть тот судья, который принимал решения в соответствующем уголовном деле. Аналогичное ограничение КС установил для судьи, который ранее дал юридическую оценку этому требованию.

Неопределенность правового статуса лица на стадии предварительного расследования.

22 ноября 2017 года Конституционный Суд опубликовал Постановление № 30-П по делу о проверке конституционности положений статей 38 и 125 УПК по жалобе В. Ченского.

Его заподозрили как виновника «смертельного» ДТП, задержали и поместили в изолятор временного содержания. Затем в рамках того же уголовного дела его же допросили в качестве свидетеля о тех же событиях.

КС отметил, что поскольку уголовно-процессуальный закон определяет лишь начальный момент, с которого лицо становится подозреваемым, неопределенность правового статуса этого лица в ситуации фактического уголовного преследования (без его юридического оформления и, соответственно, без предоставления прав по защите от него) может сохраняться вплоть до истечения сроков давности уголовного преследования (статья 78 УК РФ и пункт 3 части первой статьи 24 УПК). КС подчеркнул, что лицо не может одновременно находиться в статусе подозреваемого и свидетеля применительно к одному и тому же событию преступления. А значит, чтобы допросить подозреваемого в качестве свидетелея, нужно сначала прекратить его уголовное преследование, подытожил КС.

  • Право.ru

1. Личная заинтересованность в деле судьи, прокурора, следователя, дознавателя несовместима с публичным характером уголовного процесса. Несовместима с ним и личная заинтересованность иных, помимо дознавателя, работников органа дознания, которые могут осуществлять неотложные следственные действия (ст. 157) начальника подразделения дознания, а также руководителя следственного органа. Хотя о них не говорится в статьях главы 9, полагаем, что основания для отвода распространяются и на них по аналогии закона.

2. Все обстоятельства, названные в данной статье, дают основание предполагать, что лицо, ведущее процесс, так или иначе заинтересовано в исходе уголовного дела. Это предположение имеет характер презумпции личной заинтересованности, но если презумпция, зафиксированная в ч. 2 данной статьи («иные обстоятельства, дающие основания полагать»), относится к категории опровержимых и может быть опровергнута аргументами, изложенными в объяснении судьи, прокурора, следователя, дознавателя по поводу заявленного отвода, то презумпции, указанные в п. п. 1 — 3 ч. 1, неопровержимы. Даже если отводимому лицу и удастся представить убедительные аргументы своей личной незаинтересованности в деле, несмотря, например, на отношения дальнего родства с кем-либо из участников процесса, оно тем не менее подлежит отводу .

См.: Постановление Президиума ВС РФ по делу Головина // БВС РФ. 2003. N 7.

3. Если лицо является свидетелем по данному делу, то предположение о его личной заинтересованности наименее очевидно. Основанием его является скорее не личная заинтересованность в исходе дела, а то, что свидетель (особенно свидетель-очевидец) события преступления уже не нуждается в доказательствах и исход дела для него заранее предрешен. Процесс не нужен ему, и он не нужен процессу. Понятие свидетеля в данном пункте шире, чем общее понятие свидетеля, которое дано в 56. По смыслу, которое придает этому основанию для отвода правоприменительная практика, свидетель здесь не только лицо, вызванное для дачи показаний, но и то, которое по обстоятельствам дела объективно должно быть вызвано и допрошено. Когда, например, сотрудники органа дознания являлись очевидцами события преступления, а других очевидцев не было, они, как правило, должны быть допрошены по данному делу в качестве свидетелей, что исключает их участие в производстве по делу после его возбуждения. Если же данные сотрудники все-таки выполняли по делу неотложные следственные действия, все полученные ими доказательства следует признать недопустимыми. Следует обратить внимание, что закон (ч. 1 ст. 61) говорит лишь о невозможности таких лиц участвовать в производстве по делу, следовательно, до возбуждения дела они могут предпринимать некоторые процессуальные действия, в частности производить задержание, осмотр места происшествия, освидетельствование, назначение судебной экспертизы. Впрочем, в крайне редких случаях, несмотря на то что сотрудник органа дознания был очевидцем события преступления, он, на наш взгляд, все же не подпадает под основания для отвода. Речь идет о неотложных следственных ситуациях, когда другие сотрудники органа дознания и следователь в силу объективных причин не могут незамедлительно приступить к производству по делу, но доказательственная база с избытком достаточна и без того, чтобы делать сотрудника органа дознания свидетелем. Например, преступление совершено при большом стечении народа и свидетели-очевидцы имеются в избытке. Тогда собранные им доказательства могут остаться допустимыми.

При возвращении уголовного дела на стадию предварительного следствия следователь подлежит отводу, если он по расследованному им делу был допрошен в судебном заседании в качестве свидетеля (Кассационное определение ВС РФ от 13 января 2005 г. по делу N 81-о04-129).

4. В качестве оснований к отводу судьи, прокурора, следователя, дознавателя предусмотрены лишь родственные отношения этих лиц с другими участниками процесса (п. 3 ч. 1 ст. 61). Не рассматриваются как основания для отвода отношения только близких лиц. Однако в этих случаях на практике могут сложиться парадоксальные ситуации, напоминающие сюжет из романа Л.Н. Толстого «Воскресение».

5. Предмет заинтересованности подлежащих отводу лиц согласно данной статье слишком узок. Чтобы исключить их участие в производстве по уголовному делу, необходимо установить заинтересованность в исходе уголовного дела. Так, например, если судья лично заинтересован в исходе не всего дела, а только в освобождении подозреваемого или обвиняемого из-под стражи, ему невозможно заявить отвод по данному основанию. Более справедливо решался этот вопрос в УПК РСФСР, в котором основанием для отвода считалась личная заинтересованность названных лиц во всех моментах дела, а не только в его исходе. В судебной практике личная заинтересованность судьи по-прежнему понимается расширительно .

См.: БВС РФ. 2003. N 6.

6. Как определил Конституционный Суд РФ, ч. 2 ст. 61 УПК не содержит исчерпывающего перечня обстоятельств, могущих свидетельствовать о личной, прямой или косвенной заинтересованности судьи в исходе дела, и тем самым не исключает возможность заявления судье отвода в связи с выявлением в ходе судебного разбирательства обстоятельств, свидетельствующих о проявившихся в тех или иных его действиях и решениях по делу предвзятости и необъективности. Ни эта статья, ни ст. ст. 64 и 65 УПК не освобождают суд от обязанности принять решение по существу заявленного судье отвода и обосновать его ссылками на конкретные обстоятельства дела .

См.: Определение КС РФ от 25 января 2005 г. N 46-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гр. Андреевского В.К. на нарушение его конституционных прав положениями ст. ст. 61, 64, 65 И 355 УПК РФ».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *